— Ты раньше выходил отсюда? — голос самец-насекомое звучал очень отстраненно, в нем не угадывалось никаких эмоций. Сам он походил на холодную луну, и, сделав небольшую паузу, он добавил: — Или, может, ты встречал представителей такой расы, как я?
Черный Дракон, застывший у входа, не шевелился, ошеломленно глядя на него; его свирепая морда в этот момент внезапно стала похожа на глуповато-милую хаски.
Видя, что ответа нет, Вэньшэнь не стал продолжать расспросы. Он даже не был уверен, понимает ли его собеседник человеческую речь, не говоря уже о том, чтобы выведать у него хоть какую-то полезную информацию.
Подумав об этом, он повернулся и присел на большой валун у входа. Штанины задрались, обнажая изящные икры, к которым прилипла грязь, отчего они казались еще более уязвимыми. Вэньшэнь перевел взгляд ниже — разумеется, он заметил это, пальцы его невольно сжались, но в конце концов он ничего не предпринял.
Черный Дракон бесшумно вдвинулся внутрь, прошел мимо самец-насекомое вглубь пещеры, но спустя мгновение вдруг снова развернулся и вернулся.
Поле зрения погрузилось в тень. Взглянув туда, Вэньшэнь увидел, что Черный Дракон что-то держит в зубах, и в этот момент опустил голову и разжал челюсти.
Вэньшэнь посмотрел на пару плетеных соломенных лаптей перед собой. Внутри обуви были проложены толстые слои меха. Подняв глаза на Черного Дракона, он не понимал, к чему тот это делает.
Черный Дракон тяжело выдыхал носом воздух, неотрывно глядя на него. Заметив, что тот долго не решается сделать движение, он подтолкнул лапой обувь ближе к ногам гостя.
Вэньшэнь отвел взгляд. Поскольку он шел босиком, по дороге назад его ступни уже покрылись порезами, из которых сейчас медленно сочилась кровь. Опустив глаза, он вытер ноги листьями, в которые утром были завернуты фрукты, и натянул ту самую грубо сшитую солому.
В тот самый момент, когда обувь оказалась на ногах, он замер.
Он уставился на лапти, которые пришлись ему впору с точностью до миллиметра, и на его лице тут же промелькнуло удивление.
Откуда у Черного Дракона взялась обувь, да еще и такого же размера, как у него?
Застыв с холодным выражением лица, он поднял голову и встретился взглядом с Черным Драконом — в глазах зверя вспыхнули крошечные искорки света.
Вэньшэнь поднялся на ноги.
Ощущения под ногами были на редкость мягкими. Мало того, что обувь не стесняла движений, она была до неприличия комфортной, словно... сшитой специально для него.
Сколько он себя помнил, он не то что не знал своего размера — ему вообще никогда в жизни не доводилось носить обувь.
Увидев, что самец-насекомое обулся, Черный Дракон отпрянул и послушно уселся неподалеку, наблюдая за ним.
Долго глядя друг на друга, Вэньшэнь вдруг повернулся и снова вышел наружу.
Раз уж от Черного Дракона не удалось добиться полезной информации, ему оставалось только отправиться на поиски самостоятельно.
Выбравшись из пещеры, Вэньшэнь пошел вдоль опушки леса.
По пути попадалось множество мелких зверушек. Завидев его, они тут же прятались, лишь робко вытягивая мордочки. Нахмурившись, он заметил следивших за ним из укрытий существ, но задерживаться не стал и продолжил путь.
Не имея ни малейления представления об этом острове, из соображений безопасности он не стал уходить далеко.
Впервые увидев столь густой лес, он задерживал взгляд на каждом цветке и травинке. Все оказалось совсем не так, как в его воображении: здешняя живность и флора пестрели в глазах разнообразием, и многое он видел впервые.
Дорога впереди уперлась в тупик, и Вэньшэнь остановился. Перед ним высилась громада крутой горы. Подняв голову, он увидел лишь раскидистые кроны деревьев, полностью скрывавшие небо.
Поход не принес результатов.
Стоило Вэньшэню повернуться, как, заметив то, что было у него за спиной, он на миг замер на месте: неизвестно, когда именно Черный Дракон увязался за ним.
Сейчас зверь смотрел на него с влажными от слез глазами, выражая всем своим видом желание приблизиться, но не смея сделать этого.
Тонкие губы Вэньшэня сжались в линию, и он направился к дракону.
— На этом острове действительно ты — единственный дракон?
Черный Дракон склонил голову, издав тихий стоун. Охваченный невыразимым разочарованием, самец-насекомое развернулся и зашагал обратно.
По дороге Вэньшэнь заметил на деревьях плоды. Разглядывая незнакомые фрукты самых разных видов, он сосредоточил на кончиках пальцев духовную энергию.
С легким свистом дикие плоды один за другим посыпались с ветвей.
На землю свалилась целая куча фруктов. Нагнувшись, он поднял их по одному и отряхнул от пыли.
Только Черный Дракон успел догнать его, как Вэньшэнь снова направился к реке.
Обмыв фрукты, Вэньшэнь вернулся в пещеру. К тому времени уже совсем стемнело.
Самец-насекомое сидел на большом валуне, рядом лежали фрукты, под которые он подложил несколько листьев, но сам он к еде так и не притронулся.
После возвращения Черный Дракон забился в угол и, широко распахнув глаза, не сводящих с него взгляда, следил то за самец-насекомое, то за фруктами, не смыкая глаз ни на секунду.
В животе заурчало от острого чувства голода. Вэньшэнь открыл глаза и перевел взгляд на разноцветные плоды — совсем не похожие на те, что утром олень оставил у входа.
Он не был уверен, съедобны ли они.
Выудив пальцами один ярко окрашенный плод и даже не успев поднести его к глазам, чтобы получше разглядеть, он в следующее мгновение почувствовал удар — откуда ни возьмись появилась лапа и выбила фрукт у него из рук.
Плод упал на землю и перепачкался в пыли.
Вэньшэнь равнодушно скользнул по нему взглядом и поднял глаза на внезапно появившегося Черного Дракона. Тот, только что убравший лапу, теперь стоял, понурив голову и не смея посмотреть на него.
На его длинной шее судорожно кадыкнулся кадык. Резким движением Вэньшэнь подобрал горстку листьев с фруктами и протянул их на весу.
— Ешь.
Все еще притворявшийся мертвым Черный Дракон при звуке этого голоса поднял голову. В его глазах читалось полное неверие; он покосился на угощение, после чего осторожно вытянул лапу. Поворачивая фрукты из стороны в сторону, он украдкой следил за реакцией самец-насекомое, и, заметив, что тот никак не реагирует, принялся уплетать их по одному.
Видя, что дракон сидит в стороне и больше не шевелится, Вэньшэнь посмотрел на оставшиеся плоды — все они были ярко-красными.
Черный Дракон умял зеленые и те, что отличались особенно вызывающей расцветкой.
Переведя взгляд на упавший в пыль и испачканный фрукт, Вэньшэнь съел то, что осталось. Его бледные губы окрасились соком, став ярко-красными.
Проглотив еду и разгладив хмурую морщинку между бровей, он не почувствовал никакого недомогания. Выходит, тогда Черный Дракон на самом деле...
Его бирюзовые глаза удивленно моргнули: Черный Дракон, только что неотрывно следивший за ним, бесшумно перебрался в дальний угол и теперь сидел там, свернувшись калачиком и повернувшись к нему спиной.
Рана на его спине, только-только затянувшаяся корочкой, снова разошлась.
В его глазах, отражавших одинокую спину зверя, зародились легкие круги ряби.
Ночь углублялась.
Самец-насекомое закрыл глаза, пытаясь уснуть. В тишине пещеры над ухом непрекращающимся гулом звучало тяжелое, сдавленное дыхание.
Распахнув глаза, Вэньшэнь поднялся и направился к Черному Дракону в угол. Не успел он подойти вплотную, как зверь уже открыл глаза — его темные зрачки были пронизаны красными прожилками.
— Те фрукты были ядовитыми, — произнес он утвердительным тоном.
— Ты же мог их распознать, почему тогда съел?
http://bllate.org/book/32420/3957210
Готово:
