Шэнь Чунхэ прикинул, какими сейчас были их отношения.
Охотник и добыча.
Он спросил нежным, мягким голосом:
— Большой братец, раз ты так хорошо ко мне относишься, хочешь ли ты что-то получить от меня?
Вэнь Сюань внезапно замер, потрогал вспыхнувшие уши и ответил:
— У меня действительно есть свои желания, но я не причиню тебе вреда, можешь не сомневаться.
— А что значит это лекарственное сырье?
— Я обману учителя и не стану делать из тебя лекарство.
Шэнь Чунхэ задумался: неужели он такой наивный? Не похоже, чтобы кто-то давал ему наставления.
Но ради своей пары пытаться обмануть тестя — Вэнь Сюань, ну ты и добряк.
Шэнь Чунхэ решил не останавливаться на достигнутом и забросил наживку:
— А как зовут брата? Сколько тебе лет? Есть ли у тебя пара?
— Ты... — Вэнь Сюань сглотнул, его длинные ресцы слегка дрожали. Он на мгновение остолбенел, и вся его недавняя уверенность и невозмутимость куда-то испарились.
Шэнь Чунхэ всё так же хлопал невинными глазами и спрашивал:
— Что такое, братец?
Вэнь Сюань: «...»
Он невольно замолчал. Неужели, превратившись в демона, он унаследует еще и присущую демонам распутную натуру?
Неужели Шэнь Чунхэ превратится в демона, который не сможет жить без мужской жизненной силы?
Шэнь Чунхэ с улыбкой смотрел на Вэнь Сюаня, совершенно не подозревая, до чего именно додумался этот человек в своих мыслях.
Он даже считал Вэнь Сюаня невероятно наивным.
И это еще цветочки — неужели он уже лишился дар речи?
Хм, и куда же подевалось всё то высокомерное упрямство, что было у них обоих в академии?
Шэнь Чунхэ мысленно торжествовал.
Глава 19: Если ненависть дольше любви, так возненавидь
Вэнь Сюань еще вчера сказал Досточтимому Цзинъяо, что сегодня вернется на Гору Подвешенного Меча вместе с Шэнь Чунхэ. Навстречу ветру, глядя на Шэнь Чунхэ, который стоял на мече и обнимал его за руку, он чувствовал беспричинное облегчение.
Словно какое-то заветное желание из прошлой жизни наконец исполнилось.
В прошлом, покинув Академию Хунху, Вэнь Сюань остался совсем один, скитался повсюду и стал свободным практикующим.
Союз Бессмертных не только взращивал одаренных практикующих через академии — независимые практики, не принадлежавшие ни к одной из академий, также могли через Павильон Линъюань, находившийся под управлением Союза Бессмертных, брать задания и получать за них награды.
...
Шэнь Чунхэ просто немного утомился после еды и задремал, а когда открыл глаза, то обнаружил, что снова попал в тот странный сон.
В этом сне он опять превратился в невидимого для всех «призрака». Он последовал за Вэнь Сюанем из Академии Хунху и наблюдал, как тот отправился в Павильон Линъюань взять задание на уничтожение демонических зверей, зараженных Ци Демонов.
Вэнь Сюань на мече помчался к месту обитания опасных демонических зверей — эту зону Союз Бессмертных временно обнес ограждениями как очаг повышенной опасности.
Поскольку у большинства зверей еще не пробудился разум, они не умели отличать Ци Демонов от Духовной Ци и бездумно впитывали окружающую Ци Демонов, постепенно уподобляясь ей и превращаясь в кровожадных чудищ.
Барьер Союза Бессмертных не мог продержаться долго, поэтому приходилось выставлять задания с щедрыми наградами, чтобы привлекать практикующих к зачистке.
— Бах-бах-бах!!!
С суровым и жестким выражением лица Вэнь Сюань с мечом наперевес ворвался в самую гущу демонических зверей. Волна чудищ, которую уже почти не удавалось сдерживать, мгновенно раскололась под пронзающим небо и землю светом меча.
Фигура Вэнь Сюаня, ворвавшаяся в звериную толпу, походила на еще не до конца отточенный, но уже сверкнувший остротой меч. Он слился с оружием воедино, и повсюду, куда ступала его нога, оставались лишь пронзенные тела и кровавое месиво.
Вспомнив злобные слова, которые Шэнь Чунхэ бросил ему в тот день, Вэнь Сюань чувствовал себя так, словно его сердце прижгли раскаленным докрасна железом — тупая боль лишала его возможности дышать.
Бушующая жажда убийства вырывалась наружу, и со стороны Шэнь Чунхэ какое-то время не мог понять, кто из них двоих больше похож на зараженного Ци Демонов — звери или сам Вэнь Сюань.
Он никогда прежде не видел Вэнь Сюаня таким разъяренным. От одного вида такого Вэнь Сюаня ему стало немного страшно, глаза защипало, а в груди тяжело защемило.
Шэнь Чунхэ смотрел на бушующую волну зверей, как вдруг услышал звуки, доносившиеся, казалось, из его собственных уст.
— Между нами ничего не может быть, к тебе у меня нет... таких чувств.
— Вэнь Сюань, не мог бы ты держаться от меня подальше?
— Ты мне не нравишься, я тебя презираю, от тебя меня тошнит. Этот ответ тебя устраивает?
...
Но! Вэнь Сюань мысленно кричал от отчаяния: неужели те слова, от которых замирало сердце, те вещи, о которых оба молчаливо знали, были лишь его собственными несбыточными мечтами?!!!
Одним ударом меча Вэнь Сюань снес нескольких подвернувшихся под руку демонических зверей. Его духовная сила расточалась так, будто ничего не стоила, и всю его одежду забрызгала звериная кровь — казалось, капли попали даже ему в глаза.
Потому что Шэнь Чунхэ увидел, как по щеке Вэнь Сюаня скатилась кровавая слеза, оставив за собой багровый след.
Вскоре безумная манера боя Вэнь Сюаня очистила вокруг него целую мертвую зону.
Звери со всех сторон были достаточно сообразительны, чтобы не сметь приближаться, а некоторые уставшие практикующие даже прибегали сюда перевести дух, прежде чем снова броситься в бой.
Вэнь Сюань словно шел на верную смерть. Израсходовав всю духовную силу, он швырнул меч на землю, и с громким стуком рухнул на колени.
Шэнь Чунхэ долго наблюдал за происходящим, и лишь почувствовав, что снова может двигаться, медленно подошел к Вэнь Сюаню.
Он знал, что Вэнь Сюань не видит его, но все же испуганно протянул руку и помахал ею перед самым его лицом.
В тот же миг Вэнь Сюань схватил Шэнь Чунхэ за запястье и притянул к себе в объятия, испуганно и радостно воскликнув:
— Ты пришел...
Шэнь Чунхэ испугался и попытался высвободиться, оттолкнув его подальше.
Увидев это, Вэнь Сюань залился горькими слезами и прижал Шэнь Чунхэ к груди, набросив на него прочные сети своих объятий, из которых тот уже не мог вырваться.
Шэнь Чунхэ почувствовал, как земля под ногами задрожала, и, подняв глаза, с ужасом обнаружил, что окружающие демонические звери, видя истощение духовных сил Вэнь Сюаня, больше ничего не боялись и изо всех сил рвались вперед, чтобы растоптать его!
— Вэнь Сюань, отпусти меня! Демонические звери приближаются!
— Шэнь Сюй... давай умрем вместе!
В конце концов, жить ему больше не хотелось...
Забыв о том, что это всего лишь сон, Шэнь Чунхэ в этот момент одновременно испытывал и жгучую жалость, и злость. Он громко закричал:
— Когда демоны придут, умрешь только ты один! В Академии Хунху мне было вовсе не тяжело и не тоскливо, к тому же я встречу кого-то лучше тебя и проведу с ним всю жизнь! А ты? Меня давно уже и след простыл в твоих воспоминаниях!!
Крепко обнимая его и слыша эти слова, Вэнь Сюань от обиды чуть не лишился рассудка. Сдерживая слезы и едва ли не плача, он выкрикнул:
— Ты не можешь... ты не можешь так со мной поступать!
Звери подобрались совсем близко. Фигура Шэнь Чунхэ начала постепенно растворяться, исчезая в ничто, но на прощание он бросил жестокие слова:
— Ненавидишь меня? Так живи с этой ненавистью! Если однажды ты сумеешь сделать так, чтобы я тоже возненавидел тебя, тогда в моем сердце точно не останется места ни для кого другого...
— К черту это взаимное притяжение!!
Шэнь Чунхэ не хотел видеть этот кошмар и закрыл глаза, не желая смотреть, как Вэнь Сюаня разорвут в клочья.
Прождав целую вечность и не услышав предсмертных криков Вэнь Сюаня, он открыл глаза и к своему удивлению обнаружил, что вокруг Вэнь Сюаня столпился целый круг людей.
Словно только что пронесшаяся сцена со звериным нападением была сплошным обманом.
Те самые люди, которых Вэнь Сюань «спас» — впрочем, не то чтобы спас, скорее те, кто просто перевел дух в его «владениях».
Один из них, с окровавленным тесаком в руке, прикрывал Вэнь Сюаня спереди от нападения нескольких зверей, а другой защищал его с тыла...
Звери перли со всех сторон, но люди со всех сторон плотным кольцом защищали Вэнь Сюаня.
— Держись, парень! Какая бы беда ни постигла тебя, нельзя же вот так умирать в лапах демонов! Устал — давай не падай здесь, пойдем в город передохнем, чаю попьем! — позади Вэнь Сюаня тот человек отрубил ногу очередному чудищу.
— Верно, братец! Подумай о тех, кого любишь, и о тех, кто любит тебя! Наверняка они не хотят, чтобы ты так не ценил собственную жизнь! — этот человек владел боевыми искусствами посредственно, но зато обладал выдающимися навыками целителя, а его язык и ноги работали на славу.
Он годами промышлял за городской стеной перевязкой ран и сбором трупов — обычные практикующие не могли позволить себе пилюли или духовную жидкость, поэтому им оставалось лишь полагаться на простую помощь лекарей или долгое питье отваров.
Видя, что с монстрами не справиться, он тут же перепоручил их убийство другим, проскользнул внутрь «кольца окружения» и попытался поднять Вэнь Сюаня на ноги, чтобы увести его в город.
Кто бы мог подумать, что стоило ему лишь подхватить Вэнь Сюаня, как тот с мертвенно-пустым сердцем, но в то же время словно увидев луч надежды, хрипло спросил:
— А если у меня нет тех, кто любит меня... что тогда делать в таком случае?
Лекарь остолбенел, никак не ожидая, что человек с такими выдающимися боевыми навыками и уровнем культивации ведет столь горестную жизнь.
Подбирая слова, он с напускной жестокостью произнес:
— Тогда думай о тех, кого ненавидишь! Братец, раз ты дошел до такого состояния, это явно не на пустом месте — у тебя ведь наверняка есть те, кого ты ненавидишь? Обрати ненависть к нему в свою движущую силу!
Едва он договорил, как внимание Вэнь Сюаня словно переключилось. Опираясь на руку лекаря, он вместе со всеми прорвался сквозь кольцо окружения.
И правда... Вэнь Сюань, подумай о тех, кого ненавидишь! Раз уж Шэнь Чунхэ в твоем сне так плохо с тобой обходился, почему бы тебе не возненавидеть его посильнее?
Ненависть живет дольше любви — так держись же за свою обиду и живи подольше...
Глава 20: Неужели тут еще и ролевые игры наставника с учеником
Когда Шэнь Чунхэ снова пришел в себя, наступил вечер. Оглядев незнакомую обстановку, он чувствовал легкое помутнение в голове.
События из сна все еще стояли у него перед глазами, и он никак не мог провести грань между вымыслом и реальностью.
Почему ему вечно снятся такие странные сны? Шэнь Чунхэ обхватил голову руками, полагая, что если ему приснится еще пара подобных снов, он вполне сможет записать сюжет и выпустить веб-роман.
А потом, немного отполировав текст и выстроив рамки мироустройства, он и сам легко смог бы написать Спасение простого народа.
...
Вэнь Сюань привел его в свои покои и, убедившись, что гость все еще сладко спит, уложил его на татами, а сам отправился навестить Досточтимого Цзинъяо.
У каждого ученика внутреннего круга имелась собственная вершина — не был исключением и Вэнь Сюань. Шэнь Чунхэ сбросил одеяло, спустился с кровати и босиком встал на пол, не ощущая холода. Опустив взгляд, он с удивлением обнаружил, что на полу расстелен пушистый ковер.
Шэнь Чунхэ был крайне поражен. Неужели вот почему Вэнь Сюань всё это время не давал ему обувь — оказывается, он заранее всё продумал и спланировал, как его разместить.
Босой Шэнь Чунхэ сделал круг по двору, устланному ковром, разглядывая всё с огромным любопытством, точно турист в бесплатном парке развлечений, куда пускают без билета глазеть на всё подряд.
Прежде Шэнь Чунхэ видел лишь жилище главы Академии Хунху Ин Чэньцзэ. Раньше он думал, что резиденция главы академии и так достаточно величественна, но он никак не ожидал, что покои главного ученика секты Горы Подвешенного Меча окажутся еще внушительнее.
Пол был застелен шкурами, содранными с демонических зверей — причем самыми мягкими их частями, а балки поддерживали нефритовые колонны, на которых были высечены защитные формации, способные автоматически регулировать температуру в зависимости от времени года.
http://bllate.org/book/31850/3889215
Готово:
