Глава 10. Демоническая энергия
— Здравствуй, Самуил. Прости, что я так внезапно пригласил тебя. На этот раз… мы хотим прояснить одну вещь, которая имеет для нас огромное значение. Разумеется, прежде чем мы начнем, я бы хотел заново представить тебе моих детей… и нашу семью.
Сказав это, Карлайл жестом предложил Самуилу присесть на диван в просторной гостиной на первом этаже. На журнальном столике стоял черный чай, который Эсми приготовила для всех. Впрочем, если подумать, в каком-то смысле это могло показаться предназначенным исключительно для одного Самуила.
После того как Эсми с доброжелательной улыбкой налила Самуилу чашку чая, Карлайл начал их разговор.
— Как ты уже заметил, я самый старший в этой семье и тот, кто обратил каждого из них. До этого я странствовал по многим местам и встречал немало вампиров. Большинство из них питались человеческой кровью. Я же не желал этого. Хотя жажда человеческой крови — это заложенный в наших телах инстинкт, я захотел найти ей замену.
В конце концов я отыскал ее… это замена человеческой крови кровью животных. То, что мы называем вегетарианством. Хотя после этого мы все равно чувствуем голод, это помогает нам восстанавливать силы и оставаться крепкими. После этого я путешествовал повсюду в надежде отыскать таких же вампиров, как я. Но прошло много-много лет, а я так и не смог найти единомышленников-вегетарианцев, и я чувствовал себя очень одиноким.
Спустя несколько десятилетий, во время свирепой эпидемии испанского гриппа, я встретил Эдварда. Тогда он лежал в больнице, где я работал. Его состояние было… ужасным. Его мать, умирая, умоляла меня непременно спасти Эдварда и сделать все, что в моих силах.
Она смотрела на меня пронзительным взглядом, и на мгновение я уверился, что она разгадала мой секрет. После этого я выкрал Эдварда. Я хотел исполнить волю его матери и обратить его в такого же… вампира, как я. Даже когда он был при смерти, болезнь не могла скрыть ту чистоту и прекрасное нечто, что сияло на его лице. Я хотел, чтобы у моего собственного сына было такое лицо.
Карлайл предавался воспоминаниям. Хотя прошло уже почти сто лет, каждое событие и даже мельчайшая деталь тех дней сохранились в его памяти с поразительной четкостью. Он начал свой рассказ с обращения Эдварда и постепенно дошел до того времени, когда к семье Каллен присоединились остальные. Он рассказал об умении Эдварда читать мысли, о даре Элис предвидеть будущее и о способности Джаспер управлять человеческими эмоциями. Когда Карлайл упомянул способность Джаспер, Самуил невольно рассмеялся.
— Верно, я чувствую, как его сила пытается проникнуть в меня.
Стоило Самуилу произнести эти слова, как атмосфера в комнате мгновенно переменилась, и лица членов семьи Каллен замерли в напряжении. Особенно это касалось Джаспер, чье имя было названо вслух: на его лице… появилось выражение, которое можно было бы назвать нерешительным. Самуил же, ничуть не смущаясь, продолжил:
— Не напрягайся, я знаю, что у тебя нет ко мне дурных намерений, Джаспер. Если не отгораживаться от испускаемой тобой энергии, а как следует прочувствовать ее, я ощущаю, что от нее на душе становится только лучше.
Самуил обеими руками приподнял чашку с черным чаем, заваренным для него Эсми, сделал небольшой глоток и продолжил:
— На самом деле я всего лишь друг Эдварда, и вам не нужно было столь торжественно приглашать меня сюда ради друга вашего ребенка. Но вы все-таки сделали это. Вам не нужно было — и даже не следовало — посвящать меня, обычного человека, в историю вашей семьи и способности ее членов, однако вы поступили именно так. Я немного подумал над причинами. Наверное… вы просто заинтересовались некоторыми моими… особыми маленькими навыками?
— Нет! Это вовсе не какой-то маленький навык. Это… имеет для нас огромное значение. Особенно… для таких вампиров, как мы, стремящихся придерживаться вегетарианства.
Прежде чем Карлайл успел ответить, подал голос Эдвард, до этого хранивший молчание. Он так пристально смотрел Самуилу в глаза, что в его взгляде читалась даже не замеченная им самим мольба. Этот взгляд… заставил Самуила почувствовать себя не на шутку растерянным.
После долгого молчания Самуил глубоко вздохнул и поднялся на ноги.
— На самом деле в этом нет великого секрета. Я просто с рождения обладаю повышенной чувствительностью к энергии ментального плана. Честно говоря, я понятия не имею, как подавлять ваши инстинкты жажды крови. Если бы Эдвард тогда сам мне не рассказал, я бы даже не догадлся, что он вампир. Способность, которую я применил тогда… должна быть очень похожа на особый дар Джаспер.
— На мой?
Красивый джентльмен с потрясающими золотистыми волосами явно не поверил услышанному, когда Самуил произнес эти слова.
— Да, на твой. Но не совсем. Не знаю, упоминал ли вам Эдвард. Меня, пожалуй, можно назвать одаренным экстрасенсом, если описывать мой особый талант именно так. Именно этот дар позволил мне почувствовать, что Эдвард в тот момент… был совершенно не в себе.
От него исходило некое предгрозовое… яростное дыхание, балансирующее на грани срыва. Довольно сильное и крайне опасное. Но я чувствовал, что Эдвард тогда страдал, и происходящее шло вразрез с его собственной волей. Именно поэтому я смог ему помочь.
— И как же именно ты это сделал?
Розали, которая до этого упорно считала абсолютной ложью саму мысль о том, что Самуил способен обуздать вампирский инстинкт жажды человеческой крови, наконец не выдержала и обратилась к нему. Когда Самуил перевел на нее взгляд, он с улыбкой ответил:
— Я проник своей аурой в бушующее в тот момент биополе Эдварда и ассимилировал его. Пожалуй, мы могли бы назвать это ассимиляцией ауры. Поскольку собственная воля Эдварда противилась такому состоянию, стоило обуревавшей его ярости постепенно утихнуть, как все проблемы разрешились сами собой.
Слова Самуила заставили всех членов семьи Каллен погрузиться в задумчивость. Похоже, их догадки насчет способностей Самуила с самого начала шли по ложному пути. Это вовсе не та сфера, к которой привыкли они сами — будучи вампирами, и тем более не то, что было знакомо им в человеческом прошлом.
— На словах в это все еще трудно поверить и уж тем более понять. Пожалуй, чтобы получить более наглядное представление, требуется личный опыт.
— Нет!
Стоило Самуилу произнести эти легкие слова, как Эдвард, сидевший рядом и внимательно слушавший его рассказ, тут же запротестовал. Услышав слова Самуила, этот необычайно красивый юноша с золотисто-каштановыми волосами с какой-то нечеловеческой, вампирской скоростью схватил Самуила за запястье, прежде чем его собственный разум успел отреагировать. Только выпалив отказ, он осознал, насколько резким и неуместным было это движение, но отпускать руку вовсе не собирался.
Он пристально глядел на Самуила, медленно и решительно мотая головой.
— Эй, полегче. Ты что думаешь, я собрался делать? Порезать себя, а потом собственной кровью довести кого-нибудь из вас до потери контроля, чтобы снова успокоить точно так же? Это слишком хлопотно, к тому же… я понятия не имею, каковы ваши способности к самоконтролю. Вдруг сорвутся все разом? Тогда мне придется распрощаться с жизнью прямо здесь.
Тихо пробормотав это Эдварду, Самуил заметил, что тот по-прежнему смотрит на него с тем же беспокойством. Не найдя другого выхода, он прикоснулся рукой к щеке Эдварда, позволив силе ассимиляции ауры слегка рассеяться, а затем поднялся. Однако Эдвард не выпускал его руку из захвата.
— Не переживай, все будет в порядке, — тихо произнес Самуил, высвободил руку, снял верхнюю одежду и под взглядами членов семьи Каллен сделал еще несколько шагов к центру гостиной.
— То, что я собираюсь сделать сейчас, пожалуй, позволит вам наглядно ощутить то самое… энергетическое поле на ментальном уровне, о котором я говорил. Я не могу точно ручаться за результат. Обычные люди из-за недостаточной чувствительности в нормальных условиях не способны ничего из этого почувствовать. Но если я намеренно захочу заставить кого-то прочувствовать это, сделать подобное вполне возможно.
Так вот, столкнувшись с вампирами, чьи органы чувств в десятки раз острее человеческих, я полагаю, смогу многократно усилить ощущение присутствия этой энергии. Но прежде чем начать, я хочу подчеркнуть: все, что вы ощутите в следующее мгновение, будет лишь иллюзией, вызванной движением ментальной энергии в ваших чувствах. Что ж… начнем.
Закончив говорить, взгляд Самуила мгновенно и резко переменился. Его чарующий синий оттенок стал острым и пронзительным, и в тот же миг… мощнейшая волна давления обрушилась на семью Каллен, словно цунами, казалось, даже искажая пространство вокруг. Тяжелая и настолько опасная, что у вампиров-вегетарианцев пробудились первобытные инстинкты столкновения с колоссальной угрозой.
Когда эта исполинская… чистая демоническая энергия, несущая в себе сильнейшую злобу, внезапно просочилась сквозь членов семьи Каллен, вампиры инстинктивно оскалили клыки на простого человека, свирепо зарычали и попытались отступить…
Однако сила эта, столь мощная, что вселила в них робость, оборвалась в единое мгновение. Буря стихла так же внезапно, как и началась, а свежий воздух и яркий свет словно вернулись в это пространство. Вампиры из семьи Каллен почувствовали, что снова могут дышать, однако память, оставленная этой силой в их телах, еще долго не рассеивалась, заставляя их тяжело и прерывисто дышать…
Ощущая все еще витающее в воздухе леденящее душу чувство, члены семьи Каллен один за другим с невероятным изумлением уставились на Самуила — человека, который рядом с ними, вампирами, должен был казаться хрупким и беззащитным существом.
— Это только что… сделал ты? Просто… поразительно…
http://bllate.org/book/31951/3902412
Готово:
