Глава тринадцатая. Странный камень, странное место
Выйдя из ванной после душа, Нин Циюй достал выданную Юэчжэн Цзяци жидкость и намазал немного на ладони и колени. Не прошло и двух минут, как те раны полностью зажили.
Нин Циюй ошеломлённо смотрел на пузырёк с лекарством в руке, никак не ожидая, что средства, создаваемые омегами в мире будущего, окажутся настолько удивительно сильными. На его содранных ладонях и ушибленных коленях всего за мгновение наросла новая кожа, и теперь не осталось ни малейшего следа от недавних ссадин.
Убрав лекарство в Пространственное кольцо, Нин Циюй подумал, что его всё же стоит поберечь. Тратить столь прекрасное средство на исцеление каких-то мелких царапин было поистине слишком расточительно.
Он и не заметил, как быстро пролетели дни в этом мире будущего: ему казалось, что прошло совсем немного времени, а набежало уже около двадцати с лишним дней.
Судя по всему, завтра после занятий придётся ненадолго вернуться домой. Как-никак, та квартирка была убежищем Нин Циюя в первые дни после перемещения в этот мир, и он всё ещё испытывал к ней некоторую привязанность. Хотя в доме почти ничего не было, из-за того что там полмесяца никто не жил, навести там порядок было бы весьма неплохо.
Утром во время завтрака Нин Циюй предупредил Юэчжэн Цзяци, что у него есть кое-какие личные дела, требующие внимания, а обед он оставил для него подогреваться в термошкафу. Вернувшись в полдень, Юэчжэн Цзяци сможет сразу поесть и ему не придётся никого ждать.
Несмотря на то что он отсутствовал больше половины месяца, Нин Циюй помнил, каким автобусом нужно добираться обратно. Причиной тому была чудовищная бедность Нин Циюя: он попросту не мог позволить себе купить личный летательный аппарат, и из-за этого на него то и дело тыкали пальцами. Куда бы ни отправлялся Нин Циюй, он либо шёл пешком на своих двоих, либо пользовался общественным транспортом.
Стоило учесть, что в нынешней Империи Хуася даже в простых семьях имелся хотя бы один аэрокар — пусть и один на всех домочадцев, но он всё же был.
А нападали на Нин Циюя с упрёками потому, что, хотя от него и отреклась собственная семья, первые восемнадцать лет он всё-таки оставался молодым господином омегой из влиятельного рода второго эшелона. Как говорится, худой доспех — всё лучше голой спины, а такой видный отпрыск некогда известного клана не имел при себе даже завалящего летательного аппарата — разве это не повод для насмешек?
Вернувшись в долгожданный дом и окинув взглядом домашнюю обстановку, Нин Циюй не смог удержаться от вздоха восхищения: городской пейзаж мира будущего выглядел куда лучше, чем в его прошлой жизни.
За полмесяца отсутствия в комнатах не накопилось никакой пыли — всё выглядело почти точно так же, как в день его ухода.
Тем не менее, даже несмотря на относительную чистоту, Нин Циюй решил провести генеральную уборку: всё-таки в доме уже полмесяца никто не жил.
Потратив на уборку чуть больше часа, Нин Циюй устало опустился на диван. Он только собрался немного передохнуть, как вспомнил, что совсем забыл про пространство под кроватью и тумбочками.
Сказано — сделано. Не обращая внимания на уже занывшее от усталости тело, Нин Циюй принялся вымывать пол под кроватью.
Стоило ему провести шваброй, как оттуда вымело немало мусора.
Вспомнив, что в своё время он проспал на этой самой кровати несколько дней, Нин Циюй поморщился от неприятного чувства. Надо же, мало того что прежний владелец тела отличался слабохарактерностью, так он ещё и был совершенно неряшлив — даже собственное жильё не удосужился обустроить поуютнее.
Вот только Нин Циюй не знал, что дело было вовсе не в неаккуратности прежнего хозяина: просто тот в те дни болел настолько тяжело, что едва мог подняться с постели, откуда у него взялись бы силы на уборку? Сам же Нин Циюй, попав сюда, хоть и вымыл весь дом вдоль и поперёк, начисто забыл заглянуть именно под кровать и тумбочки.
Глядя на выметенную кучу мусора, Нин Циюй отправился в гостиную за пакетом для отходов.
Собирая мусор охапками, он вдруг почувствовал резкую колющую боль в руке. Быстро бросив то, что держал, он взглянул на ладонь — ну надо же, кожа снова оказалась содрана, а на кончиках пальцев выступила кровь.
Отыскав в только что собранной куче виновника происшествия, уколовшего его, он с удивлением обнаружил странный камень.
Камень переливался девятью цветами: красным, оранжевым, жёлтым, зелёным, сине-зелёным, синим, фиолетовым, белым и чёрным. Если присмотреться, он напоминал девятицветный кристалл. На этом кристалле имелось девять острых граней, о которые он, судя по всему, только что и поранился.
Но самое странное заключалось в том, что на поверхности кристалла непременно должна была остаться его кровь, однако тот выглядел абсолютно чистым, без малейшего следа крови. Если бы не кровоточащая рана на руке, Нин Циюй ни за что бы в это не поверил. Приложив камень к повреждённой ладони и присмотревшись повнимательнее, он с изумлением понял, что кристалл и впрямь жадно впитывает его кровь.
Вскоре грани кристалла по очереди засияли девятицветным светом, сам он начал стремительно уменьшаться в размерах, пока сияние окончательно не угасло и камень полностью не исчез.
Нин Циюй испытал лёгкий шок: что всё это значит? Куда подевался кристалл? И что за сияние он только что видел? Крепко сжав руки в кулаки и ощущая тупые боли в правой руке, он понял, что произошедшее было самой настоящей правдой.
— Пожалуй, пойду прилягу и посплю, — события последних минут казались настолько невероятными, что ему требовалось время, чтобы прийти в себя.
Его мысли едва успели сформироваться, как Нин Циюй внезапно почувствовал, что перенёсся в совершенно другое место.
Оглядев открывшуюся перед ним картину — двухэтажный дом, небольшой дворик и добрый десяток акров пахотной земли, — Нин Циюй озадаченно подумал: неужели он снова куда-то переместился?
Подойдя ближе, он увидел, что калитка во двор не заперта.
— Извините, здесь есть кто-нибудь? Что это за место?
Он долго звал, но в ответ царила тишина. Нин Циюю ничего не оставалось, как шагнуть во двор, решив извиниться перед хозяевами, когда те объявятся.
Дверь в дом тоже оказалась не заперта. Войдя внутрь, Нин Циюй увидел по обе стороны ряды шкафчиков — в каждом ряду было ровно по десять штук, — а посередине стоял бамбуковый стол и четыре бамбуковых табурета.
Подойдя ближе, он заметил, что каждый шкафчик разделён на бесчисленное множество мелких ящичков, снабжённых подписанными бирками. На тех выдвижных ящичках, что оказались прямо перед глазами Нин Циюя, значились надписи: китайская капуста, зелёный перец, редис. Осмотрев бирки ещё на десятке ящичков, он понял, что все они содержат семена различных овощей.
Нин Циюй подумал, что хозяин этого места, должно быть, искусный земледелец, раз хранит дома столько семян. Будучи в чужом жилище, Нин Циюй не смел вести себя излишне вольготно, поэтому он просто прошёл к бамбуковому столу, присел и стал ждать возвращения хозяина, чтобы во всём разобраться.
Просидев так какое-то время в одиночестве, Нин Циюй заскучал и решил отвлечься чтением скачанной накануне из библиотеки Всеобщей энциклопедии растений. К счастью, энциклопедия была сохранена на носитель, иначе без доступа к световой сети ему пришлось бы тоскливо коротать время в пустом ожидании.
Сам не заметив, как пролетело время, он прочёл больше половины энциклопедии растений, причём вся информация намертво отпечаталась в памяти. Неизвестно по какой причине, но его способность запоминать информацию с каждым днём становилась всё лучше и лучше.
Погладив живот, он понял, что из-за увлечения чтением совсем забыл о времени и переборщил с голодом. К счастью, у него имелись запасы. Достав пирожные, которые он приготовил на досуге пару дней назад, Нин Циюй принялся за еду. Сладкие и мягкие, едва оказавшись во рту, они принесли долгожданное облегчение.
Утолив голод, Нин Циюй решил подняться на второй этаж — возможно, хозяева дома уехали по делам далеко отсюда, иначе почему бы им так долго не возвращаться к трапезе?
Поднявшись наверх, он обнаружил там четыре ряда книжных полок, до отказа заставленных книгами. Хозяин этого дома оказался не просто мастером земледелия, но ещё и заядлым книголюбом.
Посредине между стеллажами также стояли стол и четыре табурета, но на этот раз деревянные. Стоило приблизиться, как в нос ударил тонкий, освежающий и невероятно приятный аромат древесины, от которого в голове сразу прояснилось, а мысли стали на редкость чёткими.
На деревянном столе лежала запечатанная записка, на конверте которой крупным почерком красовалось пять иероглифов: Ищущему судьбу на прочтение.
Раз она предназначалась для того, кто встретит её на своём пути, то его появление здесь вполне можно было считать проявлением той самой судьбы.
Вскрыв конверт, Нин Циюй обнаружил внутри послание. И хотя письмо было написано на древнем литературном языке, к его крайнему удивлению, он прекрасно всё понимал, хотя в прошлой жизни никогда не изучал столь сложную архаичную словесность.
Всю свою жизнь я посвятил сбору семян всех мыслимых растений во всём бескрайнем мире вместе со способами их выращивания, желая усеять ими каждый уголок этой земли. Но злой рок сыграл со мной злую шутку: я по ошибке вкусил древний божественный плод. Моя культивация начала расти с немыслимой скоростью, и я был вынужден немедленно уединиться для затвора, чтобы закрепить прорыв. Едва завершив затвор, я неожиданно достиг пика и был готов вознестись в бессмертные. Понимая, что дело всей моей жизни так и осталось незавершённым, я чувствовал горечь в сердце. Поэтому я оставил Девятицветный дивный камень, собрав все свои пожитки внутри Секретного царства Девятицветного дивного камня. Я уповаю на то, что будущий избранник уронит каплю своей сердечной крови на дивный камень, дабы тот признал в нём господина. Всё моё наследие перейдёт к истинному хозяину Девятицветного дивного камня, и я смею надеяться, что этот человек поможет завершить моё заветное дело. Преисполнен вечной благодарности, Юйвэнь И.
Нин Циюй никак не ожидал, что случайно подобранный камень обладает столь невероятной силой. Оставалось лишь гадать, кто именно передал этот камень прежнему владельцу тела и почему тот забросил его под кровать.
Если бы прежний хозяин сумел заставить камень признать себя господином сразу же, как заполучил его, его судьба наверняка не оказалась бы столь жалкой.
Однако теперь, когда это сокровище досталось Нин Циюю, он почувствовал себя ещё более виноватым перед прежним владельцем тела.
Но прежний хозяин уже сгинул невесть куда, а Девятицветный дивный камень признал своим господином именно его. Он обязан изо всех сил помочь бессмертному по имени Юйвэнь И исполнить его волю. Пусть претворить всё задуманное в одиночку вряд ли удастся, но в будущем он непременно подыщет надёжного человека, который разделит с ним эту ношу.
Сам не понимая почему, Нин Циюй подсознательно подумал, что тем самым заслуживающим доверия человеком должен стать именно Юэчжэн Цзяци. Тряхнув головой, он постарался выкинуть из головы эти нелепые мысли.
В конце концов, ему предстоит прожить ещё добрых несколько десятков лет, и когда он окончательно одряхлеет, то просто передаст всё содержимое Девятицветного дивного камня Юэчжэн Цзяци — должно быть, это поможет исполнить волю бессмертного Юйвэнь И.
Вспомнив слова бессмертного Юйвэнь И о том, что Девятицветный дивный камень представляет собой отдельное Секретное Средоточие, Нин Циюй сообразил, что отсюда наверняка существует способ выбраться наружу. Стоило ему подумать о выходе, как он мгновенно покинул Секретное Средоточие, а когда мысленно пожелал вернуться — тут же вновь очутился внутри. Освоившись с методом перемещения в это Секретное Средоточие и обратно, Нин Циюй решил возвращаться в учебное заведение.
Но стоило ему выйти из спальни, как раздался оглушительный грохот — входная дверь сорвалась с петель и рухнула внутрь.
Ошеломлённо глядя на взбеведённого Юэчжэн Цзяци, Нин Циюй невольно затрепетал от страха. Он впервые видел Юэчжэн Цзяци в таком яростном гневе; судя по всему, вчерашнее его проявление было лишь верхушкой айсберга.
— Почему ты не отвечал на вызовы? — чеканя каждое слово, произнёс Юэчжэн Цзяци.
Нин Циюй почувствовал, как у него подкашиваются ноги.
Небеса, спасите его! Старший сокурсник был до жути страшен, ему сейчас так хотелось сбежать и спрятаться обратно в пространстве! Но ведь рано или поздно ему придётся выйти оттуда, и тогда старший сокурсник наверняка прибьёт его на месте!
Кто-нибудь, объясните же, что вообще произошло? Он ведь пробыл в Секретном царстве Девятицветного дивного камня самую малость, с чего бы старшему сокурснику так люто злиться?
— Я с кем разговариваю? — заметив, что Нин Циюй снова витает в облаках, Юэчжэн Цзяци разъярился ещё сильнее.
Окажись рядом кто-нибудь посторонний, он бы наверняка потерял дар речи от изумления, увидев, как сдержанный Юэчжэн Цзяци способен столь открыто выражать свои эмоции.
http://bllate.org/book/32343/3946567
Готово:
