Глядя на стоявшую перед ним овсяную кашу, Ши Юйчэн чувствовал себя в затруднении и долго к ней не притрагивался.
— Не нравится? — Ло Шучэн дочитал газету, бросил взгляд на нетронутую кашу, протянул руку и придвинул к себе жареные палочки из теста. И без того немногочисленные палочки были съены им всего за два-три укуса.
Тщательно вытерев руки, он вышел из столовой. Адъютант Чжао, уже давно ждавший снаружи, при его появлении машинально взглянул на карманные часы: тот вышел на полчаса раньше обычного.
Посмотрев на оставленную Ло Шучэном на прежнем месте белую фарфоровую тарелку, Ши Юйчэн скривил губы в горькой усмешке и поднялся с места только тогда, когда снаружи послышался звук мотора.
Выйдя из Резиденции Ло, Ши Юйчэн с облегчением вздохнул и не спеша зашагал вдоль дороги.
Вскоре он вышел на оживленный проспект.
Хотя рикш на этот раз было много, большинство везли людей, спешивших на работу или с работы, тех, кто носил европейские костюмы, а также молодых госпож, спесиво направлявшихся в кино или на партию в маджонг к кому-нибудь из знакомых, так что свободных извозчиков почти не оставалось.
Видя, как солнце поднимается всё выше, он почувствовал, как на лбу выступили мелкие капельки пота.
Прошлой ночью они всё же переборщили. Раньше ещё куда ни шло, но стоило пройти всего пару шагов, как там, сзади, снова заныло и зазудело, а обе ноги онемели, словно сделались деревянными.
Вскоре рядом притормозил легковой автомобиль. Увидев сидевшего на заднем сиденье Фан Айсина, который смотрел на него через стекло, Ши Юйчэн почувствовал в груди боль, словно от укола иглы.
Ши Юйчэн испытывал жгучее смущение оттого, что Фан Айсин застал его в столь жалком виде, но главным было то сокровенное, о чём он не мог никому поверить.
— Я подвезу тебя. — Фан Айсин открыл дверцу машины и остановился рядом с ним. На нём была элегантная синяя тога из тонкой ткани, сам он выглядел аккуратным и чистым, разве что лицо слегка бледнело, под глазами залегли тени, а подстриженная по последней моде прическа придавала ему свежесть студента.
Думая о том, что этот человек только вчера женился и молодая жена ждёт его в покоях, Ши Юйчэн понимал: на лице Фан Айсина естественным образом отражалась радость.
Ши Юйчэн замер на мгновение. Сам-то он сейчас выглядел из рук вон плохо — осунувшееся лицо, а глаза после вчерашних слёз и мольбы о пощаде (которой Ло Шучэн так и не внял) были не просто красными, но ещё и опухшими; на себя самого смотреть не хотелось.
Отогнав прочь все лишние мысли, он, однако, не стал отказываться — в конце концов, до театра было ещё далеко, и неизвестно, сколько мучений пришлось бы претерпеть, если идти пешком.
Машина долго не стояла: едва Ши Юйчэн забрался внутрь, как она тут же тронулась с места.
Сидевший неподалеку в чайной Ло Шучэн поднес чашку к губам, но так и не сделал за долгое время ни глотка. Сидевший рядом Адъютант Чжао держал в руках планшет с бумагами и, видя такое состояние командира, с трепетом доложил обо всём, отдал честь, а затем послушно остался стоять на месте в ожидании ответа.
— Уехали.
Бросив это, Ло Шучэн опустил чашку, взял лежавшую рядом фуражку, надел её и первым вышел наружу.
Адъютант Чжао с удивлением посмотрел ему вслед. Остальные не смели и шевельнуться, так что ему пришлось скрепя сердце последовать за начальником.
Глава 2. Ван Сянь и Юйцзи
Проверка не пройдена, автор усердно работает над исправлениями
Глава 3. Скорбь мирского суетного
Ши Юйчэн понял, что эти слова Ло Шучэн адресовал ему, но Фан Айсин поблизости тоже смотрел в их сторону, и он оказался в крайне неловком положении.
Толпа, только что взрывавшаяся криками одобрения, мгновенно затихла — казалось, упади на землю иголка, и то был бы слышен звон.
— Подойди.
В голосе Ло Шучэна сквозило легкое недовольство — недовольство тем, что тот так долго колеблется и не идет к нему, хотя сам он при этом оставался на месте.
Как бы ни противился Ши Юйчэн, ему пришлось стиснуть зубы и сделать шаг вперед, слегка согнувшись и положив руку на его затянутую в белую перчатку ладонь.
Рука Ло Шучэна оказалась больше его собственной, и стоило ей сжаться, как она полностью накрыла его ладонь.
Прежде чем он успел опомниться, Ло Шучэн резко дернул рукой, прямо-таки притянув его к себе, а перед самым падением подхватил на руки, прижав к груди.
У Ши Юйчэна в глазах всё поплыло, и от панического страха вот-вот сорваться вниз он инстинктивно вцепился в шею Ло Шучэна.
Ло Шучэн опустил взгляд на успокоившегося в его объятиях человека, уголки его губ чуть приподнялись, и, не говоря ни слова, он понес его к выходу.
Каждый знал, что этот Ло Шучэн — некоронованный король Чжуннэйя, которому теперь не хватало лишь поднять знамя и объявить о независимости. И пусть на севере еще оставался император маньчжурской династии, в смутные времена тот прав, у кого кулак крепче, — любые его действия найдут оправдание.
В этот момент Ло Шучэн на глазах у всех бесцеремонно увлек за собой выступавшую на сцене Юйцзи. Без всяких причин — потому что они были не нужны; он никогда и ни в чём не нуждался в оправданиях.
В глазах окружающих это поистине выглядело как сцена прощания Владыки с наложницей.
К счастью, свадебная церемония Фан Айсина уже подошла к концу, и молодая жена сейчас сидела в брачных покоях. Раз уж Ло Шучэн не стал уводить человека до завершения поклонов небесам и земле, лицо семьи Фан не было потеряно окончательно.
И уж тем более нельзя было отрицать: сам факт того, что Ло Шучэн удостоил своим присутствием его свадьбу, уже делал ему огромную честь.
Когда фигура Ло Шучэна скрылась из виду, в зале вновь зазвучал гомон голосов.
Представление продолжалось — нашлись те, кто продолжил петь.
Оторвав взгляд от дверей, Фан Айсин легко улыбнулся, и в мгновение ока перед окружающими снова предстал тот самый учтивый и изысканный молодой господин из семья Фан.
Перед тем как сесть в машину, Ло Шучэн опустил его на землю. Ши Юйчэн мысленно перевел дух: хорошо, что все зеваки, пришедшие поглазеть на чужое счастье, уже разошлись, иначе пришлось бы окончательно уронить лицо.
Вскоре автомобиль Резиденции Ло остановился перед ними. Ши Юйчэн покосился на Ло Шучэна, который о чём-то размышлял, глядя в сторону, стиснул зубы и забрался в салон.
Ло Шучэн сел рядом с ним, источая подавляющую, грозную ауру, и Ши Юйчэну казалось, что сам воздух вокруг пропитан его запахом.
Это ощущение было невыносимым. Сейчас Ши Юйчэн чувствовал себя дичью, которую охотник шаг за шагом загоняет в ловушку. Подобное он испытывал разве что в самый первый раз, когда приглянулся кому-то и его оставили ночевать в чужом поместье.
Тогда он был совсем юн, и хотя понимал многое и знал, что людей его ремесла рано или поздно ждет подобная участь, в сердце всё равно жил страх.
— О чём думаешь?
Ло Шучэн задал вопрос вовсе не тоном сомнения — скорее, буднично, словно спрашивал, поел ли тот или попил воды.
Ши Юйчэн же от неожиданности едва не подпрыгнул. Он прекрасно сознавал, зачем Ло Шучэн везет его обратно, и если бы тот догадался, что он в этот момент размышляет о другом человеке, небо, пожалуй, рухнуло бы на землю.
— Ни о чём...
— Мм?
Заметив его испуг, Ло Шучэн повернулся к нему, застыв в неподвижности. Ши Юйчэн почувствовал, что время тянется невыносимо долго, а сиденье под ним словно усыпано иглами, не позволяя найти покой.
http://bllate.org/book/32081/3916036
Готово:
