Теория розового цвета от Цинь Жана звучала довольно забавно — честно говоря, но в то же время это была абсолютная суровая правда.
Мы всегда ждем всего самого прекрасного, но порой должны понимать, что идеальных вещей не существует, и встречать милые неожиданности в нашей жизни с куда более позитивным настроем.
Будучи другом, Бай Вэй не знал, смеяться ему или плакать, услышав такое: — Спасибо за утешение...
Цинь Жань ответил с серьезным видом: — Мм, не забудь сказать спасибо. Предупреждаю, тебе категорически запрещено использовать всякую дрянь из рекламы, это вредно для здоровья. К тому же все эти картинки в интернете отретушированы, ты же знаешь, как оно выглядит на самом деле. И вообще, у тебя кожа белая, даже если меланин и отложится, это не будет критично — тебе куда проще, чем тем, у кого кожа смуглая, так что можешь об этом не переживать.
Сказав это, он добавил: — Человек есть человек, он не может в реальной жизни превратиться в персик.
Бай Вэй отправил смайлик, означающий сокрушение: — Но это же ужасно стыдно...
Цинь Жань усмехнулся: — Называешь это стыдом? В прошлый раз у одного моего друга родился ребенок, исполнился месяц, и я пошел в магазин купить в подарок розового кролика. Чтобы ребенку понравилось, я еще и специально выбрал с моторчиком. В тот момент я разговаривал по телефону и не расслышал, о чем меня спрашивала девушка-консультант, просто велел завернуть его и заплатил. И угадай, что было потом?
Бай Вэй отправил смайлик с широко раскрытыми глазами: — И что?
Цинь Жань самодовольно рассмеялся: — В итоге этот кролик и правда оказался кроликом, причем даже с моторчиком, но таким... понимаешь?
Бай Вэй на секунду задумался, а затем зашелся в смехе, ударяя кулаком об пол: — Ты пошел в секс-шоп покупать подарок для ребенка, которому только что исполнился месяц!Цинь Жань почесал затылок: Да я просто не заметил! Самое обидное, что этот ребёнок обожает играть, и обязательно засунул в эту штуку батарейки, а потом сидел перед всеми гостями, обнимал её и пускал слюни от смеха. = =
Цинь Жань отправил смайлик безумного смеха: Доволен теперь?
Спустя мгновение Бай Вэй схватился за голову, мысленно обливаясь слезами: Ну ты и…
Цинь Жань самодовольно подпер подбородок, улыбаясь с дьявольским и безумным очарованием: Растрогался? Влюбился в меня, да? Мм, если дашь в приданое пятерых крепких парней, я подумаю о том, чтобы жениться на тебе.
Бай Вэй сплюнул: Тьфу! Кстати, то, о чём ты говоришь, правда?
Цинь Жань развел руками: Разумеется, правда.
Бай Вэй вытаращил глаза: Клянешься?
В жизни вечно случаются всевозможные сюрпризы: некоторые и не вообразишь, а с другими никогда не столкнешься, так что… товарищ Цинь Жань привык раздавать клятвы налево и направо, для него это было всё равно что поесть или пукнуть.
Ладно, сравнение не самое подходящее, но Цинь Жань тут же ответил: Клянусь! Иначе пусть у меня будет геморрой!
Для гея подобное проклятие и впрямь звучало жутко.
Бай Вэй отправил смайлик с презрительной обезьяной: Если бы я тебе верил, ты бы уже давно умер от выпадения кишки. Да, на днях я встретил твою маму.
Пальцы Цинь Жаня дрогнули: Она… как она выглядит?
Бай Вэй долго не отвечал. Цинь Жаня это жутко взбесило, и две минуты спустя он принялся заспамливать чат гигантскими буквами: Обрубающие слова на полуфразe — горим в аду, горим в аду, горим в аду —
Бай Вэй в ответ закатил глаза: Всё еще строишь из себя равнодушного, продолжай! Стоило мне только отойти в туалет, как ты тут же перевернул всё вверх дном!
Цинь Жань: Ну и?
Бай Вэй: Она тогда покупала продукты на улице, выглядела вроде неплохо.
Цинь Жань: Мм.
После этого воцарилась тишина, больше они ничего не писали друг другу.Друзья, пожалуй, чаще всего именно так и общаются: без лишней манерности и пустых церемоний. Когда весело — можно подкалывать друг друга и дурачиться, когда грустно — собраться вместе, выпить и пожаловаться на жизнь. В обычное время их может быть не найти, но случись что — они всегда первыми примчатся на помощь.
Мы настолько хорошо знаем друг друга, что понимаем нрав каждого. Не хочешь разговаривать — ничего страшного, я пойму.
Цинь Жань обхватил голову руками и вздохнул. Неужели во всем мире есть человек несчастнее него? Ни любви, ни карьеры, прожил почти тридцать лет, а родители… ну, бросили.
Хм, хотя это не совсем так. В конце концов, его мать не стала делать ничего такого…
Как бы то ни было, то, что она в прекрасном настроении ходила за продуктами, доказывает, что у трех стариков в их семье сейчас все в порядке.
Это хорошая новость.
Надо поблагодарить Бай Вэя.
Кстати, даже если два гея встретятся, это еще не значит, что у них совпадет энергетика. Кто-то может стать другом, кто-то — любовником, а с кем-то не сложится ни того, ни другого.
Бай Вэй был типичным пассивным партнером — с приятной внешностью и мягким характером. Но Цинь Жань, любитель острых ощущений, не фанател от нежных, исцеляющих душу зайчиков. Его тянуло к настоящим мужчинам, брутальным, желательно с долей дикости или легкой агрессией в противостоянии.
Конечно, он не был мазохистом: берег себя и не терпел ни секс-игрушек, ни насилия. В глубине души он все же надеялся на нежность.
Да, именно так: дикость, накал, безудержная страсть, но при этом способность сохранять рассудок и знать, когда нужно быть ласковым.
Он признавал, что планка завышена.
Разумеется, именно по этой причине он до сих пор не нашел подходящего партнера.
Труд принес плоды: через полмесяца часть лекарственных растений, которые посадил Цинь Жань, созрела.
Конечно, женьшень и линчжи еще не поспели, но вот ягоды годжи и астрагал уже были готовы.
В городе Си культура пития развита очень хорошо, а технологии виноделия находятся на высоком уровне. Фактически, всего в сорока минутах езды от его дома располагался винокуренный завод, где делали крепкий, ароматный алкоголь с долгим послевкусием.
Цинь Жань был знаком с парнем из отдела продаж, у которого были густые брови и выразительные глаза; через него он и заказал немного некрепкого вина.
Собственно, именно поэтому он и решил заняться настойками. К тому же, он и сам был не прочь выпить.
Раз все необходимое собрано, можно начинать.
Цинь Жань нашел довольно большую стеклянную банку, согласно рецепту из интернета засыпал в нее кучу ингредиентов, заглянул в Пространство, чтобы спросить у Старика, какая температура воды в горячем источнике подойдет лучше всего, охладил ее в холодильнике, залил в банку, а затем долил вина до восьмидесяти процентов объема.
Готово!
Цинь Жань закрыл пробку, любуясь своей работой, и подпер подбородок рукой: подождать месяц — и можно дегустировать.
Он добавил еще семян в Пространство и стал ждать, пока поспеют женьшень и линчжи.
В тот вечер он готовил рыбу и, обнаружив, что чеснок закончился, зашел в Пространство, чтобы вырвать несколько головок.
Под конец готовки понял, что не хватает зеленого лука, и снова заскочил в Пространство, чтобы сорвать пучок.
Он делал так постоянно, привык и не придавал этому значения. Совсем забыл, что раньше здесь не было посторонних, а теперь неподалеку от его дома идет стройка и постоянно ходят рабочие.
К тому же сейчас вечер.
На кухне горел яркий свет.
По ряду причин — как озвученных, так и нет — на его кухне было панорамное окно.
Поскольку на кухне часто бывало много дыма и гари, вешать шторы на окно он не стал.Это означало, что если бы кто-нибудь проходил мимо, то увидел бы странную картину: Цинь Жань, нарезая овощи, внезапно бросает нож и исчезает. Через полминуты он появляется снова, держа в руках несколько долек чеснока. Еще через десять минут он выкладывает на тарелку приготовленную рыбу, хмурится и вновь пропадает, а через десять секунд возникает с пучком зеленого лука.
Для обычного человека это было бы чем-то за гранью понимания…
Но Цинь Жань был счастлив тем, что мало кто это видел. А тот, кто все же увидел, оказался очень любезен и решил заглянуть к нему, чтобы сделать предупреждение.
Динь-дон — раздался дверной звонок.
Цинь Жань терпеть не мог, когда его беспокоят сразу после того, как он накрыл на стол. Это ужасно портило аппетит.
Однако в доме горел свет, и игнорировать звонок было бы невежливо. Он вздохнул и, смирившись со своей участью, широкими шагами направился к прихожей.
— Кто там?
— Я.
Он открыл дверь и замер.
На пороге сияла ослепительная улыбка.
Парень был одет в молодежный повседневный костюм, высокий, с отличной фигурой, слегка смуглой кожей и ярким, открытым лицом.
Он непринужденно прислонился плечом к дверному косяку и подмигнул Цинь Жаню:
— Эй, добрый вечер! Помнишь того беднягу, которого ты в тот день, когда лил проливной дождь, безжалостно выставил за дверь?
На мгновение, буквально на одно мгновение, в голове у Цинь Жаня пульсировала вена.
Он бессильно хлопнул себя тыльной стороной ладони по лбу. Ему следовало знать, что этот парень не исчезнет просто так. Это была настоящая кара небесная!
— И что с того, что помню? А если не помню, то что? — Цинь Жань инстинктивно прикрыл дверь, оставляя лишь узкую щель. Подсознательно он чувствовал, что этот человек опасен, и не хотел впускать его на свою личную территорию.
— Хм, как вкусно пахнет, — Цянь Кунь принюхался. — Ты приготовил рыбу? Не пригласишь меня войти и поесть?
Черт! — мысленно выругался Цинь Жань, сохраняя внешнее спокойствие. Он скрестил руки на груди и прищурился:
— С чего бы мне приглашать тебя на ужин?
— Разве ты не меня ждал?
— Иди ты в баню! — Цинь Жань сплюнул. — Кого я там ждал!
Цянь Кунь двусмысленно усмехнулся:
— На самом деле, в определенных ситуациях пользы от мяча не так много. Можешь воспользоваться моим жезлом, уверяю, это куда эффективнее.
Прежде чем Цинь Жань успел взорваться, он добавил:
— Конечно, если тебе очень нравится мой мяч… я не против. Но ты мог бы просто сказать, что я тебе нравлюсь. Честное слово, я тебе верю.
— А я тебе нет! — Цинь Жань решил, что этот парень точно послан ему судьбой для мучений: даже просто разговаривая, он умудрялся выводить его из себя.
Понимая, что не намерен сближаться с этим типом, Цинь Жань решил, что и болтать не о чем. Он сделал вид, что собирается закрыть дверь:
— Проваливай!
Но дверь не поддалась — ее заблокировала нога.
Цинь Жань с недоверием уставился на ногу, преградившую путь. Ему что, не больно?
Цянь Кунь лишь игриво приподнял бровь:
— Если не накормишь меня ужином, я расскажу остальным, как ты только что фокусы показывал.
— Фокусы? — не понял Цинь Жань.
— Ну, лук, чеснок и все такое… — холодно напомнил Цянь Кунь и медленно убрал ногу.
Пф… у Цинь Жаня возникло желание выплюнуть кровь от возмущения.
— Ты… ты… ты… ты это видел?
— Я… я… я… я это видел, — Цянь Кунь указал на свои глаза и улыбнулся. — Моим орлиным зрением.
Цинь Жань запаниковал.
Он корил себя за беспечность. Он беспокоился: Пространство было его тайной, о которой никто не должен знать. Что, если секрет раскроют, Старик перестанет с ним общаться, а Пространство исчезнет? А что, если им заинтересуются злодеи? Или если его похитят инопланетяне для медицинских опытов?
Он с самого начала решил, что должен хранить тайну и никому не рассказывать об этом, он всегда был осторожен, чтобы никто не заметил, но со временем привык и стоило ему немного расслабиться…
Что делать? Что теперь делать?
Цянь Кунь смотрел на бледное лицо Цинь Жаня, на его остекленевший от паники взгляд, и улыбался так широко, что сверкали зубы.
— Ну так что, дорогой Цинь Жань, можно попросить тебя угостить меня рыбой?
Цинь Жань свирепо уставился на Цянь Куня, готовый испепелить его взглядом.
Разумеется, взгляд убить не мог. Ему оставалось лишь смиренно пригласить Цянь Куня войти, усадить за стол и позволить отведать ту самую рыбу, которую он так тщательно готовил.
Атмосфера была странной. В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь стуком палочек о тарелки и тихим чавканьем.
Цянь Кунь ел с аппетитом, не скупясь на похвалы: говорил, что это очень вкусно, а то — очень ароматно, и даже трижды просил добавки риса.
А Цинь Жань… он смотрел, как Цянь Кунь уплетает все подряд, чувствуя себя ужасно. Он жевал зернышко за зернышком, но вкус еды казался ему не лучше, чем вкус воска.
Покончив с едой, Цянь Кунь, словно заправский барин, перебрался на диван. Закинув ногу на ногу и ковыряя в зубах, он приложился к большому стакану свежевыжатого арбузного сока, который приготовил для себя Цинь Жань.
Цинь Жань в ярости смотрел на него, но не смел и слова сказать — приходилось идти мыть посуду.
Что за день такой!
Порезавшись о край кастрюли, Цинь Жань чувствовал боль, досаду и горькое раскаяние…
Не стоило впускать волка в овечью шкуру, совсем не стоило!
Этот тип прилип, как банный лист — как же от него избавиться!
Закончив с посудой, Цинь Жань с раздражением посмотрел на Цянь Куня, который вольготно расположился перед телевизором.
Ну почему он такой неудачник!
В итоге, этот самозваный барин начал командовать им, как мальчиком на побегушках:
— Принеси еще стаканчик.
Цинь Жань, подавляя гнев, выхватил из рук гостя пустой стакан и налил еще арбузного сока.
Барин нахмурился:
— Не люблю этот, слишком сладкий. Принеси дыню.
Цинь Жань бросил на него испепеляющий взгляд и, скрипя зубами, пошел менять напиток. Движения его были резкими и сильными: Пей! Подавись ты им!
Барин выпил, остался доволен, откинулся на спинку дивана и указал на пульт, лежащий на журнальном столике:
— Принеси.
Цинь Жань швырнул пульт в его сторону.
Цянь Кунь переключил на канал с футбольным матчем и, почувствовав азарт, добавил:
— Принеси пива.
Цинь Жань сверкнул глазами, но поплелся к холодильнику и достал банку пива.
Барин скрестил руки, не принимая подношения:
— Я предпочитаю что-нибудь покрепче.
— Да пошел ты… — Цинь Жань, не задумываясь, метнул банку пива в голову Цянь Куня. — Чего ты, черт возьми, хочешь!
Цянь Кунь ловко наклонил голову, уворачиваясь, и легко поймал летящий снаряд. Он присел на корточки на диване и с любопытством уставился на хозяина дома:
— Что, больше не боишься, что я проболтаюсь?
— Да мне плевать — Цинь Жань вытаращил глаза. — Я… я… чего ты вообще хочешь!
Цянь Кунь потер подбородок и, слегка прищурившись, долго изучал его с ног до головы. Лишь когда у Цинь Жаня по спине пробежал холодок, он медленно произнес:
— Знаешь, а ты довольно милый. Как насчет того, чтобы жить вместе?
http://bllate.org/book/32045/3912655
Готово:
