В понедельник, в день начала занятий, Сян Фэя едва успели проводить в класс, как кого-то из учеников вызвали в учебную часть. С самого детства ему не привыкать было шататься по подобным местам, каждый раз причиной становились какие-нибудь выходки или драка, так что обстановка была ему до боли знакома.
Он примерно догадывался, что кто-то из шайки крашеных голов побежал жаловаться, и, размышляя об этом, толкнул дверь. К его удивлению, внутри оказалась еще и Сяо Ся, которую громко отчитывал завуч с перекошенным от злости лицом. Сгорбленная фигурка мальчика выглядела хрупкой и несчастной под градом упрэков.
На стуле перед завучем восседали напыщенные отец и сын. Один из них — тот самый белобрысый — самодовольно потягивал кофе и злобно ухмылялся, глядя на Сяо Ся.
Сян Фэй невозмутимо вошел в кабинет и слегка оттянул Сяо Ся себе за спину.
— Учитель, я здесь.
Завуч, суровый и неприятный на вид пожилой мужчина с сухим лицом, перевел свои маленькие глазки на Сян Фэя и рявкнул:
— Живо иди сюда и извиняйся!
— Извиняться? — Сян Фэй сунул руки в карманы, ни капли не проявляя ученического смирения. — Что-то я не уловлю мысль учителя. С какой стати жертва должна извиняться перед обидчиком? По законам какой страны вы тут судите, учитель?
Сяо Ся испуганно дернул его за рукав, призывая замолчать.
Сян Фэй пропустил это мимо ушей, в упор глядя на завуча, и совершенно не считал, что сказал что-то не то. Завуч, естественно, взбесился от такого наплевательского тона:
роль жертвы примерил!
Он ткнул в Ван Чэня своим пухлым коротким пальцем. Сян Фэй проследил за его указанием и столкнулся взглядом с белобрысым, чье лицо покрывали сплошные синяки и ссадины, так что живого места не осталось. Сян Фэй оскалился в щербатой улыбке и фальшиво поприветствовал его:
— Однокурсник Ван, сегодня ты выглядишь просто потрясающе.
Стоило Ван Чэню увидеть Сян Фэя, как у него тут же заболело все лицо. Уголки его рта невольно задергались, он машинально отвел глаза и испуганно прошептал сидевшему рядом солидному мужчине в дорогом деловом костюме, от которого веяло властностью:
— Пап, это он.
Мужчина свирепо зыркнул на Сян Фэя и набросился с критикой на завуча:
— Старина Лао Лю, за все эти годы в нашей второй школе никогда не случалось столь вопиющих драк! Ван Чэня избили просто на ровном месте. Если ты посмеешь его покрывать, то, думаю, на должности завуча тебе больше не сидеть.
— Не беспокойтесь, районный глава Ван! Я непременно разберусь во всем по всей строгости и не позволю однокурснику Вану страдать понапрасну!
Они разыграли этот спектакль вдвоем, словно актеры в театре теней. Не зная правды, можно было подумать, будто это их обидели до глубины души. Сян Фэй скрестил руки на груди, холодно наблюдая за ними, и придерживал Сяо Ся за плечо, чтобы тот не лез вперед.
— Учитель, я знаю, что в школе есть правила, и готов к взысканиям, но сначала позвольте узнать: в чем именно я виноват? — Сян Фэй поднял на него глаза, говоря спокойно и миролюбиво.
Завуч гневно сощурился:
— В чем ты виноват?! Ты избил Ван Чэня до такого состояния и еще спрашиваешь, в чем твоя вина?!
— Это была самооборона, — голос Сян Фэя не дрогнул, он произнес это веско и твердо. — Можете спросить у Ван Чэня, не он ли первый привел компанию ребят и подкараулил меня по дороге домой.
— Тогда они еще и с оружием пришли, меня чуть дубинкой не огрели. — Сян Фэй посмотрел на Ван Чэня, отчетливо выговаривая каждое слово: — Если бы я не защищался, то сегодня в больнице убивался бы уже мой дядя.
— И я хочу спросить учителя: разве это не самооборона?
Завуч грохнул кулаком по столу:
— Какая тебе к черту самооборона?! Однокурсник Ван — образцовый отличник, все в школе знают его с лучшей стороны. С чего бы ему нападать на тебя без всякой причины? Думаешь, парой слов сможешь оклеветать хорошего ученика?
— В школьном гараже наверняка есть камеры, — небрежно бросил Сян Фэй. — И на месте нашей драки как раз висела одна. Не соизволите ли запросить запись, чтобы мы могли сверить показания?
Завуч чуть не задохнулся от возмущения.
Кто же не боится замочить ноги, вечно прохаживаясь у воды? Когда Сян Фэй в тот день решил распустить руки, он боковым зрителем заметил черную линзу камеры на столбе и радовался про себя. Кто бы мог подумать, что она и впрямь пригодится?
— Ты… да мы просто хотели пошутить! — принялся изворачиваться белобрысый. — Пусть мы первыми начали, но ты ударил так сильно! Это превышение пределов самообороны!
Сян Фэй не удержался и посмотрел на него взглядом законченного идиота:
— Ты притащил пять-шесть старшеклассников избить меня одного, а в итоге я вас в одиночку раскатал — и ты еще пытаешься пришить мне превышение пределов самообороны?
— У тебя вообще совесть есть?
Ван Чэнь подавился словами, не зная, что ответить. Сидевшему рядом мужчине тоже стало неловко: то, что его сын задирает людей, — полбеды, но вот таскать за собой толпу на разборки, а потом валяться мордой в асфальт — это, если разобраться, позорище на весь район.
— Сян Фэй! Совершив такой проступок, ты еще смеешь огрызаться?! Не боишься, что я тебя исключу?! — Завучу нужно было сохранить лицо, и он перешел к угрозам.
Сяо Ся набрался храбрости и шагнул вперед:
— Завуч, наш Сяо Фэй действительно погорячился, но ведь не мы первые затеяли эту ссору. Если бы однокурсник Ван не полез в драку, Сяо Фэй никогда бы не ударил первым.
— А ты еще кто такой?! Всего пару дней как новенького перевели, а уже возомнил о себе? Знаешь вообще, куда попал?! — пренебрежительно бросил завуч, отчего во взгляде Сян Фэя мелькнул опасный холод.
— Мой дядя назначен на должность по личному распоряжению руководства управления образования. Он обучил десятки тысяч учеников, и немалая их часть поступила в ведущие вузы. Практически все отзываются о нем с восхищением. Столько лет он отдал своему делу и честно носит свое звание — да, он потрясающий человек.
Завуч кипел от злости, раз за разом натыкаясь на отповеди Сян Фэя, но у него попросту не было веских оснований наказать парня. Если дело дойдет до директора и тот потребует записи с камер, Ван Чэню тоже не поздоровится — директор человек принципиальный и за одно это взгреет и самого завуча.
Он-то думал, что Сян Фэй — обыкновенный шпаненок, а его дядя со Сяо Ся такие мягкотелые, что их удастся запугать парами криков, заставив принести извинения Ван Чэню и районному главе Вану, и на этом инцидент исчерпан. Кто же знал, что Сян Фэй окажется таким твердым орешком, которому наплевать на любые авторитеты.
Глава Ван кипел от ярости. Какой отец не будет переживать, когда его сына избили? Жена дома уже несколько дней рыдала, обнимая чадо, и требовала, чтобы муж пошел и восстановил справедливость. Видя, что Сян Фэй не прогибается ни угрозами, ни уговорами и ведет себя донельзя нагло, глава Ван по своему статусу не мог опускаться до скандала со школьником, но пригрозить был вполне способен.
— Малыш, даже если мой А-Чэнь начал первым, ты и впрямь слишком сильно его отделал, — он попытался изобразить простоту в общении, но казенный тон так и сквозил в каждом слове. — Как ни крути, так поступать нельзя. Мы пришли сюда не для того, чтобы усложнять тебе жизнь. По правде говоря, детские стычки — дело житейское, всякое бывает…
Сян Фэй не собирался выслушивать этот бред и с абсолютно невинным видом парировал:
— Дядя, вот тут вы не правы. Однокурсник Ван пострадал, но ведь и я не целым остался.
Ван Чэнь чуть не задохнулся от бешенства. В ту ночь их всех отметелили так, что они с пола подняться не могли, а этот наглец еще смеет не краснея нести такую чушь! Он ведь после избиения еще и насвистывал себе под нос!
Даже пару строчек какой-то песенки пропел!
— Дядя, взгляните, — Сян Фэй поднял палец, демонстрируя на нем пластырь с изображением клубнички (это было творение Ю Юй). — Мой палец тоже пострадал в ту ночь, чуть не оторвало.
Сяо Ся, прекрасно знавший, что порез был меньше сантиметра: «……»
Завуч взбесился окончательно:
— И это ты называешь ранением?! Еще день, и все бы само зажило! Перед кем ты тут комедию ломаешь?!
— Но я же пострадал, — скроил скорбное лицо Сян Фэй. — Раз уж мы никак не можем прийти к согласию, давайте обратимся в полицию или к директору. Пусть кто-нибудь рассудит нас с однокурсником Ваном.
Завуч потерял дар речи. За тридцать лет педагогической стажировки он еще не встречал таких пробивных заноз!
— Я знаю, что дядя Ван — районный глава, человек занятой, дни напролет отдающий служению нашему району, и это вызывает искреннее уважение, — Сян Фэй перевел взгляд обратно на главу Вана. — Полагаю, из-за такой мелочи дядя Ван не станет со мной связываться. Но я человек принципиальный: раз вы все твердите, что я не должен был драться, то почему бы мне не пригласить журналистов или репортеров, чтобы все подробно им рассказать? Тогда весь город узнает, как сильно пострадал сын дяди Вана.
— А я потом лично извинюсь перед однокурсником Ваном по телевизору. Как вам идея?
Лицо главы Вана почернело. Смысл слов Сян Фэя был предельно прозрачным — кто же тут не поймет намека? Если явятся репортеры, разве выйдет из этого что-то хорошее?
Сын районного главы заправляет шайкой и травит ребенка из бедной семьи? Да это же готовая сенсация для первых полос!
— Малыш… — не успел он договорить, как в дверь постучали.
— Кто там? — зло бросил в сторону выхода завуч.
Снаружи раздался мягкий голос:
— Учитель, это я, Вэй Синхэ.
Стоило услышать имя Вэй Синхэ, как лицо завуча мгновенно переменилось. Он поспешил сам отворить дверь, и на пороге действительно показался Вэй Синхэ с пачкой документов в руках.
— Учитель Лю, это списки учебников для нашего класса на следующий семестр, взгляните, пожалуйста. — Вэй Синхэ положил стопку на стол, поднял глаза и, заметив Сян Фэя, радостно просиял: — Сян Фэй!
— Ты почему здесь? — в его голосе прозвучало искреннее удивление и теплота, которую он даже не пытался скрыть.
Сян Фэй кивнул ему:
— Ничего страшного, тут кое-какие мелкие дела нужно уладить.
Маленькие глазки завуча забегали между Сян Фэем и Вэй Синхэ. Судя по всему, отношения у этой парочки были весьма близкие — завуч еще ни разу не видел, чтобы юный господин Вэй с кем-то так разговаривал.
— Учитель, Сян Фэй что-то натворил? — с наивной озабоченностью спросил Вэй Синхэ. — Сян Фэй — прекрасный ученик, он никогда не создает проблем. Мы с ним очень хорошие друзья.
Хотя Сян Фэй прекрасно понимал, что Вэй Синхэ откровенно кривит душой и до звания хороших друзей им еще далеко, было очевидно, что тот пытается ненавязчиво прикрыть его. Сян Фэй мысленно отметил, что Вэй Синхэ — парень надежный и слов на ветер не бросает.
— Ничего серьезного, — с улыбкой отозвался завуч. — Однокурсник Вэй может идти, раз отдал бумаги, здесь больше не о чем беспокоиться.
Вэй Синхэ кивнул, не собираясь задерживаться дольше положенного, на прощание улыбнулся Сян Фэю и вышел из кабинета.
От начала и до конца он даже не удостоил главу Вана взглядом.
В комнате снова воцарилась тишина. На лице завуча застыло мученическое выражение — на сей раз неподдельное. Он никак не ожидал, что юный господин Вэй так переживает за Сян Фэя; возможно, это было негласное предупреждение для него самого. В конце концов, в школьном попечительском совете заседали и люди из семьи Вэй, чье влияние далеко превосходило возможности районного главы.
Глава Ван тоже прекрасно знал о семье Вэй и какое-то время молчал, не зная, что и сказать.
Сян Фэй предпочел не забивать этим голову. Он как раз вспомнил об еще одном важном деле:
— Дядя Ван, давайте пока отложим вопрос с дракой. Мой велосипед был сломан по вине людей Ван Чэня. Разве это не порча моего личного имущества?
— Послушай… — главе Вану предстояла предвыборная гонка на пост главы уезда, и поддержка богатых семей была ему жизненно необходима, а пренебрежительный жест Вэй Синхэ заставил его изрядно понервничать.
— Не переживайте, я не собираюсь с вас шкуру драть, — слегка улыбнулся Сян Фэй и поднял один палец. — Тысяча юаней. Пусть Ван Чэнь купит мне новый велосипед, и на этом мы сочтем инцидент исчерпанным.
Спустя полчаса целый и невредимый Сян Фэй вывел Сяо Ся из учебной части.
Сяо Ся чувствовал себя так, будто бредит наяву — они действительно вышли сухими из воды да еще и тысячу юаней в придачу получили.
— Пошли, сегодня же вечером купим велосипед! — радостно объявил Сян Фэй. — Ну что, растроган?
Сяо Ся: «……»
Едва ли…
http://bllate.org/book/32376/3951046
Готово:
