Глядя на уходящего Линь Ифаня, Сяо Юэ перевел взгляд на Куан Юйяна, у которого был довольно болезненный вид, и не удержался от вопроса:
— Ян-цзы, что это с тобой сегодня столько ошибок? Заболел, что ли?
Хайма с озадаченным выражением лица добавил:
— Тебе нехорошо? Если плохо себя чувствуешь, обязательно скажи тренеру, не влияй на завтрашнюю игру.
Куан Юйян, превозмогая недомогание, посмотрел на товарищей по команде:
— Я понял. Сначала схожу в уборную, а вы подождите меня в машине.
Сказав это, Куан Юйян вышел из комнаты отдыха.
Сяо Юэ с предвкушением спросил:
— Капитан, как думаешь, в таком состоянии мы сможем завтра взять чемпионский титул?
Человек, сидевший на диване, отозвался:
— Насчет завтра не знаю, но насчет того, что будет через несколько дней, в курсе.
Его низкий и бархатный голос прозвучал совершенно естественно.
Сяо Юэ хитро ухмыльнулся:
— Капитан, вы уже знаете, кто заранее назначен чемпионом в личном зачете? У вас всегда такие осведомленные источники?
Хайма похлопал Сяо Юэ по плечу:
— Друг, ты хоть раз за последние два года видел, чтобы капитан во время личного зачета сидел в зале, а не на сцене?
Человек на диване вдруг что-то вспомнил, поднялся и сказал:
— Я тоже схожу в туалет, заберите мои вещи, ждите меня в машине.
Глядя на уходящую спину своего капитана, Сяо Юэ покачал головой:
— Один товарищ по команде слабее другого, прямо какая-то почечная недостаточность у всех.
Хайма собирал оборудование со стола:
— Хватит болтать, лучше поторапливайся, надо пораньше вернуться и отдохнуть.
Когда Хэ Ли подошел к дверям туалета, он услышал голоса внутри. Замедлив шаг, он дошел до кабинки, из которой доносился знакомый голос. Подумал: неужели этот напарник умудряется говорить по телефону, даже справляя нужду?
Он уже хотел постучать по перегородке, чтобы напугать товарища, но рука застыла в воздухе, как только до него донеслись слова изнутри:
— Вы ведь отдадите мне остаток денег сразу после того, как завтра закончится игра? Я ведь так стараюсь, изображая для них все эти ошибки, это нелегко.
Рука Хэ Ли медленно сжалась в кулак. Наконец-то он понял, почему его напарник всегда такой вялый на соревнованиях, хотя в обычное время полон сил.
Вспоминая сегодняшнее выступление напарника на арене, Хэ Ли не мог поверить: ошибки ради денег? Недомогание — притворство? Как он мог так легко продаться? Разве их команда относилась к нему плохо?
На руке Хэ Ли вздулись вены. Он достал телефон, чтобы включить запись, но из-за спешки не сразу нашел нужное приложение — пришлось нажать на камеру, лишь бы зафиксировать звук.
— Я вчера вечером принимал холодный душ, а ночью спал без одеяла, специально простудился. Может, стоит накинуть еще денег? Они сегодня даже не спросили, почему я столько ошибался.
Рука у двери, сжимающая телефон, дрожала. Голос за перегородкой продолжал:
— В прошлом месяце одна команда из Северной Америки тоже выходила на меня. Откуда вы все знаете, что мне нужны деньги?
Чем дольше Хэ Ли находился в туалете, тем больше его гнев и терпение сменялись насмешкой и раздражением. Что за день такой? Неужели их команда не заглянула в календарь перед выездом? Оказалось, что самый опасный враг — это собственный напарник.
Когда он услышал, что человек за стенкой попрощался, Хэ Ли решил, что разговор окончен, но тут снова раздались гудки. Он дослушал все до конца, пока счетчик времени в приложении продолжал тикать.
А он неплох, умудряется брать деньги с двух сторон сразу, настоящий делец. Хэ Ли в душе даже поаплодировал ему. Ему нестерпимо хотелось, чтобы телефон этого мерзавца взорвался прямо у него в ухе.
Через десять минут послышался звук открываемой двери, а затем шум воды у умывальника — этот звук резал Хэ Ли по сердцу, как нож.
Видео было сохранено. Хэ Ли долго стоял в оцепенении, потом открыл мессенджер и отправил запись Линь Ифаню.
Убрав телефон, он толкнул дверь и вышел. Обернувшись на то место, где остался Куан Юйян, он подумал: если бы сегодня был последний день игры, ему не пришлось бы терпеть. Но он не мог поступить иначе.
Вернувшись в машину, Куан Юйян, который все это время не находил себе места, увидел Хэ Ли. Вспомнив, что Сяо Юэ говорил, будто капитан пошел в туалет, он, подавляя тревогу, спросил:
— Капитан, вы тоже ходили в туалет? А я как раз был там, почему мы не встретились?
Хэ Ли сел в машину, сохраняя невозмутимый вид:
— Я ходил в туалет в кинотеатре позади, заодно посмотрел, какие фильмы сейчас идут.
«Какие там фильмы, — подумал он, — по сравнению с тем, о чем ты болтал по телефону, кино и рядом не стояло». Если бы он не пошел туда, то и не узнал бы, что товарищ, с которым они вместе уже несколько лет, — такая крыса.
Сяо Юэ с преувеличенным выражением лица произнес:
— Капитан, вы так долго отсутствовали, я уж подумал, вы ушли от нас втихаря перекусить чем-то вкусненьким.
Рука Хэ Ли, сжимавшая телефон, непроизвольно напряглась. Улыбка на его лице вышла натянутой. «Ты такой наивный, тебя продают, а ты даже не подозреваешь об этом, еще о еде думаешь. Да нас самих уже давно рассматривают как добычу!»
Экран телефона загорелся. Хэ Ли мельком взглянул на него, выключил экран и усмехнулся:
— Ты ешь уже двадцать с лишним лет, но это никак не помогло твоему интеллекту вырасти.
Хайма пнул Сяо Юэ:
— Язык у Сяо Юэ становится все острее, но до капитана ему еще далеко. Ты что, не боишься, что капитан тебя до смерти заговорит?
Куан Юйян расслабился, предвкушая, как через несколько дней получит огромную сумму денег, которой хватит на полжизни. Его лицо расплылось в довольной улыбке.
Хэ Ли, сидевший на переднем пассажирском сиденье, украдкой взглянул в зеркало заднего вида на сияющего товарища. Завтрашний чемпионский титул им явно не светит.
Он сделал глубокий вдох, перечитал сообщение от Линь Ифаня. Он-то думал, что достаточно просто быть сильным, но всегда найдутся те, кто будет тянуть команду на дно.
Разблокировав телефон и найдя план, предложенный Линь Ифанем, Хэ Ли выключил экран и потер виски: голова раскалывалась от ярости.
Два невежественных товарища позади продолжали болтать с тем самым глупым притворщиком. От одного присутствия этого человека его воротило.
Вернувшись в отель, Куан Юйян под предлогом плохого самочувствия ушел в свой номер. Хэ Ли же долго обсуждал дела в комнате Линь Ифаня. В ближайшие дни их команду ждет «больной», причем страдающий от крайне опасной «заразной болезни».
На следующий день капитан Хэ, мастерски играя свою роль, не упускал случая съязвить или подколоть напарника, только вот во время еды он сжимал челюсти так, словно еда была его кровным врагом.
Вечер игры наступил. Хэ Ли испытывал смешанные чувства: с одной стороны, досаду, с другой — предвкушение. Ему не терпелось увидеть, что еще выкинет этот идиот. Он вдруг захотел посмотреть на его испуганное лицо.
Аплодисменты зрителей подстегивали Хэ Ли. Первый раунд прошел очень агрессивно. Наблюдая, как Куан Юйян снова совершает ошибку за ошибкой и слушая его извинения, Хэ Ли думал: если бы извинения помогали, зачем тогда вообще нужна полиция?
Ему хотелось пристрелить его прямо на месте. Куан Юйян постоянно выдавал их позицию, и в конце концов Хэ Ли решил действовать в одиночку, но через пару минут «хвост», от которого невозможно избавиться, снова увязался за ним.
Зрители трансляции тоже начали замечать неладное:
— Почему этот Куан Юйян постоянно ходит за капитаном, даже не пытаясь нормально спрятаться?
— Вчера Ян-цзы был не в духе, может, он заболел?
— Это какая-то клоунада, он что, не проснулся?
— Такое чувство, что он специально тянет команду вниз.
— Я не особо разбираюсь в игре, но даже мне кажется, что он ведет себя странно.
Хэ Ли идеально отыграл первую партию вместе со своим «безупречным» напарником. Они победили, но это было невероятно тяжело: приходилось следить не только за врагами со всех сторон, но и за собственным товарищем.
Люди, оказавшиеся в безвыходной ситуации, особенно дорожат шансом на выживание. Пока ты жив — есть надежда, и он был готов ухватиться даже за самый крошечный хвост этой надежды.
Второй раунд проходил на карте Мирамар. В пустыне спрятаться гораздо сложнее, чем на Эрангеле, риск быть обнаруженным возрастал в разы.
Если они разделятся по двое, этот идиот Куан Юйян неизвестно как еще подставит их — так и до полного разгрома команды недалеко. Но это командный турнир, нельзя просто так взять и бросить напарника, приходилось сдерживать эмоции, чтобы ненароком не выругаться в микрофон.
Когда игра загрузилась, Хэ Ли уже все решил: он не будет играть в связке с этим «больным» дураком. Увидев траекторию полета, он скомандовал:
— Сяо Юэ, вы с Ян-цзы летите в Пикадо, а мы с Хаймой — в Сан-Мартин.
Лишь бы отделиться от этого придурка, лишь бы его там пристрелили, чтобы он не мешал. В этой ситуации они с Хаймой могли бы выжить. Только победа в этом раунде давала им шанс на кубок.
Как и ожидалось, не прошло и десяти минут, как Сяо Юэ выбыл.
— Сяо Юэ, прости, я не увидел, как к нам зашли с тыла.
Сяо Юэ, выслушивая утешения, лишь чувствовал, что от капитана, сидящего рядом, исходит какая-то зловещая аура. Не его же вина, что он так быстро погиб, он сделал все что мог — его зажали две команды, хорошо хоть Куан Юйян успел уйти.
Вернувшись к Хэ Ли, Куан Юйян словно нашел себе опору: он ходил за ним по пятам, прилипчивый, как банный лист.
Когда Хэ Ли обыскивал дом, он увидел новенький шлем третьего уровня. Вспоминая, что на голове у напарника был лишь шлем второго уровня, он усмехнулся: «Притворяется слепым, да? Слишком уж он полагается на меня, раз даже шлем поднять не может».
Если бы игра позволяла, он бы с удовольствием надел сразу два шлема.
Без разведки Сяо Юэ, Хэ Ли вместе с Хаймой и этим никчемным напарником очень осторожно передвигались по краю зоны. Вокруг были враги, а позади — бешеные псы.
Во время перестрелки Хайму сильно ранили, и когда он нашел укрытие, чтобы подлечиться, то случайно открыл спину врагу.
Хайма, сраженный снайперским выстрелом, прохрипел:
— Рядом снайпер, капитан, будь осторожен. Ян-цзы, кинь дым, помоги мне подняться.
Не успел он договорить, как дымовая завеса заполнила пространство. Хэ Ли, не колеблясь ни секунды, кинул дым. Глядя, как Куан Юйян прыгает в облако дыма, он едва сдерживался, чтобы не разрядить в него обойму.
«Что ты прыгаешь, мать твою? Ты на сцене, что ли? Весь мировой турнир — твоя площадка, я готов тебе поаплодировать».
Хайму, которого только успели поднять, все равно достала пуля 98K снайпера. Хэ Ли ни капли не испугался. Чего бояться?
В одиночку он был непобедим. Если этот балласт не доберется до финального круга, ему будет только легче.
Зона обновилась, совсем рядом. Взглянув на границы круга, он понял, что как раз успеет пополнить боезапас на складе неподалеку.
http://bllate.org/book/32124/3921827
Готово:
