На протяжении всего побега он сохранял полное молчание, подав голос лишь в самом начале, и даже не спросил Е Фаньчжоу ни разу: «Куда мы направляемся?».
Е Фаньчжоу поморщился, подумав про себя: «Ну и холодный же он, неудивительно, что в прошлой жизни я ни капли не замечал, что он мне доверяет».
Он остановил велосипед и только собрался подойти к газетному киоску, как чья-то сила резко потянула его назад: «?»
Е Фаньчжоу в недоумении обернулся и увидел, как Су Чэн в некоторой панике отдернул руку.
Заметив озадаченный взгляд Е Фаньчжоу, Су Чэн закусил губу, потупился и тихо объяснил:
— Только что… забыл, что всё ещё держусь за одежду.
В его голосе проскользнуло едва уловимое смущение.
Только тогда Е Фаньчжоу осознал: всё это время, пока они ехали, вплоть до самой остановки, пальцы Су Чэна были крепко сжаты на краешке его школьной формы, и он ни на миг не отпускал их.
При мысли о том, что всю дорогу парень добросовестно держался за обе полы его куртки и даже после остановки забыл разжать пальцы… это выглядело как-то… по-детски?
Е Фаньчжоу передернуло от собственных мыслей, он поёжился, стряхивая мурашки, и чисто по-мужски подумал: «Как можно называть парня милым!»
Однако пришлось признать: Су Чэн совсем не похож на его друзей, у которых кожа толще городской стены. Его кожа куда тоньше, и дразнить такого человека, должно быть, очень забавно.
К тому же, его вряд ли можно назвать «холодным», скорее, он просто… слишком немногословен?
Е Фаньчжоу стало интересно. Он даже забыл про воду, упёрся руками в руль и с лукавой улыбкой завел разговор:
— Скажи-ка, одноклассник Су Чэн, мы ведь с тобой учимся в одном классе, так? Почему ты там, на той стороне, не позвал меня на помощь?
На самом деле Е Фаньчжоу прекрасно понимал: до сегодняшнего дня они были совершенно чужими людьми, которые даже не общались. С таким замкнутым характером, как у Су Чэна, он ни за что не стал бы просить о помощи первым.
Он спросил так только потому, что, даже имея психологический возраст в двадцать два года, Е Фаньчжоу оставался тем ещё проказником: чем больше Су Чэн смущался, тем сильнее ему хотелось его поддразнить.
Он приник к рулю, глядя на Су Чэна снизу вверх. В уголках глаз заиграла мягкая улыбка, а длинные ресницы в свете уличного фонаря отливали теплым золотом.
Е Фаньчжоу был прямо перед ним.
Эта картина была настолько прекрасной, что Су Чэн за две жизни не смел о ней и мечтать. Сейчас он был вынужден невольно задержать дыхание, а его кончики пальцев дрожали.
Он изо всех сил сжал кулаки, впившись зубами в мягкие ткани щеки изнутри, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица, и медленно слез с заднего сиденья горного велосипеда. Голос его прозвучал тихо:
— Спасибо, что помог сегодня. Я пойду.
Е Фаньчжоу опешил от того, что тот перевел тему, и с задержкой выпрямился:
— Уже так поздно, может, тебя подвезти?
Су Чэн сдержанно взглянул на него и медленно покачал головой:
— Не нужно, мой дом прямо там, совсем рядом.
Видя его решимость, Е Фаньчжоу догадался, что тот не хочет раскрывать адрес. Настаивать было неудобно, поэтому, почесав нос, он предложил:
— Тогда в ближайшее время, когда будешь идти домой, не ходи через тот переулок. Выбирай дорогу, где горят фонари.
Су Чэн замер. Он хотел было сказать, что менять маршрут бесполезно: если уж эта банда хулиганов положила на кого-то глаз, они не отстанут, и простой сменой пути от них не скрыться. Он собирался воспользоваться сегодняшним вечером, чтобы окончательно покончить с этой неприятностью, но Е Фаньчжоу всё испортил.
Более того, хулиганы наверняка пришли в ярость, когда их провели, и, скорее всего, в будущем будут донимать его ещё сильнее.
Но даже осознавая, что впереди его ждет нелегкая жизнь, Су Чэн не почувствовал ни малейшего волнения. Он опустил глаза, в глубине которых застыл равнодушный холод, и спокойно подумал: «Нельзя позволить этим отморозкам впутывать Е Фаньчжоу».
Е Фаньчжоу, видя, что Су Чэн долго молчит, с легким раздражением окликнул его:
— Ты ведь не собираешься всё равно идти тем путем?
Су Чэн пришел в себя и покачал головой:
— Нет… я выберу другую дорогу.
Его тон и вид снова заставили Е Фаньчжоу вспомнить слово «послушный».
Он прогнал прочь эти странные мысли, наблюдая, как Су Чэн молча поправляет рюкзак, а затем протягивает тонкие пальцы, чтобы слегка пригладить растрепанную ветром чёлку.
Через несколько секунд перед ним снова был тот самый студент-невидимка с глазами, почти полностью скрытыми волосами.
Е Фаньчжоу: «…»
Значит, поговорка «чёлка скрывает красоту» — это не пустые слова. Ну надо же, какой опыт.
Он подпер подбородок рукой и, колеблясь, сказал:
— Сразу предупреждаю, я не пытаюсь тобой командовать, просто…
Наткнувшись на вопросительный взгляд Су Чэна, Е Фаньчжоу замахал руками, подбирая слова:
— Может, на досуге сострижешь эту чёлку? Когда она не закрывала лицо, ты выглядел намного красивее, прямо весь посвежел.
В средней школе Чундэ не было строгих правил насчет причесок, запрещали только красить волосы или бриться налысо, поэтому парни обычно стриглись так, как им больше шло. Редко кто поступал с точностью до наоборот, как Су Чэн.
Су Чэн опешил и переспросил:
— …Состричь?
Е Фаньчжоу, видя его растерянность, решил не отступать: он перекинул длинную ногу через раму, подошел к Су Чэну и по-свойски откинул его чёлку назад, открыв чистый высокий лоб.
Су Чэн, застигнутый врасплох, вытаращил свои длинные глаза и застыл на месте, словно каменное изваяние.
Е Фаньчжоу привык постоянно распускать руки в общении с парнями и совершенно не заметил его смятения. Он продолжал придерживать чёлку и, наклонившись ближе, стал объяснять:
— Просто подстригись до этой линии или укладывай по бокам, чтобы лоб и брови были открыты… И вообще, тебе эта чёлка глаза не закрывает? Как ты видишь, что на доске написано?
Он увлеченно жестикулировал, не замечая, как у Су Чэна дрожат зрачки, а пальцы сжимают и разжимают подол школьной формы.
Пальцы, коснувшиеся виска, были теплыми, с мягкими подушечками, но от этого прикосновения у Су Чэна возникло ощущение, будто кожа вот-вот загорится.
Су Чэн резко дернулся в сторону и в смятении отступил на два шага назад.
Е Фаньчжоу остался стоять с поднятой рукой. Повисла пауза, и лишь спустя мгновение он осознал, что Су Чэн, возможно, не любит прикосновений малознакомых людей.
Он опустил руку и неловко кашлянул:
— Извини, я привык вести себя фамильярно, честное слово, не хотел тебя задеть. Больше так не буду.
http://bllate.org/book/31987/3905766
Готово:
