Совершенно не подозревая, что скоро к нему нагрянут непрошенные гости, У Цзинь после окончания работы получил свои тридцать юаней зарплаты и собрался пойти пообедать.
— Ему за целый день всего тридцать юаней дали? — один из рабочих проводил взглядом У Цзиня и прораба, скривившись в недоумении. — Этот парень ведь больше всех перетаскал!
Судя по расценкам для рабочих, живущих прямо на стройке, им платили по двести юаней в день. Даже временным работникам, которым платили поштучно — грубо говоря, по пятьдесят фэней за штуку, — и то выходило гораздо больше этой суммы.
Все они знали, что У Цзинь пришёл без удостоверения личности, и думали, что парень просто поругался с домашними и сбежал из дома.
Судя по виду, У Цзиню было совсем мало лет, едва за двадцать. У многих из рабочих дома росли свои дети, и им было просто жаль этого паренька, которого так бессовестно обокрали.
Однако сам У Цзинь казался совершенно равнодушным к деньгам, что лишь укрепляло их подозрения: должно быть, он происходит из невероятно богатой семьи.
Силы у этого молодого парня были просто богатырские, он перетащил больше материалов, чем кто-либо в их бригаде. Вот только прораб попался бессовестный — решил воспользоваться наивностью честного паренька.
Правда, заступаться за У Цзиня никто не стал: всем нужно было работать на этом месте, а если вздумаешь перечить прорабу, тот потом жизни не даёт, и станет только хуже.
Каждому нужно было как-то кормить семью.
У Цзинь вовсе не был лишён понятия о деньгах. Он прекрасно понимал, что тридцать юаней в его руке — это не так уж много, но понятия не имел, какая зарплата за перенос кирпичей считается справедливой.
В результате господин цзянши, наивно вообразивший, что он уже полностью влился в этот мир, подсознательно решил, будто все здесь зарабатывают ровно столько же.
Поэтому настроение у У Цзиня оставалось исключительно ровным.
Он даже ломал голову над тем, что бы такого съесть вечером.
Жоуцзямо, жареная холодная лапша да ещё порция говяжьего супа с лапшой?
У Цзиню очень хотелось попробовать хот-пот, но при нём было всего тридцать юаней и пятьдесят фэней — мелочь осталась с вчерашнего дня, а на такие деньги ничего не купишь.
Будучи цзянши, он не нуждался во сне и ему не грозила внезапная смерть от переутомления — в конце концов, он и сам был мертвецом.
Прогуливаясь по пешеходной улице, У Цзинь слегка нахмурился: ему казалось, что вокруг слишком много девушек украдку наводят на него камеры телефонов.
Пару дней назад такого безобразия ещё не было. неужели он вёл себя как-то подозрительно? Или эти смертные что-то заметили?
— Прямо сейчас У Цзинь находится на пешеходной улице в уезде Ваньжун, — сотрудница Управления по делам аномалий неотрывно следила за перемещениями У Цзиня на экране телефона. — В руках у него, похоже, латёя.
В этот момент в машине находились четверо сотрудников, включая Инь Хуэймина. Они мчались в уезд Ваньжун на обычном трёхъярусном седане. Предельная скорость машины составляла двести километров в час, и стрелка на спидометре сейчас лежала ровно на отметке двести.
Пейзажи за окном сливались в сплошные тени, и сидевший на пассажирском сиденье спереди мужчина подозревал, что эта развалюха на самом деле едет гораздо быстрее двух сотен.
В конце концов, за рулём сидел Инь Хуэймин.
Видя, что их машина вот-вот врежется в едущий впереди чёрный седан, мужчина инстинктивно вытаращил глаза. Однако Инь Хуэймин даже не шевельнул рулём и полетел напролом.
Их автомобиль на полном ходу столкнулся с чёрной машиной, на мгновение слился с ней, а затем они разъехались.
Мужчине на переднем сиденье даже показалось, что в тот самый миг, когда он столкнулся с пожилой женщиной на пассажирском сиденье того седана, его собственная душа словно вселилась в тело старушки.
В этот момент их машина походила на призрака: посторонние люди совершенно не видели того, что творится внутри, и если Инь Хуэймин пожелал бы, ни один автомобиль в мире не смог бы их задеть.
Ужасающая способность.
Мужчина чувствовал, что его сердце готово выпрыгнуть из груди.
Другой сотрудник на заднем сиденье, вцепившись в бумажный пакет из закусочной, усердно выворачивал желудок наизнанку.
Девушка сочувственно похлопала хилого коллегу по спине:
— Потерпи ещё немного.
— Чу Фань всё ещё блевать изволит? — обернулся мужчина с переднего сиденья. — Тебе что, до сих пор есть чем? Ты же, насколько я помню, днём почти ничего не ел.
Мужчина по имени Чу Фань слабо приподнял голову и выдавил улыбку:
— Всё, что могло выйти, уже вышло, теперь одна жёлтая желчь течь изнутри.
Не успел он договорить, как Инь Хуэймин резко вывернул руль, и Чу Фань едва не изблевал весь салон.
Девушка взглянула в зеркало заднего вида на лицо Инь Хуэймина.
То, что Инь Хуэймин не является человеком, было секретом Полишинеля для всех сотрудников Управления по делам аномалий.
В мире людей обитало немало различных ёкуай, однако, судя по словам высшего руководства, истинная природа Инь Хуэймина крылась далеко не в живых существах.
Будучи нечеловеческим существом, прожившим неизвестно сколько веков, Инь Хуэймин носил длинные волосы, но в нём не было ни капли изящества благородного юноши.
Он неизменно облачался в строгий чёрный костюм либо рубашку, совершенно лишённый мягкости в манерах, а черты его лица неизменно оставались суровыми и резкими.
Было такое чувство... будто Инь Хуэймену на поясе не хватало лишь пистолета, складной дубинки либо какого-нибудь тесака, символизирующего статус лютого авторитета.
Подперев голову рукой, девушка предавалась пустым мыслям, размышляя о том, что фигура Инь Хуэймина под этим костюмом наверняка чертовски хороша.
От него так и веяло атмосферой криминального босса из какого-нибудь романа.
Пока девушка предавалась бурным фантазиям, Инь Хуэймин поднял взгляд и через зеркало заднего вида встретился с ней глазами. Девушка тут же поспешно отвела взор и принялась сочувственно смотреть на коллегу, которого продолжало выворачивать наизнанку.
Кхм, этот взгляд выдавал в нём нечто до жути опасное.
— Кхе! — выплюнув остатки желчи, Чу Фань поднял голову. — С чего это у меня в горле так жжёт?
— Это нормально, — кашлянул сидящий впереди мужчина. — Видимо, желудочный сок горло обжёг.
Чу Фань бледным, как полотно, лицом кивнул:
— Есть логика... Ох! Тьфу!
— Мы вообще сможем справиться с У Цзинем? — цыкнула девушка. — Его силы после заточения не ослабли?
— Ни капли, — отозвался Инь Хуэймин. — Он стал ещё сильнее.
Тон Инь Хуэймина звучал предельно уверенно.
Ну всё, приехали, — мысленно закрыла лицо руками девушка. Она была гордой и одарённой особой, весьма уверенной в собственных силах, но в то же время не страдала слепым самомнением.
Поэтому, пока оставалось время, под звуки продолжающихся позывов товарища по команде она достала телефон и принялась строчить предсмертную записку.
В каком-то из переулков на пешеходной улице уезда Ваньжун:
— Хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи! — в переулок шмыгнул бумажный человечек.
Переулок был шириной едва в метр с небольшим, в глубине горел тусклый жёлтый фонарь, создавая атмосферу фильма ужасов.
Сидевший на корточках в переулке мальчишка поднял голову и замер, заметив бумажную куклу.
Черты лица бумажной фигурки были вырисованы небрежно, а рот изображён простым взмахом кисти, из-за чего на ней застыла дурацкая, неуместная ухмылка.
— Что ты ищешь? — раздался мужской голос, и позади бумажного человечка возник У Цзинь.
Все эти бумажные куклы являлись творением рук самого У Цзиня... идеальными творениями. Вот и сейчас, стоило У Цзиню приблизиться, как кукла тут же послушно отступила в сторону и отвесила поклон.
Это придавало У Цзиню поистине внумительный вид.
Мальчишка, завидев У Цзиня, едва не перестал дышать. В мерцающем свете жёлтого фонаря зрачки У Цзиня казались абсолютно чёрными, а выглядывающие изо рта клыки выглядели пугающе.
И хотя лицом парень вышел на славу, улыбался он так, будто собрался сожрать человека живьём.
Мальчишка со страху вскочил на ноги, с мертвенно-бледным лицом развернулся и бросился наутёк.
— Уже уходишь? — У Цзинь не стал преследовать ребёнка, лишь уставился на его удаляющуюся спину, а улыбка на его лице становилась всё шире.
— Хи-хи-хи-хи-хи! — подпрыгнула пара бумажных человечков.
— Да, он презабавный, — ответил У Цзинь кукле, прекрасно понимая смысл её смеха.
— Хи-хи-хи-хи.
— Верно, можно будет поглазеть на хорошее представление, — У Цзинь прислонился спиной к кирпичной стене переулка. Было очевидно, что мальчишка вляпался в какие-то неприятности.
Помимо еды, У Цзинь чувствовал, что нашёл себе ещё одно развлечение.
Его опустошенный внутренний мир, кажется, тоже начал наполняться смыслом. При этой мысли У Цзинь внезапно вспомнил того работягу, что заговорил с ним сегодня.
— Ай! — У Цзинь хлопнул себя по лбу. — Я же совсем про него забыл!
Тот мужчина ушёл ещё в тот момент, когда он фотографировал, и никто толком не заметил, когда именно.
Просто после съёмки у У Цзиня было прекрасное настроение.
— Хи-хи-хи? — нарисованная на скорую руку бумажная кукла склонила голову набок, глядя на У Цзиня.
Она недоумевала, с какой стати У Цзинь забрёл сюда. В этот момент он должен был слоняться по пешеходной улице и пытаться потратить те тридцать юаней, что лежали у него в кармане.
— Я решил копить деньги на хот-пот, — с серьёзным видом заявил У Цзинь. — Стоит мне продержаться без еды десять дней, и я как раз накоплю триста юаней.
— Хи-хи-хи. — А как же сейчас?
— Пойду посмотрю в другом месте, — пожал плечами У Цзинь.
Чёрный седан резко затормозил у края пешеходной улицы — из-за бешеной скорости его стоп-сигналы тянулись алыми полосами, словно лазерные лучи.
Его дверца распахнулась, и наружу вышел Инь Хуэймин:
— Где сейчас У Цзинь?
— Секунду, проверю, — сотрудница выбралась из салона с телефоном в руке. — В последний раз его видели десять минут назад, а после этого след оборвался.
Закончив говорить, она перевела взгляд на пешеходную улицу:
— Ого, народу тут понабежало.
— Тошнит... Наверняка, наверняка все пронюхали, что У Цзинь здесь, вот и приплёрлись поглазеть, — Чу Фань с трудом вылез из машины и едва удержался на ногах.
— Доставайте магический артефакты, ведите поиски, — махнул рукой Инь Хуэймин. — Обнаружите У Цзиня — не вступайте в бой, немедленно свяжитесь со мной.
— Поняли, — кивнули остальные сотрудники.
Они и не подозревали, что У Цзинь, стараясь уберечь себя от искушения соблазнительной едой, давным-давно ушел отсюда.
В итоге тщательные поиски методом сплошного прочёсывания местности не дали абсолютно никаких результатов.
Зато внешность и стать самого Инь Хуэймина привлекли немало внимания, а самые смелые зеваки даже попытались заговорить с ним, наплевая на окружающую его леденящую ауру.
Когда они наконец собрались вместе, лицо Инь Хуэймина было темнее тучи:
— Отправляемся к тому строительному участку, будем поджидать его там.
— На стройку? — затормозил Чу Фань, которого всё ещё подташнивало. Он пару раз кашлянул, немного придя в себя. — Возможно, он уже понял, что что-то не так, и теперь намеренно прячется от нас?
— Нет, — Инь Хуэймин вспомнил взгляд У Цзиня в момент его запечатывания и тут же отбросил предположение Чу Фань. — Если бы он нас обнаружил, то скорее бросился бы в атаку сам, прятаться он бы не стал.
— Значит, едем на стройку? И будем сидеть там до рассвета? — вздохнула сотрудница. — У меня теперь подозрения, не замышляет ли он какую-нибудь грандиозную пакость? Вдруг все рабочие на той стройке уже обращены У Цзинем?
— Вполне возможно, цзянши — это вам не обычные духи, — согласился другой сотрудник-мужчина. — Распознать цзянши не так-то просто.
— Поедем на машине? — Инь Хуэймин кивнул на стоящий позади автомобиль.
Все трое синхронно вздрогнули, вспомнив недавнюю смертельную гонку под управлением Инь Хуэймина.
Девятичасовой путь по навигатору они тогда сократили чуть больше чем до трёх часов.
А платой за это стали их смертельно бледные лица.
— Я поведу! — вызвалась добровольцем девушка. — У меня есть права, а пешеходная улица от той стройки недалеко, спешить нам некуда.
Следующее утро, семь часов.
У Цзинь нахлобучил на голову защитную каску и с недовольным бурчанием зашагал в сторону стройки.
Он никак не мог взять в толк: почему даже за аттракционы в парке нужно платить? Куда ни глянь — везде требуются деньги!
Люди — поистине меркантильная раса.
— М? — У Цзинь нос к носу столкнулся с присевшей у входа на стройку женщиной. В руках та держала миску с лапшой, под её глазами залегли живописные чёрные круги, а при виде У Цзиня её глаза едва не вылезли из орбит.
— А ты ведь и впрямь заявился, — выговаривая слова сквозь зажатую во рту лапшу, промычала женщина.
Пожалуй, сочтя своё поведение излишне резким, она пару раз яростно пережевала пищу и проглотила её:
— А рожа у тебя хороша, чертяга. — Женщина понадеялась, что это заставит У Цзиня принять её за очередную наивную девицу, прибежавшую сюда лишь ради его смазливой мордашки.
— Что-то нужно? — У Цзинь склонил голову набок, но прежде чем он успел продолжить расспросы, к нему уверенным шагом направились те самые трое.
У Цзинь поднял взгляд и сразу же заметил Инь Хуэймина.
У Цзинь замер.
Честно говоря, Инь Хуэймин сильно изменился... главным образом в плане одежды. Облачившись в чёрный костюм, он всё так же не мог скрыть бушующую в нём от природы жестокую натуру.
Было ли это иллюзией или нет, но опасная аура неопределённости, исходившая от Инь Хуэймина, казалось, стала еще гуще.
У Цзинь стянул с головы жёлтую строительную каску и произнёс, глядя прямо на Инь Хуэймина:
— Ты выглядишь точь-в-точь как один ублюдок, которого я знаю.
http://bllate.org/book/32189/3928810
Готово:
