Гун Цзюйжэнь тоже заметил Сюань Лина. Неизвестно почему, но его лицо странно и едва заметно покраснело, а манерность сделалась жеманной.
Сюань Лин: «?»
Он подошел ближе и вежливо произнес:
— Гун Сюн, как ты себя чувствуешь?
Гун Цзюйжэнь уже не походил на себя прежнего — когда он сыпал угрозами громким, как колокол, голосом и излучал мощнейший напоров. Изменив голос, он проворковал:
— Неплохо, благодарю за беспокойство.
Сюань Лин в тот же миг покрылся мурашками.
Конец, этот парень, похоже, тронулся умом.
Словно столкнувшись с грозным врагом, он окинул Гун Цзюйжэня взглядом и как раз размышлял, как бы осторожно расспросить, во сколько ему обойдется компенсация, когда лекарь из секты поспешно прибежал и почтительно обратился к Юнь Юйчэню:
— Старший брату Юнь, благодаря защитной ауре этот ученик не получил серьезных внутренних повреждений, только легкие царапины и синяки — судя по всему, от падения на землю после прорыва барьера. Ему просто нужно немного отдохнуть.
Закончив говорить, он украдкой бросил на Сюань Лина многозначительный взгляд.
Прошедший бой занял всего пару часов, но уже разлетелся по всей секте.
Все только и говорили, что слухи лгали: Сюань Лин не только не дурачок, но еще и обладает невероятно высоким уровнем культивации. Ударом Стадии Золотого Ядра он пробил защитный барьер на тренировочной арене да так, что противнику пришлось задействовать защитную ауру.
Теперь остальные секты думали, что Секта Цанлань намеренно что-то скрывала, планируя прикинуться свиньей, чтобы съесть тигра.
Из-за этого сейчас на душе у всех в Секте Цанлань было как-то неспокойно.
Они даже не смели заикаться чужакам о том, что принадлежат к Секте Цанлань, боясь столкнуться с теми, кто станет расспрашивать про Сюань Лина.
Услышав слова лекаря, Сюань Лин неожиданно обрадовался: платить не придется!
Но прямо выразить радость он не осмелился, поэтому протянул руку, похлопал Гун Цзюйжэня по плечу и с наигранным участием произнес:
— Главное, что все в порядке. Ты даже не представляешь, как сильно я волновался.
Гун Цзюйжэнь всем телом содрогнулся.
Сразу после этого он с неверием уставился на Сюань Лина.
Он не расслышал!
Сюань Лин лично сказал, что волновался за него!
Лежа на больничной койке в лазарете, Гун Цзюйжэнь передумал о многом.
Он был уверен: он влюбился в Сюань Лина с первого взгляда.
До сих пор он не мог забыть ту улыбку, которой Сюань Лина одарил его.
Небесная красота.
Гун Цзюйжэнь впервые в жизни возненавидел свой собственный язык.
Зачем ему было так хорохориться и наговорить Сюань Лину столько гадостей?
Он думал, что Сюань Лин наверняка возненавидел его.
Это было бы вполне естественно — кто бы стерпел такие оскорбления.
Но!
Только что Сюань Лин снова сказал, что волновался за него!
Сердце Гун Цзюйжэня забилось в груди, бурлящие эмоции грошили выплеснуться наружу —
Он резко схватил Сюань Лина за руку и громко выпалил:
— Молодой господин Сюань, выходи за меня замуж!
Гу Пин только переступил порог сектового лазарета, и первое, что он услышал, была именно эта фраза.
Шаг его замер, он перевел взгляд на источник звука.
Сюань Лин с остолбеневшим лицом стоял на месте, позади него находились его ученик и еще несколько младших адептов из других сект.
А прямо перед ним возвышался тот самый ученик Секты Багровых Небес, которого Сюань Лин случайно ранил во время поединка.
Гу Пин нахмурился и сурово произвел:
— Что вы тут устраиваете?
Стоявший у входа ученик-разнорабочий сообразил быстрее всех, тут же опустился на одно колено и почтительно отрапортовал:
— Глава секты.
Глава секты?
Сюань Лин мгновенно пришел в себя и торопливо оглянулся.
Гость был облачен в черные одежды с вышитыми золотыми узорами, его осанка была прямой, а аура — величественной и тяжелой. На поясе покачивался жетон главы секты, ярко и недвусмысленно заявляя о его статусе.
Неужели это и есть глава Секты Цанлань, Гу Пин, который в первой половине оригинального романа звался сильнейшим бойцом Мира Культивации?
Юнь Юйчэнь быстро подтвердил его догадку: он сделал шаг вперед, поприветствовал наставника и произнес:
— Учитель.
Ше Сюаньлинь и остальные тоже подошли и поклонились:
— Младшие приветствуют главу секты Гу.
Гу Пин — персонаж крайне важный для оригинального сюжета.
Он был знаком с матерью Юнь Юйчэня и по ее просьбе взял Юнь Юйчэня в личные ученики, лично вырастив его. Кроме того, в первой половине книги он был единственным, кто знал о магии магов в крови Юнь Юйчэня.
Однако Гу Пин не стал раскрывать Юнь Юйчэню его происхождение, а просто изо всех сил старался воспитать его, вложив в это все жизненные силы.
Возможно, чем больше вкладываешь, тем выше ожидания: когда в финале пробудилась кровь магов Юнь Юйчэня, первым, с кем он сошелся в битве не на жизнь, а на смерть, оказался его собственный приемный учитель Гу Пин.
Переход Юнь Юйчэня на темную сторону в конце во многом был спровоцирован именно этим.
Сюань Лину персонаж Гу Пина очень нравился.
Сильный и, хотя с виду казался чрезвычайно суровым, на деле яростно защищал своих.
Вот только, по сюжету оригинального романа, в войне между людьми и магами Гу Пин трагически погиб, и Секта Цанлань после этого покатилась по наклонной, утратив былую славу.
Как жаль.
Гу Пин кивнул младшим адептам, и его взгляд снова вернулся к Сюань Лину и лежавшему ученику.
Он вновь сурово спросил:
— О чем вы тут толкуете?
Сюань Лин: «...»
Он только сейчас вспомнил, что его руку все еще крепко сжимает Гун Цзюйжэнь, и поспешно вырвал ее, выпалив:
— Ни о чем! Глава секты, вы расслышали не то, мы тут просто шутили...
— Ничего я не расслышал! — резко перебил его Гун Цзюйжэнь.
— Увидев молодого господина Сюаня сегодня на тренировочной арене, я влюбился в него с первого взгляда, а молодой господин Сюань тоже ко мне неравнодушен. Мы оба пылаем чувствами друг к другу, мы созданы друг для друга, разве мы не должны быть вместе?!
Ась?!
Сюань Лин ошеломленно уставился на него:
— С каких это пор я к тебе неравнодушен?!
Гун Цзюйжэнь посмотрел на него полными глубокой страсти глазами:
— Ты сам только что сказал, что волновался за меня.
Если ты волновался за меня, то, округляя до целого, это значит, что я тебе нравлюсь!
Сюань Лин: «...» Черт.
Зря он только открыл рот.
В тот момент он слишком переживал из-за компенсации, и, как только узнал, что Гун Цзюйжэнь в порядке, невольно выдохнул с облегчением.
Вот и ляпнул первое, что пришло в голову.
Но ведь это не его вина, разве стал бы нормальный человек из-за такой брошенной невзначай фразы делать столь дикие выводы?!
Сюань Лин глубоко вдохнул и пояснил:
— Нет, молодой господин Гун, вы все не так поняли. Я волновался за вас, потому что посчитал: это я не рассчитал силу и из-за этого вы пострадали. Никаких других мыслей насчет вас у меня нет, и тем более вы мне не нравитесь...
http://bllate.org/book/31909/3897776
Готово:
