Небоскребы в центре города возвышались один за другим, их стеклянные и металлические фасады отражали холодный и жесткий блеск. Среди них сновали бесчисленные механические руки, упорядоченно выполняя самую разную работу по обслуживанию городских объектов.
Прохожие, шагавшие по улицам, в большинстве своем были одеты с иголочки. Помимо неброско одетых офисных работников, здесь встречалось немало прохожих в причудливых нарядах: их тела пестрели кричащими, визуально ошеломляющими расцветками, словно они громко заявляли о своей уникальности.
Это был изысканный, но в то же время всеобъемлющий механический мегаполис.
И прямо за садом в центре шумного мегаполиса притаился тихий ресторан. Он укрылся от суеты за кирпичной стеной, сплошь обвитой глицинией.
В прозрачных стеклах отражались спокойные, элегантные и безупречно одетые почетные гости. Они непринужденно беседовали, поднимая бокалы, а янтарное вино в хрустале колыхалось, источая пьянящий и ослепительный блеск.
— Почему у вас нет отдельных кабинетов? — модно одетый мужчина-посетитель привел с собой несколько человек и, глядя на ничем не примечательные диванчики, недовольно нахмурился.
— Пожалуйста, не спешите, — вспотевший менеджер тут же подбежал с заискивающей улыбкой. — Этот зал, конечно, немного уступает отдельным кабинетам, зато у нас тут целая стена живых цветов прямо напротив центрального сада, так что вид открывается просто великолепный.
— Хватит болтать ерундой. Мы столько раз пользовались вашими услугами, а вы даже кабинет выделить не можете...
Приятели попытались замять конфликт, но их слова лишь раззадорили клиента, задев его самолюбие. Он решил во что бы то ни стало доказать свою правоту.
В разгар спора он краем глаза заметил, как официант ведет кого-то в сторону кабинетов. Увидев это, он тут же громко возмутился:
— С какой стати вон ту взлохмаченную бабу, которая пришла позже всех, пустили? Разве у вас нет дресс-кода? Почему кому-то позволено выглядеть подобным образом?
Улыбка на лице принимавшей гостя официантки, славившейся своим профессионализмом, слегка померкла от неловкости. Под взглядами многочисленных роскошно одетых посетителей она изо всех сил попыталась изобразить на лице разбитую улыбку и, стиснув зубы, повела ту самую «взлохмаченную» даму к кабинету.
Называть ее взлохмаченной было еще мягко сказано — клиент проявил изрядную сниходительность.
На лице гостьи красовался слой белил явно не живого оттенка, а губы были накрашены так, будто она только что жадно объелась младенцев. Зеленые тени с блестками превращали ее хлопающие глазища в два жутковатых блуждающих огонька, а звенящие металлом аксессуары походили на ходячий треугольник — казалось, она вот-вот сыграет почетным гостям похоронный марш.
Услышав возмущенные вопли клиента, она на секунду замерла, перевела на него взгляд, и в ее иссиня-черных глазах промелькнуло недоумение.
Она окинула взглядом шумную компанию, отвернулась и гордо зашагала вглубь ресторана, полностью проигнорировав надрывные крики протеста.
Увидев такое отношение, мужчина вытаращил и без того круглые глаза и взвился:
— Это еще кто такая? Вечно смотрит на всех свысока! Да она вообще знает, кто я? Эй, ты здесь менеджер, да? Скажи мне, откуда она взялась и почему ведет себя так нагло?
Менеджер перепугался до такой степени, что из семи отверстий его головы вот-вот должна была хлынуть кровь — он был готов разорваться на части. Он не смел обижать ни ту, ни другую сторону, поэтому оставалось лишь говорить правду. Оценивая выражение лица гостя, он робко пролепетал:
— Эту... эту госпожу мы не знаем. Однако этот кабинет забронировал... помощник Младшего директора Сюэ...
— По фамилии Сюэ? — мужчина нахмурился и на мгновение задумался, как вдруг замер, словно заевшая пластинка. Лицо его позеленело, и он не смог выдавить из себя больше ни слова. — Неужели... та самая, что только что вернулась в Корпорацию Сюэ?
Менеджер с мрачным видом кивнул.
— Черт возьми, — мужчина никак не ожидал, что свяжется с такой персоной, и его охватила вполне заметная паника. — Погодите... я ведь не сцепился с ней по-настоящему, наверное... ничего страшного не будет?
— Все в порядке, мы никому не передадим информацию о вас, можете не беспокоиться, — сообразительный менеджер тут же успокоил его. — Раньше здесь всегда обедал ее жених, а ее саму мы видим впервые, не говоря уже о вас. Естественно, что вы ее не узнали.
— И то верно, в здешних местах ее редко встретишь, — буря в душе мужчины улеглась. Немного растерянный, он тупо опустился на диванчик, сделал глоток поданного вина, чтобы успокоить нервы, и с облегчением похлопал себя по груди. — Какая удача... Узнай мой старик, что я не поладил с молодой госпожой Корпорации Сюэ, он бы заставил меня лично идти и приносить извинения. Слава богу, пронесло...
В прямом эфире Е Юнь успела показать лишь половину лица, как ее тут же захлестнул шквал комментариев.
А-а-а-а, Е-Е, что ты творишь! Зачем так издеваться над собственной внешностью!
Ты что за монстр? Верните мне моего умного и прекрасного учителя Е!
Юнь-Юнь, у тебя что-то случилось на душе? Не держи все в себе, глянь на себя — мало того, что с головой не в порядке, так еще и вкус полностью пропал!
Е, ты же знаешь, что твоя мечта стать бьюти-стримером теперь разрушена? Была бы возможность прославиться внешностью, но ты упорно делаешь ставку на талант — ох уж эта нелегкая доля!
Е Юнь посмотрела на бегущие по экрану вопли и не удержалась от смеха.
Стоило ей улыбнуться, как ее жуткий макияж в сочетании с мимикой приобрел еще более зловещий оттенок.
Она приблизилась к экрану и заметила, что чат пестрит сообщениями вроде: Ой, мамочка, не подходи ко мне!
— Хе-хе, значит, мой макияж удался на славу?
Е Юнь самодовольно покачала головой, с мертвенно-бледным лицом напоминая бродячего призрака, промышляющего темными делами.
Она наклонилась к самой камере и заговорщически прошептала:
— На самом деле меня заставили пойти на свидание вслепую. Я вырядилась так только ради того, чтобы успешно сбежать. Поддержите меня, народ, и никому ни слова.
А? Учитель Е попалась на удочку? Эта история долгая... Я просто решила добрать положенные часы стрима и постримить немного до встречи с потенциальным женихом. Как только он появится, я сразу отключу трансляцию, ха-ха.
Какой он, этот жених? Э-э... Говорят, условия отличные, какой-то топ в крупной корпорации, вот только от него слегка попахивает скучным менторством, ха-ха. Впрочем, неважно, напугаю его — и дело с концом, меньше хлопот!
Где обедаем? Разве я могу это выдать? Правда, этот мужчина выбрал уж слишком дикое место — всем же известно, что рестораны в центре города стоят от силы по несколько сотен или тысяч. Откуда у простых работяг вроде нас столько лишних денег на этакое золото? Но я не собираюсь объедать человека даром, в конце концов, берешь чужое — язык не повернется возразить. Разделить счет поровну — отличный вариант, только вот жалко мой кошелек...
Е Юнь честно ответила на вопросы из чата, но, заметив промелькнувшую просьбу, открыла рот и замерла.
Когда учитель Е снова начнет проводить консультации? Уже целую неделю эфиров не было!
— Э-э, скоро, совсем скоро, не заваливайте меня вопросами, — Е Юнь жалостливо посмотрела в камеру и обиженно захлопала ресницами. — Мой текущий заказ — крупная сделка, все ведь знают меня... Ну грех же не заработать денег, правда?
Не успела она договорить, как дверь в кабинет грубо распахнули. Изможденная женщина обладала пугающе завораживающей красотой, а ее шелковистые пряди рассыпались по плечам водопадом — с первого взгляда было очевидно, что за ними ухаживают ежедневно.
Правда, сейчас прическа выглядела слегка растрепанной, а густой слой консилера не мог скрыть синяки под глазами, что, впрочем, придавало ей неожиданное очарование угрюмого увядания.
Женщина холодно смотрела на Е Юнь, чей макияж превратился в полное безобразие. Ее брови слегка хмурились, губы чуть дрогнули, но слов не последовало. Демонстрируя полнейшее самоуправство, она швырнула телефон на стол перед Е Юнь и, приподняв бровь, уставилась на нее.
Е Юнь сначала перепугалась от такого поворота событий, но затем возобладала натура скряги — она бросилась жалеть дорогую на вид новейшую модель телефона.
Подняв гаджет с надтреснутым углом, она едва не облилась кровью от боли в сердце, а ее лицо скривилось от жалости:
— Ой, ну как же можно так швыряться? Он ведь целое состояние стоит...
Женщина:...
Е Юнь наклонилась, чтобы заглянуть в экран: страница WeChat была абсолютно чистой и отображала лишь отправленные ей жениху координаты с сообщением о том, что она уже на месте.
Заметив на безымянном пальце левой руки женщины бриллиантовую ледяную глыбу размером по меньшей мере в десять карат, Е Юнь вдруг все поняла.
Черт побери, да это же ревнивица пришла ловить меня с поличным!
Е Юнь слегка занервничала, хотя по идее не должна была. Ей доводилось разоблачать бесчисленные измены: от финансовых магнатов, чьи имена сотрясали всю индустрию, до искушенных ловеласов из богатых семей и лицемерных университетских преподавателей. Она считала, что у нее уже выработался иммунитет ко всему, но в этот момент все равно почувствовала себя не в своей тарелке. Она молчала с загадочным видом, и атмосфера стала донельзя неловкой.
Видя молчание Е Юнь, необычайно красивая женщина тоже слегка занервничала. С недоумением взглянув на Е Юнь, а затем на экран телефона, она спросила:
— Ты чего молчишь? Ты знаешь Хэ Наньхуая?
— Э-э... — тонкое чутье и богатый опыт Е Юнь подсказали ей, что настал критический момент.
Опасаясь трагических последствий из-за недомолвок, она глубоко вздохнула и выдала с рекордной для себя за последние годы скоростью:
— Хотя я его и знаю, но я правда не...
— Хватит, — красивая женщина прервала скороговорку Е Юнь. Она всерьез всмотрелась в жуткий макияж собеседницы, и в ее глазах читались одновременно непонимание и гнев, которые, однако, тут же угасли.
http://bllate.org/book/31925/3899507
Готово:
