— Не стоит лезть в воду самому, — Ян Мэй с беспокойством посмотрела на Нин Цзюэ. Зимние температуры на юге тоже нельзя было недооценивать. — Пусть дублер справится.
— Все в порядке, — Нин Цзюэ ответил наотрез, даже не задумываясь. Он еще не до конца вышел из прежнего эмоционального состояния, и вид у него был несколько непостижимый.
Ян Мэй ускорила шаг, догоняя Нин Цзюэ:
— Но...
— Пустяки, — шаг Нин Цзюэ немного замедлился. — Я контролирую ситуацию.
Хотя Ян Мэй была с этим не согласна, поделать ничего не могла, так что ей оставалось лишь смириться и прилепить ему еще две согревающие наклейки.
Хэ Динси проводил взглядом уходящую съемочную группу Нин Цзюэ, а затем перевел взгляд на собственный сценарий: следующей ему предстояла сцена словесной перепалки со множеством ученых мужей.
Реплики в этой сцене представляли собой смесь современного языка и вэньяня, к тому же текст был длинным и неудобопроизносимым. Обычно Хэ Динси хватало одного беглого взгляда, чтобы запомнить всё в общих чертах, но сегодня он почему-то, что случалось крайне редко, чувствовал себя не в своей тарелке.
Только к полудню Хэ Динси наконец закончил работу. Сидя в машине по дороге в отель и глядя в окно, он слушал, как Ли Аньци рядом настойчиво и без умолку листает только что принесенный сценарий.
Ли Аньци вытащил один из сценариев, поднес его к самому лицу Хэ Динси и произнес:
— Мне кажется, эта городская романтическая комедия неплоха. Тема пользуется популярностью у зрителей, да и образы персонажей отличные. Президент интернет-компании: красивый, богатый, холодный. По-моему, было бы неплохо...
Хэ Динси повернулся и внезапно, без всякой связи с предыдущим разговором, спросил:
— Где Нин Цзюэ снимает свою сцену?
Речь Ли Аньци оборвалась на полуслове из-за внезапного вопроса Хэ Динси, и тот мгновенно растерялся, на миг забыв, о чем вообще толковал.
— Зачем тебе это? — недоуменно переспросил Ли Аньци. Порывшись в расписании съемок, он ответил: — Кажется, на песчаной косе номер два у южной реки.
Хэ Динси кивнул и велел водителю:
— Поехали, взглянем.
— А? — Ли Аньци растерялся еще больше. По слухам, вчера у Хэ Динси и Нин Цзюэ вышел неприятный разговор из-за Сяо Кэжаня, и теперь он гадал, не завязалась ли у них какая-то новая вражда.
Когда Хэ Динси прибыл на место, Нин Цзюэ как раз снимал сцену верховой езды. На самом деле в кино и сериалах есть множество способов имитировать езду на лошади, и актеру вовсе не обязательно по-настоящему взбираться в седло. Однако требования Хо Цянцяна издавна отличались строгостью, да и актеры охотно шли на сотрудничество.
Сейчас Нин Цзюэ спокойно и прямо сидел в седле, пока конь под ним лениво щипал травилку. Его лицо на фоне темной лисьей шубы казалось белым как снег, что само по себе придавало ему царственной величественности, свойственной тем, кто стоит наверху.
По знаку режиссера конь под Нин Цзюэ сорвался с места, словно выпущенная из лука стрела, а следовавшие за ним массовщики бросились в погоню, и на тесной тропинке мгновенно взметнулся столб пыли.
В этот момент мимо проходил работник сцены дядя Ян и сразу заметил Хэ Динси за пределами площадки. Вспомнив сплетни из околокиношных форумов, он шутливо бросил:
— Учитель Хэ пожаловал навестить съемочную группу? Посмотреть на Нин Цзюэ?
— Вы отлично потрудились, — неопределенно ответил Хэ Динси, с улыбкой поприветствовал его, остановился и перекинулся с дядей Яном парами дежурных фраз.
Хэ Динси действительно приехал сегодня специально ради Нин Цзюэ. Проведя столько времени в этой сфере, он обычно не интересовался, кто играет хорошо, а кто плохо. Но почему-то утреннее выступление Нин Цзюэ заставило его проявить к этому человеку некоторый интерес.
В этот момент вокруг раздался вздох изумления: Нин Цзюэ легко взмыл над конской спиной и следом решительно и чисто прыгнул прямо в воду. Быть может, сказывалось его некоторое знакомство с танцами, но все движения слились в единый плавный поток, не уступающий по красоте текущей воде, и выглядели крайне эстетично.
Когда брызги опали, фигуры Нин Цзюэ на водной глади уже не было видно.
— Хм, — Ли Аньци неизвестно когда тоже выбрался из машины. Подойдя к Хэ Динси, он с издевкой протянул: — Неудивительно, что этот парень стал популярен, кое-какие навыки у него имеются.
Вскоре Нин Цзюэ снова показался на поверхности. Одновременно с этим четыре камеры для съемок бэкстейджа одна за другой устремились вперед, нацелив объективы на Нин Цзюэ в воде.
— Пойдем, — Хэ Динси позвал за собой увлеченно наблюдавшего за происходящим Ли Аньци. Дальнейшее развитие сюжета его больше ни капли не интересовало.
Верно, у закулисных роликов тоже есть свой сценарий. По мнению Хэ Динси, лезть ли в ледяную воду зимой или кутаться в ватник летом — прямая обязанность актера, не заслуживающая бесконечных повторений. Однако было очевидно, что в будущем и создатели дорамы, и компания Нин Цзюэ раздуют из этого событие огромного масштаба, целый месяц выпуская статьи о его невероятном трудолюбии и преданности делу.
И все же, стоило Хэ Динси собраться уходить, как кто-то преградил ему путь. В суматохе кто-то сунул Хэ Динси в руки большое полотенце, а вслед за этим подоспела и камера, снимающая закадровые моменты.
Столкнувшись лицом к лицу с объективом, Хэ Динси на секунду задумался, после чего взял полотенце и с совершенно естественным видом направился к Нин Цзюэ.
Завидев идущего ему навстречу Хэ Динси, Нин Цзюэ не выказал ни малейшего удивления. Он протянул руку и произнес:
— Учитель Хэ, выручайте, дайте руку, ногу свело.
Услышав это, Хэ Динси зашагал медленнее. Даже для создания фансервиса существовали свои негласные правила, и слепая спешка в попытках силой навязать романтические штампы ни к чему хорошему не приводила.
Догадавшись, о чем думает Хэ Динси, Нин Цзюэ с легкой досадой произнес:
— Я не вру, взгляните сами, левая нога совсем не двигается.
Хэ Динси с подозрением посмотрел на Нин Цзюэ: тот кривился от боли, и это вовсе не походило на притворство, поэтому Хэ Динси все же подошел ближе и крепко обхватил Нин Цзюэ за талию.
Нин Цзюэ оттолкнулся одной ногой и без малейшего стеснения перенес всю тяжесть своего тела на Хэ Динси.
Хэ Динси тщательно укутал Нин Цзюэ большим полотенцем и заодно откинул со лба прилипшие к шее мокрые пряди. Нин Цзюэ опустил взгляд на руки Хэ Динси, думая о чем-то своем.
— Учитель Нин Цзюэ, — проговорил Хэ Динси, одновременно впитывая полотенцем влагу с тела Нин Цзюэ. — Вы слегка переигрываете.
— Вот как? — Нин Цзюэ моргнул, и в его взгляде вновь промелькнула привычная безбашенность. — А так?
— Неплохо, — Хэ Динси взял из рук сотрудника новое полотенце, набросил его на голову Нин Цзюэ и только после этого повел его вперед, поддерживая за локоть.
Продолжая говорить так, чтобы слышали только они двое, Хэ Динси заметил:
— Вам достаточно просто показаться перед камерой, и толпы фанаток тут же осыплют вас поддержкой, зачем так надрываться?
— Учитель Хэ, если ваши слова разойдутся вокруг, ваш тщательно выстроенный образ разрушится, — Нин Цзюэ бросил взгляд на окружающие их камеры закадровых съемок и, наклонившись к самому уху Хэ Динси, небрежно бросил: — Вы ничего не понимаете. Избалованный айдол, который лично лезет в воду зимой — где еще найдешь материал для пиара, на котором проще построить безупречный образ?
http://bllate.org/book/32249/3934280
Готово:
