Глава 4. Сожительство со старшекурсником: начинаем карьеру повара
Поскольку до начала занятий оставалось еще два дня, Нин Циюй планировал как следует выспаться, но раз уж старшекурсник, с которым он будет делить общежитие, уже приехал, да и отношения между ними сложились вполне мирные, стоило проявить инициативу. Вчера старшекурсник Юэчжэн, казалось, остался доволен едой, поэтому Нин Циюй, превозмогая недомогание из-за низкого уровня сахара в крови, завел будильник на семь утра и решил приготовить завтрак.
Раньше из-за своей замкнутости у Нин Циюя совсем не было друзей. Но в этом мире к его физическим особенностям относились вполне терпимо, а что до нулевого уровня сродства — Нин Циюй решил, что ему на это совершенно наплевать. В конце концов, в том мире, где он прожил двадцать лет, ни один мужчина не мог рожать детей, да и никаких особых способностей он ни у кого не замечал.
Для Нин Циюя приготовить завтрак не составляло никакого труда, хотя старшекурсник Юэчжэн ел довольно много. Он сварил большую кастрюлю каши и пустил в дело всё оставшееся с вечера мясо, после чего уселся в столовой дожидаться, когда Юэчжэн Цзяци выйдет к завтраку.
Пусть есть мясо спозаранку было немного тяжеловато, но на кухне, кроме риса, купленного вчера, ничего больше не осталось. К тому же, видя, как вчера Юэчжэн Цзяци налегал на мясо, Нин Циюй решил особо не мудрствовать.
Только он об этом подумал, как дверь открылась.
— Доброе утро, старшекурсник Юэчжэн. — Нин Циюй был слегка удивлен: он ведь встал довольно рано, не ожидал, что старшекурсник уже успел куда-то отлучиться. — На кухне оставалось немного мяса, я приготовил завтрак.
— Мгм. — Юэчжэн Цзяци кивнул и направился наверх.
Нин Циюй остался в недоумении. Это его короткое мычание означало согласие на то, чтобы он использовал продукты, или же приглашение завтракать вместе?
Не сумев разгадать намерения Юэчжэн Цзяци, Нин Циюй решил подождать — в конце концов, старшекурсник наверняка должен был спуститься.
Не прошло и десяти минут, как Юэчжэн Цзяци вернулся. Увидев, что с волос того еще стекает вода, Нин Циюй понял, что он ходил принимать душ.
После завтрака Нин Циюй вымыл посуду и призадумался. В шкафах осталось лишь чуть больше половины вчерашнего запаса риса. Он никак не ожидал, что аппетит его нового соседа будет в семь-восемь раз больше его собственного.
Юэчжэн Цзяци был ростом под метр девяносто, но выглядел при этом просто крепким, никакой лишней полноты. Удивительно, куда в него помещалось столько еды.
Тщательно взвесив свои возможности, Нин Циюй понял, что при нынешних тратах его личных сбережений надолго не хватит. Он подошел к дивану, где сидел Юэчжэн Цзяци, и решил обсудить ситуацию.
— Старшекурсник Юэчжэн, мы будем питаться вместе постоянно? — Хотя они познакомились только вчера, они уже успели дважды пообедать вместе. Нин Циюю было неловко, но он набрался смелости спросить, в глубине души опасаясь получить нагоняй.
— Мгм.
— Э-э, старшекурсник Юэчжэн, я могу готовить для вас, но рис и продукты вам придется покупать самим. — Все-таки денег, которыми он мог распоряжаться, было до обидного мало.
— Мгм. — Юэчжэн Цзяци коротко ответил, встал, подошел к Нин Циюю, схватил его за левую руку и перевел значительную сумму в имперских кредитах через его личный терминал.
— Старшекурсник Юэчжэн, это слишком много… — Нин Циюй лишился дара речи. Неужели этот старшекурсник настолько ему доверяет или же ему просто плевать на деньги? Десять миллионов имперских кредитов — это в пять раз больше всех его сбережений! И вот так запросто — перевод.
Юэчжэн Цзяци даже не обратил внимания на слова Нин Циюя.
— Еще что-то?
— Э-э, нет. — Нин Циюй все еще не мог прийти в себя.
Поняв, что вопросов больше нет, Юэчжэн Цзяци широким шагом направился к выходу.
Нин Циюй еще несколько минут просидел в оцепенении, прежде чем до него дошло: теперь на его счету огромная сумма, хотя она ему и не принадлежит.
Раз уж Юэчжэн Цзяци взял расходы на питание на себя, Нин Циюй при покупке продуктов больше не собирался себя ограничивать так, как вчера. Свои деньги он пусть и экономит, но еду для Юэчжэн Цзяци должен покупать исходя из его аппетита.
Юэчжэн Цзяци любил мясо. Нин Циюй отправился в мясной отдел и купил самое дешевое мясо хрюкающего зверя. Даже самое дешевое стоило пять тысяч за цзинь, и он взял сразу двадцать килограммов, исходя из вчерашнего аппетита соседа. Десять тысяч имперских кредитов улетели в один миг, и Нин Циюй еще переживал, хватит ли этого Юэчжэн Цзяци хотя бы на день.
Хотя он и пообещал готовить для Юэчжэн Цзяци, Нин Циюй не собирался сидеть у того на шее. Купив достаточно продуктов на три приема пищи для соседа, он отправился за покупками для себя.
Покрутившись по супермаркету и все хорошенько сравнив, Нин Циюй взял несколько яиц скрипящего зверя и немного зелени, названия которой не знал, после чего отправился на кассу.
Вернувшись домой и приготовив обед для себя, он приступил к еде для Юэчжэн Цзяци.
Судя по вчерашнему аппетиту соседа, за один присест тот съедал не менее десяти цзиней риса и мяса. При нынешних ценах даже с учетом щедрого перевода этих денег хватило бы максимум месяца на три. Нужно было придумать, как растянуть их подольше.
Нин Циюй отрезал около трех цзиней мяса, решив сделать тушеную свинину, а затем подать ее с рисом, добавив два овощных гарнира, чтобы убрать лишнюю жирность. Так он решил вопрос с обедом.
Поставив готовое блюдо в термошкаф, он пообедал сам. Время было еще до полудня, и, полагая, что Юэчжэн Цзяци вернется ровно к двенадцати, Нин Циюй оставил записку на обеденном столе и ушел к себе в комнату.
Записав в интеллектуальный мозговой чип все расходы на продукты для соседа, Нин Циюй решил вздремнуть — он сегодня встал слишком рано и валился с ног от усталости.
Как только Юэчжэн Цзяци вернулся, он сразу прошел на кухню. Хотя Нин Циюя там не было, острое обоняние самца уловило аппетитный запах тушеного мяса.
— Старший брат, откуда такой вкусный запах? — Юэчжэн Цзялинь, следовавший за братом по пятам, едва учуяв аромат, не смог удержаться от вопроса.
Юэчжэн Цзяци, уставший после утренней тренировки и проголодавшийся, даже не удостоил брата взглядом. Он достал свой обед из термошкафа и принялся за еду.
Рискуя получить взбучку, Юэчжэн Цзялинь осмелел:
— Брат, поделись хоть чуть-чуть, очень уж вкусно пахнет! Это тот самый новый младшекурсник приготовил? — Раньше рядом с ними не было никого, кто мог бы состряпать что-то настолько притягательное, да и к брату мало кто приближался, так что готовить в его квартире мог только новоприбывший.
— Вали отсюда. — Холодно бросил Юэчжэн Цзяци и продолжил наслаждаться обедом. Овощи он не любил, но и делиться с братом не собирался.
Юэчжэн Цзялинь вздрогнул, но не отступил:
— Ну не будь таким жестоким! Если бы не я подселил его к тебе в общежитие, где бы ты еще нашел такую удачу?
— Три дня.
— Три дня так три дня! — Юэчжэн Цзялинь, набравшись наглости, схватил две тарелки с овощами, к которым Юэчжэн Цзяци почти не притронулся, сунул их в Пространственное кольцо и пулей вылетел из квартиры. Если не уйти сейчас, наказание точно удвоят.
Хотя провести три дня в тренировочном лагере клана было жутковато, но с этими двумя тарелками овощей он оставался в явном выигрыше.
Юэчжэн Цзяци никак не отреагировал на кражу овощей.
Доев всю кастрюлю риса с тушеным мясом, Юэчжэн Цзяци поднялся наверх, открыл дверь в комнату Нин Циюя и вошел внутрь.
Увидев, что Нин Циюй во сне скинул одеяло и обнажил нежный животик, Юэчжэн Цзяци, на удивление себе, заботливо укрыл его и вышел.
Хорошо выспавшись, Нин Циюй почувствовал прилив сил. Было всего два часа дня, и он вошел в сеть через свой интеллектуальный мозговой чип, планируя побольше узнать об Империи Хуася.
Нынешней Империей управляла императорская семья, но среди них не было тех тиранов и глупых правителей, о которых Нин Циюй читал в книгах. Император правил страной, но Военный департамент не всегда действовал строго по его указке: если Император хотел отдать важный военный приказ, тот требовал одобрения Великого маршала и как минимум двух из четырех высших генералов.
Если Император совершал серьезную ошибку, Великий маршал, четыре генерала и имперские советники имели право созвать совещание и низложить его, избрав нового правителя из числа наследников. Однако такие советы собирались крайне редко: за пять тысяч лет существования Империи Хуася это случалось лишь трижды.
Каждый император мог править не более пятисот лет, после чего обязан был добровольно отречься. Если кто-то цеплялся за трон, как тот правитель тысячу триста лет назад, его низлагали на пятьсот первый год правления.
Дочитав до этого места, Нин Циюй кое-чего не понял и решил поискать в сети. Оказалось, что люди в этом мире жили тем дольше, чем выше был их уровень сродства. Даже те, у кого этот уровень был на отметке двадцать-тридцать, доживали до трехсот лет, а самый старый житель Империи Хуася прожил уже более тысячи пятисот лет.
Неудивительно, что обучение в университете длилось минимум десять лет: люди здесь жили очень долго. Жаль, что он не знал, сколько суждено прожить ему с нулевым сродством — может, сотню лет? Или семьдесят-восемьдесят? Впрочем, сколько бы ему ни осталось — каждый прожитый год будет подарком судьбы.
Перестав интересоваться делами дворца, Нин Циюй задумался: ведь во времена основания Империи Хуася людей было немало, почему же сейчас их становится все меньше, а рождаемость упала? Он снова полез в поисковик.
Стоило ввести запрос о причинах дефицита женского пола, как выдало кучу информации.
Первой в списке шла история о тиране, появившемся три тысячи сто лет назад. Он правил всего десять лет, прежде чем его свергли, но успел погубить половину женщин и три десятых от общего числа существ женского пола в империи.
С тех пор женщин и существ женского пола становилось все меньше. Рождаемость падала все сильнее: даже восемьсот лет назад одна женщина с уровнем сродства девяносто за всю жизнь родила лишь трех сыновей, одну дочь и одну особь женского пола.
Совсем не так, как в мире, где жил Нин Циюй: если бы не политика ограничения рождаемости, одна пара могла бы произвести на свет пять-шесть, а то и десять детей. Нин Циюй невольно вздохнул — население страны было пугающе мало по сравнению с его родным миром, где буквально яблоку негде было упасть.
Судя по информации из сети, в Империи Хуася и во всем этом мире даже не рождались близнецы. За последние пятьсот лет для пары считалось великим благословением родить хотя бы двоих детей.
http://bllate.org/book/32343/3946558
Готово:
