После того как они выговорились, чувства обоих явно вышли на новый уровень — казалось, они поделились некими секретами, и теперь их узы стали ещё крепче. Впрочем, всё зависело от того, с кем иметь дело.
Забини, близкий друг Драко, разумеется, заметил перемены в их общении. Подойдя ближе, он поддразнил их:
— Вы двое стали так близки! Драко, если бы я не знал ваши отношения, я бы решил, что вы парочка.
Парочка?
Уайт инстинктивно бросил взгляд на Драко, а затем закатил глаза. Подумаешь, сопляки, а уже парочка! Никакой ранней любви быть не должно!
Драко тоже счёл шутку Забини совершенно нелепой и уже собирался резко поставить его на место, как вдруг заметил презрительный закат глаз Уайта. Его ярость мгновенно сменила мишень:
— Уайт! Это что за презрение?!
— Драко, следи за собой, следи за своим аристократическим образом! — Уайт спешно толкнул его в бок, полагая, что если позволит тому и дальше портить репутацию семьи Малфой, то он сам умрёт куда более мучительной смертью.
*Я с тобой ещё поговорю, когда вернёмся!*
Свирепо зыркнув на Уайта, Драко в мгновение ока взял своё лицо под контроль. На долю секунды образ высокомерного наследника семьи Малфой снова вернулся к нему.
Забини внимательно наблюдал за этой маленькой перепалкой, и теперь это заставило его задуматься.
Почему Драко так хорошо ладит с этим новым наследником Блэк? Дядя Люциус хоть и не говорит об этом вслух, но за кулисами предпринимает множество тайных шагов — каждого, с кем сближается Драко, он тщательно и детально проверяет.
Выходит, то, что этот новый наследник Блэк крутится возле Драко... произошло с одобрения дяди Люциуса?!
От этой мысли Забини даже слегка опешил. Люциус Малфой, верхушка волшебной аристократии, редко кого одобрял и ещё реже кому доверял. По мнению самого Забини, Уайт без сомнения был замедленной бомбой, подложенной рядом с Драко.
Выходит, он ошибался? Тот вовсе не бомба замедленного действия?
Забини перевёл взгляд на парочку, погруженный в глубокие раздумья, однако Уайт и Драко не замечали этого вовсе.
Впрочем... нет, кажется, они заметили, но просто проигнорировали.
Оба следовали за толпой, увлечённо обсуждая предстоящую церемонию распределения, и у золотого мальчика с компанией дело обстояло точно так же.
— Думаю, это какое-то испытание, Фред говорил, что нам будет очень больно, но, наверняка, он шутит, — выпрыгнул вперёд темноволосый мальчишка с рыжими волосами и усеянным веснушками лицом. Он щеголял имеющейся у него информацией, вызывая полное восхищение у окружения Спасителя, но вместе с тем заставляя многих изрядно нервничать.
Всё из-за тех слов: *«нам будет очень больно»*.
Услышав это, Драко лишь презрительно скривил губы, но ничего не сказал. Оглядевшись по сторонам, Уайт с удивлением заметил, что все ребята, державшиеся рядом с Драко, смотрели на слова рыжего мальчишки с откровенным отвращением.
Сгорая от любопытства, Уайт тихо спросил:
— С чего это вы все так не одобряете слова того паренька?
— Тц! — Драко лишь презрительно хмыкнул. Зато одна из девочек очень оживленно выпалила: — Семья Уизли — это предатели чистой крови!
При чём тут снова какие-то предатели?
Уайт тут же заполнился вопросами до отказа, но продолжить расспросы он не успел: рыжий мальчик явно услышал слова девочки и тут-то ответил ударом на удар:
— А вы, потомки Пожирателей Смерти, все до единого заслуживаете отправки в Азкабан!
— Стойте-стойте! Вы что, считаете такие перебранки весёлыми? — Мозг Уайта сейчас находился в состоянии полного хаоса.
Весёлыми?
Стоило им услышать слово, использованное Уайтом, как все вокруг умолкли. Как столь очевидные личные оскорбления в один миг превратились в безобидные детские шалости?
К счастью, терзать себя долгими раздумьями им не дали: тяжёлые двери перед ними начали медленно отворяться. Впереди вновь появилась та самая ведьма в остроконечной шляпе — профессор Макгонагалл. Она окинула собравшихся новичков слегка удивлённым взглядом и мысленно вздохнула: первокурсники этого года должны быть послушными.
Впрочем, положенное было необходимо сказать. Придав лицу строгой профессорши ещё больше важности, Макгонагалл предупредила:
— Войдя внутрь, соблюдайте тишину и не шумите. Ну а теперь следуйте за мной, церемония распределения уже готова.
Уайт немедленно выпрямился, встав по стойке смирно, и заодно дернул за мантию Драко. Многолетнее воспитание подсказывало: оставив у учителей — точнее, у нынешних профессоров — хорошее впечатление, потом можно будет не бояться подозрений, если решишь кому-нибудь настучать по голове в темноте!
Драко понятия не имел, что творится в голове у Уайта, но инстинктивно последовал его примеру и тоже выровнялся. Два столь резких движения ожидаемо привлекли мимолётный взгляд профессора Макгонагалл, однако она лишь равнодушно скользнула по ним глазами, развернулась и повела всю процессуальную толпу внутрь Большого зала.
В отличие от шумной компашки Спасителя, группа Драко вела себя на редкость тихо. Они заходили один за другим, не озираясь по сторонам, демонстрируя образцовые манеры чистокровных аристократов. Именно поэтому Уайт со своей заминкой так сильно выделялся на общем фоне.
Впрочем, разве можно его винить? Он всего лишь поприветствовал Сиверуса, которого только что увидел, и... слегка взволновался.
— Уайт, не позорься ты так, ещё представится возможность поприветствовать крёстного! — Драко резко дёрнул Уайта за судорожно дёргающуюся руку, притягивая вниз, и прошептал предупреждение на ухо.
Ладно уж! Сконфуженно подчинившись силе Драко, Уайт опустил руку и послушно замер. Однако в тот же миг он почувствовал, что чей-то пристальный взгляд прикован прямо к нему, и тут же резко повернул голову в ту сторону.
Седобородый старик с бородой почти до пола, забавно прицепивший на неё розовый бантик?
От такого вкуса Уайта едва не передёрнуло. К тому же старик улыбался ему во все 32 зуба, излучая доброту словно какая-нибудь Дева Мария... нет, скорее святой отец, изливающий на него своё сияние. Но этот странный старик явно не знал, что после встречи с той самой фениксоподобной птицей, которая обожала играть в святошу ради манипуляций людьми, Уайт испытывал жгучее отвращение к подобной показной добродетели.
И этот чудаковатый дед исключением не стал.
Проницательность Уайта, судя по всему, порядком удивила старика: за столько лет это был лишь третий человек, способный заметить его взгляд. Первый — Том, выросший в приюте и потому обладающий звериным чутьём (нынче известный как Тот-Кого-Нельзя-Называть), а второй — нынешний профессор зельеварения Сиверус.
Если отбросить все прочие факторы и судить исключительно по способностям, оба они, без сомнения, были выдающимися талантами своего поколения.
Ну а теперь... этот мальчишка?
Старик припомнил недавний жест Уайта и пришёл к предварительному выводу, что тот чем-то отличается от первых двоих.
Может, стоит попробовать перетянуть его на свою сторону?
У каждого были свои планы, но распределение шло своим чередом. Профессор Макгонагалл держала в одной руке потрепанную, грязную ведьмовскую шляпу, а в другой — свиток со списком учеников, и громко объявила:
— Сейчас начнётся церемония распределения. Когда я назову ваше имя, вы подойдёте сюда, сядете на табурет, наденете Распределяющую Шляпу и будете ждать её решения.
Стоило профессору Макгонагалл произнести эти слова, как в группе Спасителя вновь поднялся шум. Даже не поворачивая головы было понятно, что они, скорее всего, продолжают отчитывать того рыжего Уизли.
— Ханна Аббот!
С началом переклички все новички вокруг затихли, на лицах читалось неподдельное напряжение.
Такая странная атмосфера мгновенно привлекла любопытный взгляд Уайта. Послушайте, разве не нужно просто надеть эту шляпу, после чего она назовёт факультет? Чего тут вообще нервничать?
— Боятся, что Шляпа распределит их на факультет, который им не по душе, — внезапно прошептал Драко прямо на ухо Уайту.
Я что, озвучил это вслух?! — мысленно изумился Уайт, глядя на Драко.
В ответ Драко лишь едва заметно кивнул — так слабо, что заметить можно было только в упор.
Ладно, была не была!
— А что значит не по душе? — прямо спросил Уайт.
— Ну, например, наш Слизерин или Пуффендуй.
Что за чёрт? Слизерин тоже называют факультетом не по душе? Уайт невольно удивился, но стоило его взгляду упасть на Сиверуса в преподавательской зоне, как он тут же умолкнул. Ну да, имея такого профессора, который обожает распекать всех фразами вроде «ваши мозги не превосходят тролля», ради собственного душевного спокойствия держаться от Слизерина подальше действительно казалось вполне разумным.
А что насчёт причин для Пуффендуя?
В любом случае, он сам туда не собирался, так что и копаться в этом не было никакого желания.
— Гарри Поттер!
Как только прозвучало имя Спасителя, даже старшекурсники замерли. Все до единого уставились на съёжившегося и неуверенно шагающего вперёд мальчика. Уайт даже заметил, что даже редко обращающий на кого-то внимание Сиверус тоже посмотрел туда, во взгляде зельевара читалось нечто крайне сложное.
Уайт уже собирался вникнуть в это поподробнее, как вдруг почувствовал, что его мантию кто-то дёрнул. Обернувшись, он встретился с недобрым взглядом Драко.
— Что, тоже хочешь подружиться со Спасителем?
— Чего?
— Разве нет? С чего бы тебе пялиться на этого Спасителя?
Уайт снова перевёл взгляд обратно: чуть склонив голову, он действительно увидел Спасителя, уже сидевшего на высоком табурете и завязавшего, судя по всему, интимную беседу со шляпой. Молча повернувшись к Драко, Уайт выдал:
— Помилуй, я просто смотрел на Сиверуса! С чего бы мне тратить время на какого-то Спасителя?
— Не на него? — машинально пробормотал Драко, а затем снова посмотрел наверх и действительно обнаружил за спиной Поттера чёрную мантию своего крёстного. Сразу сообразив, что он всё не так понял, Драко тут же сменил тему: — Говорю тебе, даже не думай сближаться с Поттером! Они с Уизли — оба предатели чистой крови.
— Понял-понял, иди давай, твоя очередь! — Уайт слегка подтолкнул Драко в спину. Разве он не видел, что профессор Макгонагалл на сцене уже начинает терять терпение?
Драко тут же одёрнул мантию и с гордым видом зашагал к возвышению. На его лице играла лёгкая улыбка, он безмолвно ждал, когда Распределяющая Шляпа выкрикнет Слизерин.
Никаких неожиданностей не произошло: едва Шляпа коснулась его светлых волос, как тут же громко завопила:
— Слизерин!
Довольно улыбнувшись, он напоследок бросил пристальный взгляд на стоявшего внизу Уайта, кивнул крёстному, который тоже смотрел на него, и только после этого направился к длинному столу Слизерина.
Это он так давал понять, что ждёт его в Слизерине? Почему это выглядело скорее как угроза?
Мысленно ворча, Уайт размышлял: разве их поступление в Слизерин не было решено заранее всеми вокруг? Чего это Драко так испугался, будто он мог улизнуть на другой факультет, и принялся его предупреждать? Неужели кто-то прознал про его прежние мысли насчёт Когтеврана?
Уайт испуганно прикрыл рот ладонью.
http://bllate.org/book/31907/3897658
Готово:
