Двое еще немного поспрашивали, убедившись, что больше никаких ценных сведений вытянуть не удастся, и прекратили расспросы.
Цзян Нин призадумался, а затем сменил тему:
— Сколько лет твоему возлюбленному и какими навыками он обладает?
Чэнь Шэн на мгновение остолбенел, но тут же сообразил, к чему клонят, и на его лице промелькнула радость. Почти дрожащим голосом он произнес:
— Ему в этом году исполнилось двадцать пять, он работал начальником отдела продаж в компании. Раньше его показатели из месяца в месяц были на первом месте, навыки межличностного общения просто превосходные. На этот раз из-за удара, связанного с моей смертью, он какое-то время не мог прийти в себя, и у него начались проблемы с психикой. Мы были вместе с самого детства, у нас особенные, крепкие отношения, поэтому я могу понять его нервный срыв. Впрочем, за последнее время он почти восстановился и сейчас собирается искать работу.
Дойдя до этого места, он слегка запнулся, на его лице мелькнуло выражение гнева. Яростно сжав зубы и посомневавшись еще немного, он все же заговорил:
— Просто у него был один назойливый ухажер с высоким положением. Увидев, что после моей смерти он остался вдовом, тот начал всячески давить на него. Мой возлюбленный отказался, и тогда этот человек переговорил с некоторыми компаниями, запретив брать его на работу, из-за чего его жизнь и оказалась в таком тяжелом положении.
Цзян Нин задумчиво прищурился. Поразмыслив немного, он спокойно произнес:
— Ступай, верни украденные украшения на место, а завтра утром приведи своего возлюбленного ко мне.
Слегка помедлив, он добавил:
— У меня есть для него работа, связанная с недвижимостью. Условия неплохие, но сначала нужно взглянуть на человека.
В глазах Чэнь Шэна мелькнула радость, но тут же погасa. Поколебавшись, он с некоторой боязнью произнес:
— Если речь идет об уборке или чем-то подобном... мой возлюбленный — мужчина. Вы предъявляете какие-то требования к полу?
Цзян Нин удивленно приподнял бровь.
Впрочем, его не интересовала любовь между мужчинами и женщинами. Мужчина тот или женщина — для него это ничего не меняло и никаких неудобств не доставляло, разве что вызывало легкое удивление.
Он кивнул и сказал:
— Неважно, мужчина это или женщина. Для меня главное — способности.
Чэнь Шэн принялся наперебой выражать благодарность и, охваченный едва ли не диким восточным ликованием, бросился к выходу.
Цинь Му повернулся к нему, склонил голову набок и с недоумением спросил:
— Какую ты тут затеял игру? С каких это пор у тебя появилась какая-то работа, о которой я ничего не знаю?
Цзян Нин посмотрел на него с бесстрастным выражением лица:
— Цинь Му.
Цинь Му неизвестно почему резко вздрогнул и машинально отозвался:
— Здесь!
Цзян Нин неторопливо произнес:
— Ты уже три месяца у меня даром ешь, пьешь, развлекаешься и живешь. Ты задумывался над одной вещью?
Цинь Му мгновенно вздыбил шерсть:
— С какой это стати я даром ем, пью, развлекаюсь и живу?! Дед целых три месяца учил тебя делам Мира Инь и Ян!
На лице Цзян Нина не было и тени раскаяния. Он кивнул:
— Да, не считается. Вот только за эти три месяца мы не заработали ни единой монеты, только тратили.
У Цинь Му зародилось недоброе предчувствие.
В следующее мгновение это предчувствие оправдалось.
Цзян Нин сказал:
— Через неделю мы начнем питаться сырым воздухом.
Цинь Му: «……»
Цзян Нин:
— Поэтому мы обязаны решить текущую проблему с пропитанием и одеждой. Учитывая расход киновари и бумаги для талисманов, потребуется немало денег, а мой план таков: сначала продать тот дом на западной окраине.
Цинь Му: «……»
Цзян Нин:
— Следовательно, мне нужен тот, кто поможет мне продать дом.
Цинь Му: «……»
Возможно, желая доказать ложность слов Цзян Нина, Цинь Му во все глаза уставился на него и предпринял отчаянную попытку сопротивления:
— Ты… ты же обещал купить мне двух кошек…
— О, насчет этого… — с совершенно невозмутимым видом произнес Цзян Нин, — я соврал.
Цинь Му: «……»
Связаться с погрязшим в нищете Заклинателем духов — сущее мучение для сердца.
Ни человек, ни кот ни во что не ставили того самого влиятельного человека, что крутился за спиной возлюбленного Чэнь Шэна. Цинь Му в бытность Императором Зверей общался с самыми разными людьми и повидал немало особ высокого происхождения, так что он совершенно не принял это всерьез. Что же касается Цзян Нина…
Злая Инь рассудила, что перед лицом выбора между голодной смертью и неприятностями лучше всё же выбрать второе. Люди не трогают меня — и я не трогаю людей. Если этот противник сам полезет на рожон, у него есть Злая Инь. Хотя изгонять духов пока еще немного трудновато, устроить оппоненту мелкие неприятности и заставить отступить перед трудностями он вполне способен.
провозившись весь вечер, они поняли, что уже почти рассвело. Цзян Нин принял душ и сразу же лег спать.
Цинь Му по привычке запрыгнул на кровать, откинул край одеяла, забрался внутрь, прижался к телу Цзян Нина, свернувшись пушистым комком, и вскоре погрузился в царство снов.
В темной и тихой комнате внезапно вспыхнула точка фиолетового сияния.
Это было Кольцо Укрепления Души на пальце Цзян Нина.
Оно то вспыхивало, то затухало, излучая мягкий приглушенный свет, словно нежная материнская рука гладила детскую ладонь, из-за чего вся рука целиком окуталась мягким сиянием.
Спавший крепким сном Цзян Нин слегка нахмурил брови.
Он чувствовал, что его нынешнее состояние несколько странное.
Он отчетливо понимал, что видит сон, что это его собственный мир сновидений, однако обычно люди во сне не осознают, что спят, и в этом как раз заключалась самая странная особенность.
Сейчас он стоял на поверхности прозрачного озера, вокруг клубился густой туман, и разглядеть что-либо удавалось лишь на расстоянии трех шагов перед собой.
Перед ним стоял массивный деревянный письменный стол, рядом с ним — стул. Прямо посередине столешницы спокойно лежала черная кожаная тетрадь, похожая на самую обычную школьную записную книжку.
Цзян Нин испытал некоторое любопытство. Он огляделся по сторонам и, убедившись в отсутствии опасности, подошел ближе, взял в руки ту тетрадь и начал читать.
Открыв блокнот, он увидел на первой странице аккуратно выведенную изящным каллиграфическим почерком запись:
— Мой дорогой ребенок, мама изначально не хотела втягивать тебя в это дело, но на кону стоят человеческие жизни, на кону жизнь и смерть Мира Инь и Ян, а твое участие имеет решающее значение. Поколебавшись, я сделала ставку: если за всю свою жизнь ты не пробудишь Тело Иньского Злодеяния, проживи тихую и размеренную жизнь до самого конца. Если же ты пробудишься, то рано или поздно узнаешь тайну этого Кольца Укрепления Души. Я собрала воедино соответствующие подсказки и записала их в эту тетрадь.
Ресницы Цзян Нина дрогнули, дыхание на миг замерло, сердце забилось сбивчиво и тяжело. Его пальцы напряглись, кончики покрылись тончайшим слоем холодного пота. Он несколько раз безуспешно попытался перевернуть страницу за обложку, пока наконец ему не удалось открыть следующую. Перед глазами предстали знакомые черные иероглифы.
Слегка поджав губы, объятый смесью напряжения и ожидания, он нетерпеливо продолжил чтение.Здесь записано всё, что мы с твоим отцом расследовали за это время, но если я выложу всё сразу, ты, не имея достаточной силы, опрометчиво бросишься нас спасать, и в конце концов тебя просто схватят. Разумеется, мы этого не хотим. Я установила кое-какие препятствия: докажи маме свои способности, и дневник откликнется соответствующими подсказками, которые шаг за шагом приведут тебя к нам.
Препятствие заключается в следующем: найди Нефритовую Душу. Чем выше уровень Нефритовой Души, тем больше улик откроется. Принеси найденную Нефритовую Душу к Кольцу Укрепления Души, и дневник сам покажет подсказку на следующей странице.
И напоследок наставление от матери: ребенок, запомни, пока ты недостаточно силен, никому и ни за что не позволяй узнать о твоем Теле Иньского Злодеяния. Тот человек всё еще ищет тебя, и стоит тебе раскрыть себя, как ты окажешься в смертельной опасности. Обязательно запомни это!
Перевернув страницу, он обнаружил, что следующая пуста.
Возможно, объем информации, раскрытой в этом дневнике, оказался слишком велик, и от душевного потрясения рука Цзян Нина дрогнула. Дневник тут же упал на землю, густой туман вокруг забурлил, в голове у него помутилось, а в следующее мгновение он резко открыл глаза и уже вернулся в реальность.
Первое, что бросилось ему в глаза, был чей-то огромный, угольно-черный и пушистый кошачий зад.
Цзян Нин: ……
Его мысли, только что бушевавшие бушующим океаном, мгновенно сделали крутой вираж: словно лишенная опоры гигантская волна, они с грохотом рухнули вниз, перевернувшись вверх тормашками.
Затаив дыхание, он высвободил из-под одеяла руку и пощупал кошачий зад.
Черный кот спал в полузабытьи, раскинув пузико вверх и поджав все четыре лапы. Неизвестно, что ему приснилось такого радостного: рот был слегка приоткрыт, уголки губ изогнулись в глупой, счастливой улыбке, а на них смутно висела подозрительная капля жидкости. Вся его поза выражала расслабленность и блаженство.
Почувствовав прикосновение к заду, кот недовольно заворочался, задней лапой дернул в воздухе, издал из горла несколько уютных мяукающих звуков, пушистым хвостом раздраженно провел по лицу Цзян Нина, свесил голову и продолжил спать.
Цзян Нин: ……
Ему пришлось усилить нажим, еще раз помять кошачий зад и повысить голос: — Подъем!
Цинь Му недовольно хмыкнул и снова покрутил задом. На этот раз движение оказалось куда шире, и он с глухим стуком… свалился с кровати.
— Чт… что такое? Призраки напали?
Цинь Му мгновенно подскочил. Кот в одно мгновение переключился из ленивого состояния в боевое: шерсть на его теле слегка вздыбилась, круглые кошачьи глаза заискивающе огляделись по сторонам, а затем уставились прямо на остекленевший взгляд Цзян Нина.
Цзян Нин: ……
Цинь Му: ……
Цзян Нин бесстрастным голосом произнес: — Я тут подумываю спать в разных комнатах. Просыпаться каждое утро, уставившись на кошачий зад, — это слишком большой вызов для моей психики.
Кот… кошачий зад? Я снова повернулся к нему задом?
Цинь Му неловко кашлянул, постепенно расслабился, уселся на кровати, виляя хвостом, и с серьезным видом заявил: — Чушь собачяья, только спячи вместе можно подготовиться к чрезвычайным ситуациям.
Цзян Нин озадаченно посмотрел на него: — К чрезвычайным ситуациям?Цинь Му, с торчащим на макушке одиноким вихром, сердито заявил: — Вдруг какой-нибудь дух забредет сюда, а ты его испугаешь и прогонишь? Я ведь еще успею его поймать!
Цзян Нин некоторое время смотрел на него, затем медленно поднял руку и указал на мочку уха.
Пурпурная серьга-магатама на мочке мягко сияла в лучах утреннего солнца.
У него есть сам Инь Куньский Нефрит, с чего бы духам разбегаться от страха?
Цинь Му лишился дар речи.
Его круглые кошачьи глаза забегали туда-сюда, лихорадочно подыскивая предлог остаться. Настоящую причину называть было никак нельзя: он чувствовал себя невероятно спокойно рядом с Цзян Нином, мог расслабиться так, как никогда раньше, а Цзян Нин никогда не злоупотреблял этим доверием и всегда относился к нему очень щедро, поэтому кот ни за что не хотел уходить от него спать.
Только вот если Цзян Нин узнает об этой причине, ему станет ужасно стыдно.
Не успел он придумать отговорку, как Цзян Нин неторопливо сел, задумчиво прислонившись к изголовью кровати, слегка опустил голову и уставился на Кольцо Укрепления Души у себя на руке, о чем-то глубоко задумавшись.
Цинь Му склонил голову набок и посмотрел на него, в его глазах невольно промелькнуло восхищение.
Цзян Нин и сам по себе был очень красив: у него были утонченные черты лица, изящный овал, нежная и белая кожа, но в нем не было ни капли женоподобности. Все дело было в его зрачках — настолько угольно-черных, что казалось, в них таится непроницаемая, глубокая бездна, которая сама по себе придавала ему мужской суровости и твердости, а редкие выражения эмоций на лице создавали образ холодного и невозмутимого человека.У него были длинные волосы, мягкие, как черный шелк, спадающие вниз. Лишь на лбу они были чуть короче, обрамляя лицо легкой челкой. Сейчас, из-за того что он только что проснулся, пряди беспорядочно рассыпались по плечам, что неожиданно смягчало его холодный отстраненный образ. Утреннее солнце падало на него, подчеркивая бледные, красивые черты лица и задумчивую поза, создавая безмятежную и прекрасную картину, похожую на полотно художника.
Цинь Му смотрело на него и не могло удержаться от восхищенного вздоха.
Та самая Злая Инь, которая едва не лишила его жизни той ночью, в конце концов сделала одно доброе дело: в ночь пробуждения она помогла ему заново слепить тело, заодно отрастив волосы.Сначала Цзян Нин посчитал это слишком женственным и остриг их, но после этого каждый раз при использовании Злой Инь волосы снова отрастали. В конце концов он махнул на это рукой, просто связывая их сзади шнурком и пряча под одежду, так что посторонние и впрямь не догадывались, что у него длинная шевелюра.
Так больше продолжаться не может.
Подумало Цинь Му.
Надо подобрать ему подходящую прическу, нельзя же портить такие прекрасные данные.
Тц, жаль только, что он мужчина. Будь он женщиной, я бы всерьез за ним поухаживало.
Оно мысленно представило женскую версию Цзян Нина: с пышной грудью, тонкой талией и длинными ногами, с утонченной красотой и выдающимися способностями, холодную и равнодушную ко всем остальным, но ласковую лишь с ним одним — ту, что гладит его по шерсти, готовит еду, купает, одевает, ест и спит с ним вместе...
Как раз в тот момент, когда оно блаженно витало в облаках, Цзян Нин внезапно произнес: Я видел свою маму...
В критический момент заветное слово достигло слуха, Цинь Му судорожно вздрогнуло, резко вылупило глаза и машинально завопило: Где же матушка-тещенька?!
Цзян Нин: ...
Он странным взглядом посмотрел на него и неторопливо договорил оставшиеся четыре слова: ...в дневнике.
Цинь Му: ...
Сл... случайно вышло, не смотри на меня так, у этого котика аж сердце забилось быстрее.
http://bllate.org/book/32334/3945612
Готово:
