Восстановление системы
Проснувшись утром, Аодон направился в ванную, чтобы привести себя в порядок, а система тем временем доложила в его голове о событиях минувшей ночи.
Базовая информация об Аде уже собрана, можешь в любой момент ознакомиться.
Так быстро? И что там за данные?
В Аду изначально была своя сеть, так что скачивать информацию отсюда оказалось относительно быстро, да и расход энергии при этом минимальный. То, что удалось собрать на данный момент — лишь самые основы: карта всего Ада, населяющие его расы, цены на товары и всё в таком духе. Кроме того, есть немного сведений о Небесах, всё, что удалось отыскать на просторах сети, уже загружено, включая информацию о той школе, куда ты вскоре поступишь.
Значит, в будущем мне можно будет не бояться заблудиться в Аду, да и помочь поторговаться ты тоже сможешь, верно?
Да, только торговаться придётся тебе самому, я могу лишь служить ориентиром.
Уже неплохо. Аодон вспомнил, как не раз попадал впросак и нёс убытки из-за незнания цен, натыкаясь на бессовестных дельцов, и от этих воспоминаний у него даже зачесались кулаки.
Кстати, ты же говорил, что в Аду есть энергия, способная тебя восстановить? Как успехи?
Результат хороший, однако прежние данные были повреждены и не подлежат восстановлению, поэтому я заново пересобрал собственные программы. Хочешь взглянуть?
Аодон было заинтересовался, но время на телефоне подсказало, что до начала рабочего дня остался всего час, а он ещё даже не завтракал.
Давай лучше позже, сейчас мне нужно идти в столовую.
Хорошо.
После этого система умолкла, подавая голос лишь тогда, когда Аодон сворачивал не туда.
Благополучно добравшись до столовой, он обнаружил, что желающих позавтракать по-прежнему немного, однако заметил там Эмма-одая и уже знакомых ему двух маленьких демонов-тюремщиков.
Доброе утро, великий двоюродный дедушка, Караури, Насу.
Караури и Насу синхронно ответили:
— Доброе утро, Аодон-сан!
— А это малец Аодон, доброе утро. Хорошо спалось этой ночью?
Великий Владыка Эмма с аппетитом уплетал гигантский рисовый колобок, приготовленный по особому рецепту.
Да, я непривередлив к постели, везде засыпаю отлично.
Купив завтрак, Аодон присел рядом с ними и огляделся:
— А почему не видно господина Хозуки?
— Этот малый вечно засиживается допоздна за сверхурочной работой, утром его добудишься с трудом, так что в столовую он не ходит. Передадим ему парочку колобков с собой чуть позже.
Эмма-одай немного занервничал — в конце концов, в том, что Хозуки был так загружен работой, (в значительной степени) виноват он сам.
Вот как. Значит, я сегодня снова буду приставлен к господину Хозуки?
Да, он обычно заведует всеми инспекциями. Если будешь ходить за ним, быстрее освоишься в Аду, так что постарайся.
Эмма-одай поднял руку, собираясь потрепать Аодона по волосам, но, заметив на пальцах рисовые зёрна, благоразумно передумал.
Мы ведь раньше тоже вечно таскались хвостиком за господином Хозуки, — вспомнил Караури, содрогнувшись от недавних воспоминаний. — Этот тип вечно ошибался, и спасало нас только то, что рядом был господин Хозуки, иначе нам бы не сдобровать.
Насу виновато улыбнулся, не сводя восторженных глаз с Аодона:
— У Аодона-сана такие длинные волосы! Раз уж ты не хочешь, чтобы тебя принимали за девушку, почему бы их не состричь?
Аодон машинально коснулся своих волос:
— Я и сам не против их срезать, да только они отрастают вновь стоит мне только подстричься. Поначалу меня это напугало, а теперь я просто не рискую.
К счастью, тогда Аодон боялся, что кто-нибудь заметит неестественный цвет его волос, и не решился идти в парикмахерскую. Он попросил матушку Цин помочь с причёской, но стоило срезанным прядям упасть, как они тут же растворились в воздухе, а на голове тут же отросли новые. Столь жуткое зрелище напрочь отбило у членов семьи Ао желание когда-либо ещё прикасаться к его синеватым волосам.
Кто знает, к каким дурным последствиям это могло бы привести.
Разве это не похоже на те популярные сейчас японские куклы с непрерывно растущими волосами? Впрочем, у тебя наверняка всё дело в екайской крови, прямо как у нас, Расы Онов: к какому бы подвиду кто ни принадлежал, у большинства всё равно шевелюры кудрявые.
Точно-точно! Наши волосы такие завитые, что ни нормальной причёски не сделать, ни уложить толком, остаётся только носить короткие стрижки.
Эмма-одай тоже вставил слово:
— Кажется, во многих комиксах и романах волосы служат символом силы? Чем длиннее шевелюра, тем мощнее владелец. А когда ты их стриг в первый раз, было какое-то особенное ощущение?
Аодон немного подумал:
— Ничего особенного. У меня тогда от сотрясения мозга голова кружилась, так что других ощущений я и не припомню.
Тогда, ради собственной безопасности, лучше больше их не состригай. На самом деле, тебе очень идёт, — со смешком произнёс Эмма-одай. — У меня вечно такое чувство, будто у меня внучка появилась.
Пожалуйста, больше не говорите такого!
В шутках и болтовне завтрак подошёл к концу, и Аодон вместе с Эмма-одаем отправился в главный зал Зала Эммы, официальное название которого — Дворец Эммы. Эмма-одай положил принесённый из столовой завтрак на рабочий стол Хозуки.
Аодон взглянул на часы: до восьми оставалась всего одна минута.
А ровно в восемь начинается рабочий день.
Господин Хозуки случайно не проспал? Может, позвонить ему?
Эмма-одай махнул рукой и улыбнулся:
— Не нужно, не нужно! Он никогда не включает телефон, когда спит, к тому же спит мёртвым сном, а если разбудить — сразу пускает в ход кулаки, так что беспокоить его во время сна категорически запрещено.
Впрочем, он всегда предельно пунктуален, вот увидишь, ровно к восьми он будет здесь. На самом деле, было бы даже неплохо, если бы он проспал, хоть посмеялся бы над ним.
Стоило Эмма-одаю закончить фразу, как в дверях главного зала появилась фигура Хозуки, а стрелки часов показали ровно восемь.
Лицо Хозуки было мрачнее тучи:
— Очень жаль разочаровывать, но возможности посмеяться над опозданием не представится.
Взгляд Хозуки, как и всегда сегодня, был настолько острым, что встречаться с ним глазами никто не решался. Под глазами залегли едва заметные тени, а красные отметины екая в уголках глаз стали еще ярче — налицо был явный недосып.
Господин Хозуки плохо спал прошлой ночью? Вы выглядите не слишком бодрым.
Просто лёгкое недосыпание, ничего особенного. Хозуки шагнул вперёд и перевёл прицел на Эмма-одая: — Великий Владыка, коль вам так хочется надо мной посмеяться, соблаговолите сдвинуть своё необъятное, способное разломать стул тело, и катитесь работать, не путайтесь тут под ногами.
Эмма-одай, только что злословивший за спиной, виновато и поспешно укатился.
Хозуки перевёл взгляд на Аодона, и тот невольно вжался в плечи:
— Я... я пошёл забирать сегодняшние материалы!
Глядя на удаляющуюся спину парня, Хозуки, который всего-навсего собирался ввести его в курс сегодняшних обязанностей, только и смог, что мысленно выдохнуть: «...»
Ладно, в конце концов, материалы ему действительно были нужны.
В этой суете незаметно пролетело всё утро. Пообедав в ресторане вместе с Хозуки и Эмма-одаем, Аодон наконец получил свободную минутку, чтобы заглянуть в комнату и проверить восстановление системы.
Аодон попросил систему доложить о текущем прогрессе, и к его удивлению, перед ним вновь развернулся тот самый дворик оммёдзи, который он видел в прошлый раз.
Как и в прошлый раз, он был здесь совершенно один, но неподалёку появилась знакомая по игре деревянная стойка, сплошь увешенная бумажными фонариками. Большинство белых фонарей были пустыми, и лишь на самом первом значилось слово Исследование.
В этом заключалось отличие от игры: там значок исследования хоть и был выполнен в виде фонарика, но парил в воздухе, а не крепился к общей стойке.
Ты хочешь сказать, что пересобрал себя по образцу игры Оммёдзи?
Структура похожа, но внутреннее наполнение всё же отличается.
Затем система пояснила суть новой функции Исследования.
Точно так же, как и в игре, Исследование открывало путь в подземелья, однако созданный системой вариант не делился отдельно на Подземелья для исследования, Подземелья душ и Подземелья пробуждения — всё это было объединено под общим названием.
Это Исследование генерирует случайного врага для боя с тобой, позволяя в процессе сражения лучше освоить собственные способности. Разумеется, по окончании битвы полагается награда.
Значит, системы призыва карт здесь нет?
Мм.
Аодон испытал лёгкое разочарование: играя в оммёдзи, он больше всего любил эту щекочущую нервы процедуру призыва.
Впрочем, удача никогда не была его сильной стороной, что поделать, если он прирождённый невезучий игрок...
А что за награды? Души? Монеты? Облики? Или материалы для пробуждения?
Похоже, кроме душ, всё остальное для него было практически бесполезно.
Если память ему не изменяла, он уже прошёл Пробуждение, иначе с чего бы ему превращаться в екая.
К тому же сейчас он выглядел в точности как Аоандон после Пробуждения, и по игровой логике повторное пробуждение ему не грозило.
Насчет наград я ещё думаю, пока ориентируюсь на то, что будет полезно тебе и придётся по вкусу. Чего бы тебе хотелось?
Будь система привязана к своему родному миру, все призы поставлялись бы фирмами-производителями. Но здесь подобных компаний не было, и система физически не могла предложить никаких материальных наград.
Конечно, обладай она технологиями, намного опережающими земные, она могла бы провернуть что-нибудь в сети и достать желаемое. Однако директива «Запрещено совершать действия, нарушающие законы и регламенты» была прописана в самом её ядре, и это правило оставалось неизменным даже при перемещении между космическими плоскостями.
Мне нравится многое, только вот чтобы всё это получить, нужны деньги. И как ты собираешься это доставать? Ты же сам говорил, что ни поставщиков наград нет, ни правила обойти нельзя?
Кроме этих двух вариантов, он просто не представлял, на что ещё способна система.
http://bllate.org/book/31941/3901274
Готово:
