Браслет на запястье юноши, чья поверхность то и дело вспыхивала алым светом, тоже разительно отличался от любых других браслетов.
Сам запах юноши, а также то, как Сяобай тянулся к нему, по сей день не давали покоя — зверь так и рвался наружу, чтобы проявить близость к своему человеку.
В этом юноше было немало удивительного, раз уж он привлёк к себе столько внимания.
Как он мог позволить ему уйти, пока не выяснил, кто тот на самом деле?!
Тем временем Дуань Бэй уже начал объяснения, попросив магистрата велеть лекарям проверить отвар.
Однако магистрат лишь уклонился от прямого ответа, переводя разговор на другое.
Страничка автора:
До завтра~
Глава 12: [12 Его мысли]
Столкнувшись с тем, что магистрат начал увиливать от ответа, Дуань Бэй почувствовал, как сердце ухватило неприятное предчувствие.
Мужчину, лежавшего посреди зала суда, он не только никогда прежде не видел — незнакомы были и эти так называемые члены семьи. Сначала Дуань Бэй подумал, что тот действительно выпил его отвар, из-за чего у него начались рвота и понос, но теперь всё вдруг встало на свои места.
Его банально подставили.
Этот человек хотел перекрыть ему заработок, да ещё и заставить выплатить компенсацию, навесив ярлык бессовестного торца. В таком случае на императорских экзаменах все эти задокументированные «преступления» привели бы к тому, что его имя даже не попало бы в список сдавших.
У Дуань Бэя похололо на душе.
Кроме Учителя Чжана, он не мог припомнить никого, кого бы успел обидеть.
Учитель Чжан годами держал книжную лавку в уезде Шанлин, и даже уездный начальник выказывал ему уважение, так что нет ничего удивительного в том, что тот был знаком с магистратом.
Юй Мяньмянь посчитал, что идея позвать лекарей для проверки отвара была отличной. Сам он выпил его столько, и хоть бы хны — значит, с целебным напитком всё в порядке, и стоило лекарям появиться, как правда тут же выйдет наружу.
Однако магистрат не согласился: он твердил одно и то же о том, что Дуань Бэй упрямо отпирается и лжёт, и, видя, что судья вот-вот попытается выбить из парня признание с помощью палок, Юй Мяньмянь заволновался.
Что вообще происходит с этим магистратом? Чуть что — сразу грозит битьем бамбуковыми палками!
Юй Мяньмянь кипел от гнева, и зрители в прямом эфире дружно поддержали его протест шквалом всплывающих комментариев.
[Магистрат какой-то странный, даже доказательства искать не хочет, сразу людей бьёт.]
[В древности что, и правда так было?]
[Всё это постановка.]
[Не думаю, что это постановка. Я ни единого человека из тех, что вокруг, не знаю. К тому же за несколько дней, кроме ведущего, я не встретил ни одного знакомого лица — все они не знаменитости. Никак не пойму, зачем режиссёру нанимать непрофессиональных актёров для съёмок фильма.]
[Если это действительно съёмки, то у этих актёров просто потрясающая игра, они ни разу не запороли дубли.]
[Мне всё больше кажется, что трансляция ведущего — это как раз то, о чём говорилось в названии.]
[Тьфу, бред! Хочешь сказать, что этот омега из семьи Юй попал в древность десятки тысяч лет назад?! Десятки тысяч лет назад никакой Сетки не существовало, как он может вести трансляцию?]
[Я считаю, лучше напрямую связаться с главой корпорации Юй и попросить их разыскать их собственного сына-омегу.]
С приходом хейтеров чат снова ожил.
Пока зрители ожесточённо спорили, Юй Мяньмянь бросил взгляд на стоявшего рядом мужчину. Выражение лица Мяо Цзина не изменилось, и Юй Мяньмянь подмигнул ему, зная, что Цзин-гэ непременно понял, чего он добивается. Цзин-гэ приютил его, он хороший человек — он точно не останется в стороне и восстановит справедливость ради Дуань Бэя.
Мяо Цзин сделал вид, что не заметил молчаливого намёка в глазах юноши. Раньше он бы наверняка прошёл мимо таких мелочей, но, глядя на то, как гневно хмурится этот мальчишка, защищая обиженного, он вдруг поймал себя на мысли, что больше не хочет закрывать глаза на подобное. Если игнорировать этих мелких чиновников пятого-шестого рангов, то пусть сами по себе они не так высоки чином, но, получая назначения в провинции, они становятся там полновластными хозяевами. Смыкаясь в круговой поруке с местными элитами, они обрекают на страдания лишь простых людей.
Возможно, чтобы по-настоящему сделать жизнь народа мирной и благополучной, как раз и нужно обращать внимание на такие вот незаметные мелочи.
Он легко похлопал юношу по плечу, выражая молчаливую поддержку.
Юнь Мяньмянь словно уловил его мысли, радостно улыбнулся, а затем с решительным видом шагнул вглубь зала.
— Ваша честь, обождите.
Он сделал несколько шагов вперёд и, подражая только что виденному жесту Дуань Бэя, почтительно поклонился.
— Кто ты такой, стоящий внизу? Как смеешь самовольно вламываться в зал заседаний, разве ты не знаешь закона?! — магистрат яростно ударил по деревянному молотку, и его пухлые щеки затряслись, заставив Юй Мяньмяня поморщиться.
— Меня зовут Юй Мяньмянь, я из деревни семьи Юй уезда Шанлин. Я здесь не для того, чтобы мешать вашему расследованию, господин судья, просто тот самый отвар, который вы назвали ядовитым, я сам только что выпил аж три бамбуковых тубы, но со мной абсолютно ничего не случилось.
— Когда я пил отвар, приготовленный этим старшим братом, рядом были и другие люди. Стоит вашим людям расспросить их, как сразу станет понятно, где ложь, а где правда.
Среди зевак как раз нашёлся образованный человек, видевший, как Юй Мяньмянь пил отвар, и он тут же вышел вперёд, подтвердив, что тот действительно осушил целых несколько бамбуковых туб.
Магистрат никак не ожидал, что откуда ни возьмись появится столько свидетелей. Изначально он планировал быстренько всё замять, посадить парня ненадолго в застенок, наложить небольшой штраф и запретить ему торговать вразнос — на том бы дело и кончилось.
Кто бы мог подумать, что на дороге объявится нежданный помеха.
На глазах у толпы он не мог просто так расправиться с Юй Мяньмянем, поэтому ему пришлось обратиться к родственникам пострадавшего.
— Я спрашиваю вас: ваш родственник действительно заболел именно после того, как выпил этот отвар? Не смейте лгать, живо говорите правду! — последовал ещё один удар деревянным молотком.
Только теперь зеваки сообразили, что эти люди соврали и старику стало плохо вовсе не от отвара, а по какой-то другой причине.
Семья потерпевшего испугалась столь резкого поворота событий и тут же опустилась на колени, умоляя о пощаде:
— Ваша честь, умоляем, рассудите по справедливости! Нашему отцу и впрямь стало плохо после того, как он испил питья с этого лотка, он так намучился, милостивый судья, заступитесь же за нашу семью!
Парень лет двадцати с небольшим тяжело застучал лбом о пол.
Юй Мяньмяню от одного только звука ударов стало больно в лоб.
Как этот человек умудряется одновременно так громко голосить и с такой силой биться головой о землю?
— Я сам разберусь, где ложь, а где правда, — произнёс магистрат и велел нескольким стражникам привести лекарей.
Вскоре судебные служители привели в зал нескольких целителей. Все они были известными в городе докторами, и едва те появились, как многие среди толпы сразу узнали их.
— Это же лекарь Цзоу из заведения Возрождения Весны!
— И лекарь Ли с лекарем Ци из Дворца целебных снадобий!
— Смотрите-смотрите! Ещё и лекарь Юань из Зала спокойствия и милосердия! У него просто золотые руки, уж он-то точно исцелит любую болезнь!
Четыре лекаря подошли к возвышению и поклонились магистрату. Все четверо были седовласыми старцами почтенного возраста около шестидесяти-семидесяти лет, и судья, разумеется, не стал заставлять их опускаться на колени. Он кратко обрисовал им ситуацию, и четвёрка во главе с лекарем Юанем по очереди осмотрела больного, после чего принялась за оставшийся отвар, который продавал Дуань Бэй.
Лишь после этого лекари сложили руки перед грудью в приветственном жесте и обратились к магистрату.
Лекарь Юань произнёс:
— Ваша честь, мы с коллегами осмотрели этого пациента. У него холера. Судя по цвету кожи и пульсу, болезнь длится уже около двух дней, налет на языке белый и густой, к тому же этот почтенный муж, боюсь, давно страдает от слабости селезенки и застоя сырости.
Юй Мяньмянь не слишком во всём этом разбирался.
Дуань Бэй сначала поблагодарил четырёх лекарей, а затем тут же обратился к семье пострадавшего:
— Позвольте спросить вас, уважаемый братец, в котором часу ваш отец подошел к моему лотку и купил отвар?
Услышав уверенный и звонкий голос Дуань Бэя, Юй Мяньмянь вдруг просиял. И верно! Как же он сам не додумался задать этот вопрос?
Раз этот человек якобы выпил отвар со стола Дуань Бэя, можно с легкостью восстановить события в обратном порядке, отталкиваясь от времени и места.
Правда, о холере он никогда раньше не слышал. Согласно недавним пояснениям Цзин-гэ, холера — это не что иное, как сильная рвота и понос, но на Планете Гана от такой напасти даже лекарств принимать не нужно: посветил на себя лечебной лампой — и всё прошло.
В Империи простужаются и болеют только хрупкие омеги, рядовые же беты почти не хворают, если не отправляются на войну, что уж говорить об альфах, сильных и выносливых, как быки.
Если только у них не истощался запас духовных сил и не рушилась духовная сфера, в лечении они обычно не нуждались, а высшие альфы могли по трое суток не спать и при этом оставаться полными энергии.
Лишившись привычных приборов и оборудования, Юй Мяньмянь действительно понятия не имел, как лечить этого человека.
Тем временем Дуань Бэй уже допытывался насчет времени покупки.
Услышав это, члены семьи явно растерялись. Молодой мужчина даже выказал признаки беспокойства — ещё мгновение назад на его лице не было ни тени тревоги, лишь одна спесь, но вопрос Дуань Бэя мигом выбил его из колеи.
Магистрат при виде этого лишь мечтал поскорее покончить со всем происходящим. Знай он заранее, во что ввязывается, ни за что бы не согласился на это поручение — сегодня же, едва выйдя отсюда, он разорвет любые связи со стариком Чжаном.
Мысленно магистрат отборно выругал Учителя Чжана, да и к Дуань Бэю у него не осталось добрых чувств: он даже подумал о том, что в следующем году на экзаменах ни за что не позволит этому парню получить учёную степень.
Ответ мужчины прозвучал невнятно и уклончиво, но Дуань Бэй продолжал наседать, загоняя того в угол, и растерянный лжец уже не мог взвешивать каждое слово.
— Два дня назад! Мой отец купил у тебя отвар два дня назад! Во всём виноват твой поганый напиток, иначе батюшка не слег бы в таком тяжёлом состоянии! — гневно завопил мужчина, тыча в Дуань Бэя пальцем.
Он думал, что Дуань Бэй испугается и почувствует вину, но тот сохранял каменное лицо, не шевельнув ни единым бровью. Дуань Бэй молча смотрел на мужчину какое-то время, от этого взгляда тому стало не по себе — казалось, этот парень видит его насквозь.
В этот момент мужчина по-настоящему испугался, горько пожалев, что польстился на лёгкие деньги.
— Два дня назад я вообще не торговал отваром. Ровно два дня назад я только прибыл в Шанлинфу и подыскивал жилье. Ваша честь, вы можете вызвать маклера из конторы недвижимости, чтобы он подтвердил это — в тот же день мы с ним заглянули в уездную управу и оформили договор, записи об этом тоже можно поднять в архиве.
Окружающие слышали, сколь размеренно и четко он говорил, приводя самые веские аргументы, и тут же перевели взгляды на магистрата.
Поняв, что этот парень оказался крепким орешком, магистрат был вынужден приказать помощнику заняться проверкой. Тот быстро отыскал нужный контракт и доставил его судье.
Изучив документ, магистрат ударил деревянным молотком по столу:
— Этот Чжан Дашань посмел обмануть суд! Даю тебе последний шанс: признайся во всём по доброй воле, иначе пощады не жди!
Только теперь Юй Мяньмянь узнал, что лжеца зовут Чжан Дашань. Интересно, приходится ли он кем-то Учителю Чжану?
Мысль промелькнула у него в голове сама собой.
Услышав это имя, Дуань Бэй тоже сразу вспомнил об Учителе Чжане.
То, что раньше было лишь догадкой, теперь подтвердилось.
Спрятанные в широких рукавах пальцы сжались в кулаки.
Чжан Дашань задрожал и под суровым взглядом магистрата рухнул на колени, умоляя о пощаде:
— Ваша честь, смилостивьтесь, это ничтожный раб слишком поторопился и перепутал дни! Мой отец купил отвар у него вовсе не два дня назад, а сегодня! Умоляю, рассудите по справедливости!
Едва он умолк, Дуань Бэй холодно произнес:
— Ложь от начала и до конца. Утром у меня не купили ни единой тубы, а во второй половине дня ушло всего несколько штук. Так в котором часу твой отец якобы всё это приобрел?
Всё это затевалось лишь для того, чтобы очернить его, так откуда же Чжан Дашаню было знать точное время? Видя, как тот мнётся и запинается, зрители вокруг принялись открыто тыкать в семейку пальцами.
Тут подал голос лекарь Юань:
— Ваша честь, у меня есть кое-какие соображения.
Магистрат тут же отозвался:
— Говорите, лекарь Юань, прошу вас.
— Старый лекарь не обнаружил в этом отваре ничего подозрительного. Напротив, эти целебные снадобья предназначены для людей со слабой селезенкой, они не только не вызывают холеру, но благодаря добавленным туда мускатному ореху, кардамону и другим травам способны даже останавливать понос.
http://bllate.org/book/32388/3952780
Готово:
