Однако о близкой дружбе Куан Цзя и Шэнь Цзиньюня почти никто не знал. Даже Дуань Можань узнала об этом лишь после того, как Шэнь Цзиньюнь продержал её в заточении долгое время. Сейчас ей требовалось держаться подальше от Куан Цзя, а уже потом искать кого-нибудь, кто укажет дорогу в Секту Куаньшань.
Шорох шагов по опавшей листве звучал крайне отрывисто — люди из Секты Ланььюэ приближались стремительно. Дуань Можань скрыла своё дыхание и спряталась в глубине леса.
Действуя быстро, они под руководством Куан Цзя увели Куан Сюя и Шу Ишуя.
Шаги постепенно стихли, однако Дуань Можань заметила, что Куан Цзя не сдвинулся с места ни на дюйм.
Сузив глаза, Куан Цзя окинул взглядом поляну: кто вообще был способен пробудить Ветряной колокол такой мощь?
— Неужели он меня раскусил?
Спустя мгновение Дуань Можань отбросила эту мысль: её техника скрытия дыхания в прошлой жизни едва не обманула самого Шэнь Цзиньюня, так что какой-то Куан Цзя ей был вовсе не страшен.
Когда Дуань Можань спускалась с гор для приобретения жизненного опыта, она провела во Внешней секте Секты Сюаньхуа больше пяти лет. Её уровень культивации уже перешагнул Золотое Ядро, оставалось лишь официально обновить оставшиеся в Секте Сюаньхуа свитки. К тому же в Секте Сюаньхуа заседал такой свирепый демон, как Шэнь Цзиньюнь, поэтому даже если бы они целое столетие не принимали одарённых адептов во Внутреннюю секту, разве именитые кланы и крупные школы всё равно не рвались бы отправлять туда своих людей наперегонки?
Дуань Можань сглотнула слюну. Задумавшись на секунду, она забыла скрыть дыхание, чем и воспользовался Куан Цзя, уловив необычные колебания энергии.
Куан Цзя зашагал по сухим листьям, и сердце Дуань Можань слегка ёкнуло — она отругала себя за излишнюю беспечность.
Пальцы Дуань Можань впились в древесную кору, ладони мелко дрожали, язык намертво прилип к нёбу. Чрезмерное напряжение вызывало головокружение — это было остаточным явлением после всего, что она перенесла рядом с Шэнь Цзиньюнем.
Что делать? В открытом бою ей с ним точно не справиться.
Пока Дуань Можань нерешительно раздумывала, меч Куан Цзя завис в воздухе и внезапно рухнул сверху, целясь прямо в затылок.
Едва лезвие коснулось её спины, как рассеялось в воздухе.
Куан Цзя присмотрелся: в корень дерева вжалась какая-то безумная баба и сгребала листья. Вся в лохмотьях, с растрёпанными волосами, в которые забились сухие ветки и листва, она копошилась у корней, словно голодная свинья, грызущая листву, и издавала противное хрюканье.
Куан Цзя стало противно на неё смотреть, и он повернулся, собираясь уходить.
Дуань Можань порадовалась, что заблаговременно позаботилась о маскировке и нарядилась оборванкой, иначе ей было бы не улететь отсюда на крыльях.
— Еда, вкусно... — Дуань Можань для вида погрызла кору. Краем глаза она заметила, что сапоги Куан Цзя уже собираются удалиться, но тут он резко замер.
Он больше не сдвинулся с места.
Дуань Можань мысленно повторяла тысячу раз призыв убираться проворнее, но его сапоги так и стояли неподвижно добрую половину дня. В конце концов Дуань Можань не удержалась, подняла голову, и её взгляд как раз столкнулся с его глазами: да ты издеваешься, братец, это же чертовски невоспитанно.
Пройдя всего пару шагов, Куан Цзя почувствовал неладное: от Ветряного колокола двоих заклинателей едва не размотало до полусмерти, а эта сумасшедшая осталась цела и невредима. Он лишь слегка попытался проверить её, и она тут же выдала себя.
Взгляд Дуань Можань на миг замер, в груди затревожили тревожные звоночки. Подумав, что избежать проверки Куан Цзя не удастся, она решила сыграть наверняка: оттолкнувшись ногами, бросилась прямо на него.
Куан Цзя отмахнулся от неё рукавом. Сдержав уровень культивации, она приняла его духовную силу на себя, выставила вперёд пятки и приземлилась. Падение выглядело жалким и неуклюжим, но на деле не нанесло ей никакого реального вреда.
Она плашмя упала на землю, притворившись потерявшей сознание, и понадеялась на удачу, уповая на то, что из-за тусклого лунного света в лесу Куан Цзя ничего не разглядит.
Куан Цзя долго не подавал голос. Памятуя о недавнем уроке, Дуань Можань понимала, что он намеренно испытывает её, поэтому лежала неподвижно, изматывая его терпение.
Ну и дотошный же ты тип, братец!
Она думала, что Куан Цзя не заметил, как она использовала инерцию и приземлилась на пятки, однако тот видел всё предельно ясно — его целью было лишь проверить, не замышляет ли она чего дурного.
Лежавший на земле человек долго не шевелился, и у Куан Цзя окончательно лопнуло терпение. Взмахнув рукой, он собрал духовную силу и на весу поднял Дуань Можань, а затем резким движением швырнул лицом в землю. В тот же миг тучи пыли и сухих листьев взметнулись к небу, и серая взвесь ещё долго не оседала.
Куан Цзя неспешно удалился.
Лишь когда пыль улеглась, а лунный свет вновь залил лесную чащу, стало видно, что он вырыл здесь яму, вполне годную для погребения человека. Из края ямы показалась испачканная грязью рука — она уцепилась за край, но от небольшого усилия снова сорвалась вниз.
Приложив девять бычьих и девять тигриных сил, Дуань Можань вытащила себя из грязевой ловушки.
Той ночью она вырвалась из пасти тигра и смогла чудом спастись от смерти в лапах Куан Цзя исключительно благодаря поддержке воспоминаний из прошлой жизни: Куан Цзя обожал чистоту и не выносил ни малейшей грязи. Будучи в этом уверена, Дуань Можань притворилась безумной, чтобы усыпить его бдительность.
Ей следовало немедленно убираться отсюда, ведь Куан Цзя не так-то просто обвести вокруг пальца. Если он вернётся, последствия окажутся непредсказуемыми.
Она припала к краю ямы, закинула одну ногу наверх и попыталась раскачаться, чтобы вылезти целиком, но левая ступня застряла намертво — казалось, будто её за что-то уцепились. Опустив взгляд, Дуань Можань мгновенно расцвела от радости.
Ого, не умереть в страшной беде — к большой удаче! Она действительно случайно, сама того не ведая, отыскала спрятанное здесь сокровище — Хлыст, вызывающий молнии.
Как раз вовремя, чтобы начистить морду Шэнь Цзиньюню! Обнимая сокровище, Дуань Можань расплакалась от переполнявших её чувств: в прошлой жизни она сполна испила чашу мучений от Шэнь Цзиньюня, и в этой жизни её палкой не заманишь обратно в Секту Сюаньхуа. Раз небеса смилостивились и позволили ей переродиться, Дуань Можань поклялась заставить Шэнь Цзиньюня заплатить по счетам.
Теперь всё, на что она могла положиться — это глава Секты Куаньшань Ци Цзичжун, но поскольку он годами избегал мирской суеты, добиться у него ученичества было непросто.
Жаль только, жаль, что Дуань Можань, прожив новую жизнь, оказалась женщиной со сценарием на руках. В прошлой жизни, когда она возвращалась в секту, в Секте Сюаньхуа проводилось Состязание мечей — испытание для отбора адептов во Внутренную секту. Тогда она случайно услышала, как кто-то проговорился: все последние полгода Ци Цзичжун находился в Секте Куаньшань и даже едва не взял Шу Ишуя в ученики.
*
Утес Хэнцзи брал своё начало у снежных вершин северо-западного нагорья. Потоки талого снега неслись вниз по пересечённой местности, с бешеной силой снося всё на своём пути. Бурные воды прорывались сквозь подводные камни, вздымая брызги, которые разлетались по озеру подобно осколкам снега.
Оба берега реки представляли собой крутые горные пики, не уступавшие друг другу в неприступности. Тысячефутовые каменные утёсы выглядели так, будто были созданы искусной резьбой, а редкие деревья цеплялись корнями прямо за скалы, обходясь без почвы.
В этих местах клубились водяные туманы. Стоило неосторожно ступить на берег, как можно было угодить в воду, и даже обычные лодочники не рисковали просто так переправляться через Утес Хэнцзи. Но если присмотреться повнимательнее, молодая женщина в простых белых одеждах и с вуалью на голове как раз переправляла лодку на другой берег бурного потока.
Изначально Дуань Можань планировала обойти Утес Хэнцзи стороной, однако из-за происшествия с Шу Ишуем сопровождавшие его адепты Секты Куаньшань торопились доставить его обратно.
Пойдь она обычной дорогой — неизбежно столкнулась бы с ними нос к носу. К тому моменту Куан Цзя уже понял бы, что его надули, и неизвестно, сколько бы он стал чинить ей препятствия.
Дуань Можань требовалось прибыть в Секту Куаньшань как можно раньше. Если её память не подводила, ровно через месяц Шэнь Цзиньюнь тоже явится в Секту Куаньшань с визитом к Ци Цзичжуну. Ещё через месяц состоится Состязание мечей, и тогда рассчитывать на милость Ци Цзичжуна станет невероятно трудно. А если её по воле злого рока занесёт обратно в Секту Сюаньхуа или Секту Ланььюэ, останется лишь покорно терпеть издевательства Шэнь Цзиньюня.
Но если подумать, кроме Секты Сюаньхуа или, в будущем, Секты Куаньшань, ей было податься просто некуда — ещё до того, как её отправили на гору, родители Дуань Можань вместе покончили с собой, а нынешнего главу клана Е она в глаза не видела. К тому же она происходила из боковой ветви клана, и рассчитывать на щедрое к себе отношение со стороны клана Е ей не приходилось.
Пока Дуань Можань витала в облаках, бамбуковый плот застрял в расщелине подводных камней. Её качнуло, и плот вмиг потерял управление. Крепко вцепившись в шест, Дуань Можань уперла его концом прямо в подводный валун, взмыла вверх, чтобы выровнять плот, но стоило ей сделать лёгкий поворот шестом, как она снова потеряла равновесие и солдатоком рухнула в воду.
Раздался громкий плеск, и по воде побежали круги.
Дуань Можань ушла под воду. В прошлой жизни Шэнь Цзиньюнь постоянно швырял её в воду, поэтому она до ужаса боялась глубины.
Из последних сил вынырнув на поверхность, она уже протянула руку, чтобы ухватиться за плот, как вдруг её потянуло вниз — со дна реки поднялся странный толчок. Дуань Можань не справлялась с течением, а поток воды у самого подножия крутого пика не терял своей мощи. Отчаянно забившись, она хлебнула воды, и бурный поток, подхватив беспомощного человека, увлёк её в пучину речного дна.
Дуань Можань воочию видела, как светлеющая водная гладь удаляется и становится недосягаемой, и её охватило отчаяние... На помощь, она ведь даже лиц своих врагов толком не повидала, неужели она умрёт вот так...
Благодарю за чтение!
Глава 3. Снежный демон (часть 1)
В самый разгар отчаяния, быстрее, чем можно сказать, конец шеста внезапно зацепил её за пояс. Бамбуковое древко изогнулось под невероятным углом и едва не треснуло, но в самый последний момент вытолкнуло Дуань Можань на поверхность.
Дуань Можань шмякнулась на плот.
— Кхе-кхе-кхе... — вытянув шею, она откашливалась добрую половину дня, прежде чем прийти в себя. Отрезком рукава уттерев лицо, она наконец открыла глаза и разглядела спасителя. Им оказался никто иной, как Е Цзиннянь, её сводный брат.
Я услышал об испытаниях во Внешней секте Секты Сюаньхуа и догадался, что ты непременно спустишься с горы. А несколько дней назад до меня дошли слухи о Ветряном колоколе, и я помчался сюда среди ночи, никак не ожидая встретить тебя здесь.
Дуань Можань была знакома с Е Цзиннянем с пелёнок, их можно было назвать друзьями детства, хотя сама она видела в нём скорее родного брата.
Утерев с лица остатки воды, Дуань Можань с улыбкой поднялась на ноги:
— Убежать из клана Е наверняка стоило тебе немалых трудов. Неужели только ради того, чтобы повидаться со мной? Едва ли всё так просто, боюсь, у тебя есть иные замыслы.
С тех пор как Дуань Можань ушла во Внешнюю секту Секты Сюаньхуа, они не виделись несколько десятилетий, однако их прежняя взаимная понятливость сохранилась — во многом благодаря тому, что они годами не прерывали переписку.
— Знал же, что от тебя ничего не утаишь, — почесал затылок Е Цзиннянь. — На этот раз глава клана поручил мне доставить верительную грамоту в Секту Куаньшань, заодно я решил разыскать тебя.
Раз уж всё прояснилось, Дуань Можань не стала допытываться дальше. Шагнув на бамбуковый плот, она обернулась и жестом велела ему править лодкой. Е Цзиннянь, вставший на корме, подобрал шест и переправил её через Утес Хэнцзи.
*
Шли долгие дни утомительного пути в повозках и пешком, прежде чем они преодолели Утес Хэнцзи. Однако, если трезво прикинуть оставшееся расстояние до Секты Куаньшань, впереди по-прежнему оставалось дня три-пять пути.
— Выходит, ты решила искать ученичества именно в Секте Куаньшань?
Дуань Можань, разумеется, не собиралась выкладывать ему всё до конца и ответила уклончиво:
— Если удастся остаться, это, конечно, к лучшему.
— Но ведь Секта Сюаньхуа — первая среди равных, а ты — старшая ученица Внешней секты. В будущем тебе не составит труда войти во Внутреннюю секту и стать учеником Бессмертной Жаньмин или Бессмертного Минфэна, зачем же искать добра от добра? — Е Цзиннянь засомневался и принялся строить догадки. — Или в Секте Сюаньхуа с тобой плохо обращались? Если так, лучше вернись со мной в клан Е. Пока я рядом, обижать тебя никому не позволю.
— Вовсе нет. Брату не стоит гадать понапрасну, просто мне надоело жить в Секте Сюаньхуа, захотелось сменить обстановку. Настанет день, и если мне осточертеет жизнь в Секте Куаньшань, я прибегу к тебе — будет ещё не поздно.
Этими словами Дуань Можань пресекла дальнейшие рассуждения Е Цзинняня.
Когда лодка причалила к берегу, Дуань Можань заметила впереди постоялый двор, над которым развивался флаг с иероглифом Лань. Про себя она подумала: а вот и те, кого следовало ожидать.
Флаг с иероглифом Лань служил отличительным знаком Секты Ланььюэ. В данный момент Дуань Можань не должна была состоять в близких отношениях с этой сектой, да её целью она и не являлась. Однако Дуань Можань знала, что Куан Сюй и пользующийся бешеной популярностью старший ученик Секты Куаньшань были большими приятелями, а где Куан Сюй — там непременно появлялся и Шу Ишуй. Наладить хорошие отношения с Шу Ишуем — вот самый первый шаг на пути к ученичеству и мести.
http://bllate.org/book/32424/3957709
Готово:
