Когда Сюй Чэнь прибежал на место, Нин Юй уже вдвоем замесил, совершив двойное убийство — второй молодой господин семьи Цзянь был избит до неузнаваемости. Сюй Чэнь тут же схватил Нин Юя, а тот поднялся, окинул взглядом площадку, подошел к ограждению баскетбольной поляны, поднял свою куртку и наделся.
Сюй Чэнь сказал:
— Возвращайся пока, я сам во всем разберусь.
Теперь, когда его обдал холодный ветер, Нин Юй немного протрезвел и понял, что устраивать драку было совсем не дело.
Нин Юй зашагал по ступенькам, застегнул молнию пуховика. Яростно проведя ладонью по лицу, он задрал подбородок и, шагая навстречу ледяному ветру, решительно двинулся вперед. Раз уж всё равно подрался, будь то компенсация или тюрьма, Нин Юй был готов принять это.
— Блять, не смей сбегать! Как тебя звать?!
Нин Юй остановился и обернулся:
— Мое имя неизменно с рождения до смерти, Нин Юй.
Сюй Чэнь: «……»
Старший молодой господин, нельзя ли обойтись без лишней головной боли!
Цзянь Чжэ:
— Сукин сын, жди меня!
Сюй Чэнь достал телефон, чтобы вызвать скорую, и попытался зажать рот Цзянь Чжэ. Надо же быть таким отбитым — даже после того, как Нин Юй отделал его до такого состояния, он всё еще изрыгал угрозы. Никогда раньше не видел настолько напрашивающегося на тумаки типа.
В пылу драки Нин Юй особо не размышлял, но после нее немного пожалел о содеянном. Вернувшись домой, он принял душ и переоделся. Судя по тому, что Сюй Чэнь велел ему уходить, он, должно быть, знал тех двоих. Неужели он расскажет об этом Хо Жунчэню?
На следующий день Нин Юй наконец узнал, кого именно он отлупил. Одним из них оказался второй молодой господин семьи Цзянь по имени Цзянь Чжэ, они жили в одном жилом комплексе, а его семья занималась политикой. А крашеный блондин по имени Син Чэн происходил из семьи коммерсантов.
Дело пахло керосином — избить второго молодого господина семьи Цзянь до больничной койки было не шуткой. Нин Юй думал, что Хо Жунчэнь явится за ним, и уже приготовился к нагоняю, но Хо Жунчэнь так и не объявился.
Утром пятого дня лунного календаря Нин Юй получил уведомление о зачислении в Вторую среднюю школу города Б. Учеба начиналась девятого числа, и ему предстояло переступить порог этой легендарной школы — обещание, данное Чэнь И, было выполнено. Пообедав, Нин Юй вернулся в комнату решать задачи. Раздался стук в дверь, Нин Юй отложил ручку, встал, открыл и увидел тетю Чжан.
— Тетя.
— Господин сегодня выписался из больницы и велел тебе ехать встречать его, — произнесла тетя Чжан. — Живо собирайся, не трать время.
Нин Юй только сейчас вспомнил, что Хо Жунчэнь сегодня возвращается домой. Но выписался и выписался, с какой стати ему-то ехать встечать его? Обернувшись, он натянул короткий белый пуховик:
— Тогда поехали.
За рулем сидел Сюй Чэнь, и стоило Нин Юю сесть в машину, как он вотвил в уши наушники. Снова пошел снег, в последние дни небо стояло хмурым, а в новостях передавали, что аномальные морозы могут затянуться до марта. Город Б утопал в тяжелом смоге, и было неизвестно, когда он рассеется.
В четыре часа они прибыли к больнице. Выйдя из машины, Нин Юй сразу увидел автомобиль Хо Жунчэня, припаркованный у главного входа в стационар.
Перед машиной стояли Хо Фэй и Лю Инь. Нин Юю ужасно не хотелось с ними сталкиваться, поэтому он затесался в самый хвост. Спустя минуту из больницы вышел Хо Жунчэнь. На нем было дымчато-серое пальто, подчеркивающее его прямую, внушительную осанку, и он направился к машине.
Нин Юй колебался, в какую из машин ему сесть, как вдруг услышал низкий голос Хо Жунчэня:
— Нин Юй.
Нин Юй резко поднял голову и внезапно встретился взглядом с глубокими, темными глазами Хо Жунчэня.
Хо Жунчэнь бросил:
— Подойди.
Все взгляды устремились на Нин Юя, и тот быстрым шагом направился вперед.
Хо Жунчэнь распахнул дверцу машины:
— Садись.
Хо Жунчэнь рос под опекой старейшины семьи Хо, у него сформировался мрачный и скрытный характер, он никогда не показывал своих эмоций. Выходя из дома, он привык окружать себя прислугой и редко делал что-то сам. И вот избалованный старший молодой господин, глава семьи Хо, когда это он за кем-то ухаживал?
А сейчас он лично придерживал дверцу для Нин Юя. У Лю Инь и Хо Фэя глаза на лоб полезли: что это еще за фокусы со стороны Хо Жунчэня?
Охрана за спиной тоже не смела вымолвить ни слова; телохранитель лишь раскрыл над головой Хо Жунчэня черный зонт, укрывая его от ветра и снега и стараясь казаться как можно более незаметным. Хо Жунчэнь открывает кому-то дверцу машины — это выглядело невероятно солидно.
Нин Юй и сам растерялся. Когда он устроился в салоне, Хо Жунчэнь захлопнул дверь, а сам остался снаружи, повернувшись к Хо Фэю. Тонкие губы Хо Жунчэня едва шевелились, линия подбородка казалась суровой — всем своим видом он излучал холод и отстраненность.
Мгновение спустя Хо Жунчэнь обошел машину с другой стороны, сел внутрь и прикрыл рот рукой, кашляя. Нин Юй тут же достал из рюкзака термос, отвинтил крышку и протянул Хо Жунчэню, но в тот же миг сидящий на переднем пассажирском сиденье врач тоже протянул ему стакан с водой. Хо Жунчэнь поднял темный взгляд, и Нин Юй поспешно вернул термос на место.
Глаза Хо Жунчэня стали еще мрачнее. Он протянул длинную, изящную руку с четко очерченными суставами:
— Не мне?
Нин Юй отвинтил крышку термоса и протянул Хо Жунчэню, со словами:
— Горячая вода, очень обжигает.
Врач на переднем сиденье поспешно убрал свою воду. Еда и питье Хо Жунчэня с самого детства проходили через множество проверок, и лишь убедившись в их безопасности, их подавали хозяину. Увидев, что Хо Жунчэнь пьет из чашки Нин Юя, врач замер от страха.
Сделав глоток горячей воды, Хо Жунчэнь вернул стакан Нин Юю, и тот, приняв его, плотно закрутил крышку. В салоне стояла удушливая духота, от которой становилось не по себе.
Машина тронулась. Нин Юй нашарил в кармане наушники и только было поднес их к ушам, как к нему протянулась длинная рука, и его пальцы коснулись теплой, гладкой кожи.
— Что слушаешь? — спросил Хо Жунчэнь.
— Новости.
Нин Юй протянул Хо Жунчэню один наушник. Провода были коротковаты, поэтому Нин Юю пришлось немного подвинуться к Хо Жунчэню.
Хо Жунчэнь расстегнул пуговицы пальто, лениво оперся рукой о подлокотник и прислушался к новостям политики. Он слегка подался корпусом в сторону Нин Юя и спросил:
— Интересуешься политикой?
— Аудирование тренирую.
Нин Юю вдруг показалось, что что-то здесь не так. Повернув голову, он обнаружил Хо Жунчэня на расстоянии вытянутой руки. Они сидели так близко, что Нин Юй отчетливо ощущал исходящий от него легкий аромат.
Воздух сделался еще более горячим и сухим.
Он попытался отодвинуться, но понял, что длины провода наушников не хватает, поэтому застыл в неподвижности, испытывая всеобщее неудобство.
Хо Жунчэнь усмехнулся. Уголки его глаз приподнялись, а рука легла Нин Юю на затылок. Кожа на шее Нин Юя мгновенно покрылась мурашками, спина выпрямилась струной, а от тепла чужих пальцев у него затылок закололо от страха.
Хо Жунчэнь слегка сжал его кожу и тут же убрал руку:
— Ты перевел тот документ?
— Да.
Нин Юй отложил наушники, окончательно отпрянув от Хо Жунчэня.
Посмотрев на него пару секунд, Хо Жунчэнь вернул ему наушники и бросил бесстрастно:
— Находясь со мной, не пользуйся наушниками.
Нин Юй молча сунул наушники обратно в карман и кивнул.
— С чего это ты вдруг сцепился с Цзянь Чжэ?
Вопрос прозвучал неожиданно. Нин Юй немного помедлил:
— Он не смог обыграть меня в баскетбол и, не умея проигрывать, полез в драку. Я ответил.
— В следующий раз целься не в лицо, — бросил Хо Жунчэнь и закрыл глаза, погружаясь в дремоту.
Нин Юй поджал губы и, видя, что Хо Жунчэнь не придает этому большого значения, с облегчением выдохнул.
Нин Юй изначально полагал, что родители Хо вернутся вместе с ними в родовое поместье. Когда машина прибыла на место, он обернулся, но автомобиля четы Хо позади не оказалось.
Хо Жунчэнь вышел первым, Нин Юй последовал за ним. Хо Жунчэнь опустился на диван, и Нин Юй тоже было собрался присесть рядом, как тетя Чжан строго произнесла:
— Иди подай господину чаю.
Хо Жунчэнь поднял веки, и его ледяной темный взгляд устремился на тетю Чжан:
— Зачем ты здесь нужна?
Тетя Чжан опешила, а Хо Жунчэнь уже перевел холодный взгляд на Нин Юя:
— Садись обратно.
Женщина испуганно замерла, не понимая, что на уме у Хо Жунчэня. Она поспешно принялась заваривать чай, а Хо Жунчэнь тем временем расстегнул пальто, отложил его в сторону, и тетя Чжан поднесла две чашки.
Хо Жунчэнь расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, взял чашку, поднял глаза на тетю Чжан и спросил:
— Кто такой Нин Юй?
Кем еще мог быть Нин Юй? Нин Юй — это просто Нин Юй.
— Господин?
— Мой супруг, — неторопливо произнес Хо Жунчэнь, сделав глоток воды. — Тебе понятно?
Тетя Чжан кивнула и украдкой бросила взгляд на Нин Юя.
— В какой комнате теперь живет Нин Юй?
— В восточной.
— Перенеси его вещи в мою спальню.
У тетя Чжан отвисла челюсть.
Хо Жунчэнь переспросил:
— Не расслышала?
— Хорошо, я сию минуту все сделаю.
Тетя Чжан поспешно ретировалась.
Лицо Нин Юя побелело как полотно: неужели Хо Жунчэнь собирается делить с ним постель?
Хо Жунчэнь снова подал голос:
— Принеси мне документы.
Поняв, о чем речь, Нин Юй поднялся, большими шагами поднялся наверх и вошел в комнату. Тетя Чжан как раз суетилась у его вещей, и при виде Нин Юя выражение ее лица стало странным:
— Что ты сказал господину?
— Чего?
Нин Юй извлек наружу переведенный текст.
— Ничего, — выдавила из себя вымученную улыбку тетя Чжан. — Занимайся своими делами.
Озадаченный Нин Юй взял бумаги и спустился вниз. Физическое состояние Хо Жунчэня сейчас было настолько скверным, что вряд ли он был способен на интим. И как вообще мужчины этим занимаются? Неужели это его заставят ублажать Хо Жунчэня?
Спустившись, Нин Юй положил перед Хо Жунчэнем оригиналы и переводы. Тетя Чжан принялась просматривать текст. Нин Юй писал аккуратным полууставом, очень красиво. Сам перевод выглядел несколько деревянным, изобиловал стилистическими ошибками, но общий смысл был передан верно. Для простого старшеклассника это и правда казалось чудом.
Дочитав, Хо Жунчэнь вновь окинул Нин Юя оценивающим взглядом:
— Пользовался программами-переводчиками?
— Отчасти, — честно признался Нин Юй. — Там попадался немецкий, а я его не учил.
Нин Юй столкнулся с незнакомым словом, которое не находилось даже в словаре. Заподозрив, что это не английский, он полез в телефон и только так узнал о существовании приложений для перевода. Программы значительно упростили задачу, тем более что Хо Жунчэнь предоставил файлы со множеством профессиональных терминов — оставалось лишь подставить их в нужные места.
Хо Жунчэнь небрежно швырнул бумаги на стол.
Ужин был уже готов, и он направился в столовую:
— Едим.
Обедать в компании Хо Жунчэня было сущим испытанием, и Нин Юю гораздо больше хотелось поесть в одиночестве на кухне. К тому же Хо Жунчэнь предпочитал пресную пищу без вкуса и запаха. К счастью, Нин Юй не страдал переборчивостью и уплетал за обе щеки всё подряд — даже пресная еда не помешала ему умять две миски риса. Пока Нин Юй допивал суп, Хо Жунчэнь отложил палочки и произнес:
— Поскольку мы только познакомились, наказывать тебя пока рановато. За твою ложь я прощаю тебя на первый раз.
Нин Юй, держа в руках пиалу с супом, уставился на него своими выразительными, контрастными глазами.
Хо Жунчэнь не стал вдаваться в подробности, поднялся и бросил:
— Я не люблю лжецов.
Размашистым шагом поднявшись наверх, Хо Жунчэнь скрылся в главной спальне. Покончив с ужином еще через десяток минут, Нин Юй поднялся на второй этаж и, заглянув в свою комнату, обнаружил, что та абсолютно пуста.
Раз Хо Жунчэнь заявил о переезде в общую спальню, Нин Юю сейчас больше всего хотелось улечься прямо на асфальте.
Сделав три круга по коридору, он наконец постучал в дверь главной спальни и толкнул ее. Внутри витал едва уловимый аромат благовоний. Морщиня нос, Нин Юй вошел и первым делом увидел на письменном столе стопку своих учебных материалов, которые чужеродным хаосом нарушали строгий порядок комнаты.
Он поспешно бросился наводить порядок на столе, как вдруг за спиной послышались шаги. Обернувшись, Нин Юй увидел направляющегося к нему Хо Жунчэня в банном халате. Тот еще не успел высушить волосы, из-под пола халатов виднелись длинные ноги, обутые в серые шлепанцы. Халат удерживался лишь на одном поясе на талии, и Нин Юй с тревожной мыслью подумал, что стоит тому присесть, как всё окажется на виду.
— Умеешь пользоваться феном? — с равнодушным видом бросил Хо Жунчэнь, не придавая Нин Юю особого значения, и уселся на диван. — Фен в ванной.
У кого деньги, тот и хозяин.
Нин Юй быстрым шагом направился в ванную и отыскал там фен. Хо Жунчэнь, откинувшись на спинку дивана, изучал какие-то бумаги, а капающая с его волос вода уже успела оставить на обивке темное влажное пятно.
Ну чисто избалованный барчук, за которым нужен глаз да глаз.
Не став сразу брать фен, Нин Юй взял полотенце и принялся промокать мокрые волосы Хо Жунчэня. Тот отложил документы и выложил на столик банковскую карту:
— Я завел ее на твое имя, пин-код — твой день рождения. Карманные расходы там же.
Нин Юй смягчил движения, вытирая голову. Взяв чужие деньги, он уже не мог позволить себе обойтись с Хо Жунчэнем грубо, иначе рисовалась перспектива стереть ему шевелюру до залысин.
Хо Жунчэнь полностью расслабился, вжавшись в спинку дивана, и запрокинул голову, глядя на Нин Юя снизу вверх. У Нин Юя на мгновение мелькнула искушение прижать полотенце посильнее и придушить его, но это оставалось лишь мыслью — претворить ее в жизнь у него не хватило бы духу.
Закончив с полотенцем, он взял фен и принялся сушить волосы.
Короткие жесткие пряди Хо Жунчэня щекотали ладонь, а Нин Юй усердно водил феном. Раз уж ему платят полмиллиона в месяц, отрабатывать эти деньги следовано на совесть.
— Принеси мое пальто.
Отложив фен, Нин Юй спустился вниз за пальто, ломая голову над тем, зачем оно понадобилось Хо Жунчэню посреди ночи. Вернувшись в комнату и протягивая вещь хозяину, он только собирался вернуться к сушке волос, как его запястье перехватили. Обернувшись, Нин Юй увидел, как Хо Жунчэнь извлекает из кармана пальто коробочку из синего бархата и открывает ее.
Инкрустированное россыпью мелких бриллиантов кольцо ярко сверкнуло под мягким светом ламп. Хо Жунчэнь достал одно из них и надел на безымянный палец правой руки Нин Юя:
— Пока наш брак не расторгнут, снимать его запрещено.
http://bllate.org/book/32425/3957783
Готово:
