Сун Юй опустил взгляд, пару секунд разглядывая бутылки на столе. Он до последнего старался подавить внезапно возникшее желание, но, выровняв дыхание, всё же произнёс:
— Будьте добры, упакуйте мне эти напитки с собой.
Официант растерянно переспросил:
— …А?
***
Вэнь Юй вошёл в отдельный кабинет и обнаружил, что друзья уже собираются зажигать свечи.
— Вэнь Юй, ты пришёл? Давай быстрее, только тебя и ждём, садись скорее!
Тан Хаоюй помахал ему рукой. Как только гость занял место, именинник схватил зажигалку и принялся торопливо поджигать фитили. Вэнь Юй пересчитал их и насчитал на десятидюймовом торте с манго ровно семнадцать свечей.
— Ох, отметим мой, так сказать, подростковый возраст. Самое время побыть главным героем школьного романа… — под дружное, надрывное пение друзей Тан Хаоюй закрыл глаза, что-то пробормотал себе под нос и с силой задул свечи.
Беда в том, что Тан Хаоюй не привык к физическим нагрузкам, и дыхалка у него была слабая. Ему пришлось дуть трижды, прежде чем все семнадцать свечей погасли, что вызвало безжалостный смех одноклассников.
Тан Хаоюй быстро нарезал торт и протянул Вэнь Юю кусок с огромным ломтем манго:
— Держи, новенькому — самый большой кусок.
Вэнь Юй замер на пару секунд, а затем виновато улыбнулся:
— Прости, у меня аллергия на манго.
— А?! Извини! Тогда я…
— Всё в порядке, я не люблю сладкое, — видя расстроенное лицо Тан Хаоюя и подозревая, что тот сейчас решит заказать ещё один торт, Вэнь Юй поспешил вежливо отказаться.
***
Когда народ разобрался с тортом и подарками, кто-то предложил поиграть в «Мафию», а проигравшим — выполнять желания или отвечать на неудобные вопросы.
Подруга Ли Чжи явно не раз предлагала такую забаву на вечеринках: стоило ей услышать идею, как она тут же с энтузиазмом извлекла из сумочки карты для «Мафии» и карточки с заданиями.
Вэнь Юю повезло, ему выпала роль мафиози.
— Итак, город засыпает, просыпается мафия. Мафия, откройте глаза и подтвердите свою личность, — ведущая, подруга Ли Чжи, посмотрела на Вэнь Юя и Синь Янь, удовлетворённо кивнула и продолжила: — Выберите свою жертву.
Вэнь Юй призадумался. Он ещё не успел толком узнать характер одноклассников, поэтому в итоге выбрал Ян Цзыхао, который выглядел крайне невезучим, решив потом угостить его обедом.
Синь Янь выбрала Ло Юаня.
Синь Янь была старостой третьего класса — тихая, вечно носящая очки девушка, которая почти никогда не разговаривала.
Хотя Вэнь Юй пришёл сюда недавно, ему казалось, что Синь Янь — такой же изгой, как и он сам. Разница лишь в том, что ему повезло чуть больше: с ним хоть кто-то общался и звал в компании. Синь Янь же была совершенно незаметной в классе, кроме как при сборе тетрадей, её никто не видел и не слышал.
Почему она выбрала Ло Юаня — оставалось загадкой.
Подруга Ли Чжи удивилась, но молча показала Синь Янь большой палец. Всё-таки мало кто из девушек хотел иметь дело с Ло Юанем.
— Кхм, мафия, засыпает. Просыпается провидец. Выбери игрока для проверки.
Ли Чжи открыла глаза и, оглядев толпу, погрузилась в раздумья. Подруга ожидала, что та проверит Вэнь Юя, но Ли Чжи лишь мельком взглянула на него и указала на Синь Янь, которая сидела в углу, опустив голову.
Подруга Ли Чжи: «…»
Глава 6
Подруга Ли Чжи стиснула зубы, три секунды буравила Ли Чжи взглядом, а затем вытянула из рук Синь Янь карту и передала её Ли Чжи. Синь Янь, не открывая глаз, почувствовала, как у неё забрали карту, и невольно удивилась.
Ли Чжи взглянула на содержание и кивнула, показывая, что всё поняла. Игра продолжилась, и только после завершения всех этапов ведущая объявила:
— Город просыпается, игроки, открывайте глаза…
***
Прошло несколько партий, часовая стрелка подползла к одиннадцати. Вэнь Юй посмотрел на чёрное окно, перевёл взгляд на пьяных в стельку Тан Хаоюя и Ян Цзыхао и почувствовал усталость.
Хотя Тан Хаоюй заказал ящик пива, пили лишь четверо. Девушки, конечно, не притронулись, а остальные заявили, что они всё ещё несовершеннолетние «детишки», которым алкоголь не положен.
— Ну… Вэнь Юй, ты же не в общежитии живёшь? Иди тогда домой, — высокий парень зевнул. — Мы сами доставим Ян Цзыхао и Тан Хаоюя. Ты тоже не задерживайся, не заставляй близких волноваться.
Вэнь Юй огляделся: кроме Тан Хаоюя и Ян Цзыхао, остальные двое, кто пил, держались уверенно и даже могли стоять на ногах, поддакивая высокому парню. Четыре девушки ушли ещё полтора часа назад.
Поняв, что помощь не требуется, Вэнь Юй кивнул и согласился.
***
Выйдя из Ванцзянлоу, высокий парень погрузил друзей в такси, напоследок помахав Вэнь Юю.
Попрощавшись с ними, Вэнь Юй пошёл домой пешком.
В прошлой жизни он немало пил. Но алкоголь — коварная штука: когда он осознал, что стал зависим, было уже поздно, и потратил немало сил, чтобы бросить. Теперь, глядя на бутылки, он невольно предавался воспоминаниям — ведь впервые прикоснулся к спиртному именно ради рабочих встреч.
Было уже поздно, луна висела высоко в небе, мерцали редкие звёзды. Фонари на тротуарах давно зажглись, растягивая его тень.
В Юйсе по вечерам пусто. А уж рядом с Первой средней школой Юйся жили одни старики, поэтому здесь всегда стояла тишина. Летом было чётко слышно стрекотание цикад, но сейчас этот звук казался Вэнь Юю лишь раздражающим шумом.
На душе было неспокойно.
Если бы он мог забыть всё, что было в прошлой жизни, он был бы готов даже попасть под машину — лишь бы стереть эти воспоминания.
***
Бар «Чанся».
В полумраке остался всего один столик, отчего просторное помещение казалось пустым. Хотя на самом деле это был самый популярный бар в Юйсе, но у города имелась странная особенность: по ночам здесь становилось на удивление тихо.
Двое мужчин за последним столиком заказали ещё пару бутылок, чем вызвали яростный взгляд хозяйки Мувань.
— Почему эти два придурка опять припёрлись? — Мувань едва сдерживала гнев. Она только что вернулась со свидания и сразу наткнулась на этих двоих, которые клянчили выпивку у Сун Юя. — В позапрошлый раз записывали в долг, в прошлый тоже — сколько можно?! Каждый раз обещают заплатить в следующий, да пошли они…
Сун Юй взглянул на мужчин, пару секунд оценил их внешний вид и сразу сделал вывод: денег нет, а раз хозяйка — женщина, решили наглеть.
Через полчаса мужчины нехотя поднялись, пошатываясь подошли к стойке и заплетающимися языками спросили:
— С-сколько с нас?
Сун Юя воротило от их запаха перегара, но лицо оставалось бесстрастным. Он сухо ответил:
— Триста восемьдесят.
Мужчина достал кошелёк, уставился на три последние купюры и, кажется, едва не потерял сознание. Наконец, он выудил деньги и шлёпнул их на стойку:
— Держи.
Сун Юй:
— …Извините, сэр, ваш счёт составляет триста восемьдесят.
Ему было лень спорить. Больше всего в работе в баре раздражало общение с пьяницами, но зарплата у Мувань была слишком хорошей.
— У меня… не хватило… ик. Д-давай запишем в долг, в следующий раз отдам всё сразу.
— Мы не работаем в долг. Вы должны триста восемьдесят. Оставшиеся восемьдесят пусть доплатит ваш товарищ.
— Слышь, сказано — в долг! Чего ты такой разговорчивый? — мужчина, окончательно захмелев, ткнул пальцем в плечо Сун Юя.
Сун Юй смотрел на него две секунды, затем без церемоний перехватил его руку и с силой вывернул. Услышав вопль боли, Сун Юй лениво приподнял веки и окинул его полным презрения взглядом, будто смотрел на скотину:
— Повторяю ещё раз: в долг не даю. Хотите подраться — я к вашим услугам.
Второй мужчина, хоть и был пьян, но не настолько, чтобы нарываться. Он поспешил вмешаться:
— Ой, браток, браток, отпусти его, давай по-хорошему. Мой друг перебрал, я доплачу, мирно разойдёмся, всё ради прибыли!
Сун Юй посмотрел на него, затем на того, кто отчаянно пытался вырваться, и наконец едва заметно усмехнулся, разжимая пальцы:
— Хорошо. Восемьдесят. Наличкой или в Вичате?
— В-вичат, — мужчина был поражён такой быстрой сменой настроения и, ошарашенный, вытащил телефон, чтобы отсканировать код.
— Будем рады видеть вас снова, — проговорил Сун Юй, провожая взглядом двух шатающихся фигур.
Мувань, которая с интересом наблюдала за сценой, посмотрела на беспорядок на столе, затем на часы и нахмурилась:
— Сяо Сун, расставишь бутылки — и можешь быть свободен. Уберу всё завтра сама. Не задерживайся.
Сказав это, она взяла сумку и добавила:
— …И вообще, ты такой упрямый. Я же говорила — сегодня можно не приходить, упёртый как осёл.
— Ничего страшного, я не занят.
Сун Юй присел на корточки, расставляя на полках бутылки, принесённые из Ванцзянлоу, а затем вытер тряпкой пыль.
— Повезёт же той, кто выйдет за тебя замуж. Экономный, хозяйственный, первый раз такого вижу, — Мувань хмыкнула и, дойдя до двери, обернулась: — Кстати, тебе идёт эта форма, выглядишь как настоящий джентльмен. Тебе… сколько лет? Метр восемьдесят есть?
Сун Юй вскинул бровь, не отвечая, и продолжил уборку.
— Пф, не хочешь говорить — как хочешь. Я ушла, не забудь закрыть дверь.
***
Вэнь Юй шёл по дороге и думал, что, должно быть, сошёл с ума — ему вдруг ужасно захотелось выпить.
http://bllate.org/book/32088/3916786
Готово:
