Ху Шуанхань, закутавшись в пелену ветра иморози, вернулась в свою комнату. Не зажигая огня, она с каким-то странным, непонятным выражением уставилась на собственную ладони.
Даже спустя месяц она всё ещё живо помнила боль от того, как в прошлой жизни с неё заживо сдирали кожу и ломали сухожилия перед самой смертью.
Когда сознание вновь прояснилось и перед глазами предстала привычная Гора Безэмоциональности, она сперва подумала, что попала в загробный мир, и что этот ад выглядит точь-в-точь как Гора Безэмоциональности.
Лишь когда знакомые лица, знакомые слова и знакомый повседневный уклад жизни один за другим заскользили перед её взором, она наконец осознала: она переродилась.
Переродилась в то время, когда еще ничего не произошло.
Для неё это — дар или наказание? Она не понимала.
Если насильственная смерть была её предначертанной судьбой, то в новом круге всё просто повторится сызнова.
Ведь всё вокруг ничем не отличалось от прошлой жизни.
Она даже пыталась кое-что изменить — например, заявила о желании покинуть Секту Сюаньцзи и стать свободным практиком.
Но глава секты ей отказал.
Она попыталась тайком сбежать из Врат Бессердечия.
Но старейшина вернула её обратно.
Стоило ей решить отклониться от расписания прошлой жизни и пропустить утреннее занятие — не прошло бы и пары мгновений, как её обнаружил бы Учитель.
Казалось, будто некая незримая сила вверху неумолимо толкала её по тому же самому пути, что и прежде.
Назначенное на следующий месяц Великое состязание сект станет поворотным моментом в её жизни.
Именно на том состязании она раскрыла свою истинную сущность и с тех пор рухнула в бездну, откуда нет возврата, где каждый почитал за долг предать её казни.
Она подумывала просто отказаться от участия и даже заводила об этом разговор с Учителем. Но та не согласилась.
— Среди нового поколения Врат Бессердечия и всей Секты Сюаньцзи ты — первая среди равных. Если ты не примешь участия в Великом состязании сект, Врата Бессердечия больше не смогут занимать никакого положения в Секте Сюаньцзи.
Эти слова Даоса Сюэцин заставили её вспомнить похожее напутствие из прошлой жизни: «Шуанхань, на этот раз мы отправляем на Великое состязание сект именно тебя. Врата Бессердечия слишком долго оставались в тени в Секте Сюаньцзи, и грядущее состязание — прекрасная возможность возродить Путь Безжалостности».
Возлагавшиеся в прошлом надежды и тяжкий груз, давящий на плечи в настоящем.
У неё не было выбора. С самого начала и до самого конца.
Пока однажды...
На Небесной лестнице прямо перед ней не упал свёрток.
Согласно заповедям Пути Безжалостности, она не должна была подбирать этот свёрок.
У каждого деяния в мире есть свои причины и следствия, а вмешательство влечет за собой кармический возврат.
Вступая на Путь Безжалостности, прежде всего необходимо отсечь все ненужные кармические связи.
И всё же она подняла его. Какое-то не поддающееся определению чувство заставило её совершить то самое «лишнее» действие.
К счастью, она получила то...
Чего прежде никогда не получала в ответ.
На следующий день, утреннее занятие.
Мяо Руянь впервые сидела на возвышении для преподавателей, глядя на учеников с учительского места.
Отсюда действительно всё было как на ладони, и каждое движение любого человека просматривалось насквозь.
Но пробыв в таком положении пару минут, Мяо Руянь потеряла всякий интерес.
Причина была проста — находившиеся внизу младшие сестры проявляли поистине невероятное усердие к учебе.
Те, кто заучивал тексты, так яростно листали книги, что стоял треск; занимавшиеся с мечами излучали сияние клинков во все стороны; упражнявшиеся в заклинаниях поднимали бури со всех направлений — а некоторые даже сражались друг с другом!
Увернувшись с помощью легкого наклона головы от пролетевшего мимо блуждающего проклятия превращения, она воочию увидела, как стоявшая позади деревянная доска обратилась в изнеженную деревянную свинью с поразительной проработкой деталей. Мяо Руянь больше не могла сдерживаться.
— Стоять!
Толпа девушек, подобных порыву ветра, застыла по команде: стоящие вытянулись подобно соснам, сидящие замерли словно скалы.
И... и они действительно настолько послушны?
Мяо Руянь легонько кашлянула: — Ну... воинская доблесть и полнота сил — это хорошо.
В глазах учениц вспыхнул огонек.
— Но между соратниками по секте, памятуя об узах товарищества, всё же лучше ограничиваться лишь легким касанием и не доводить дело до крайностей.
Блеск в глазах младших сестер тут же потускнел.
— Кто только что применил то заклинание превращения в свинью? — Мяо Руянь перешла к сути.
Младшие сестры дружно попятились назад, и в поле зрения осталась лишь вторая младшая сестра Чэнь Инь, которая низко опустила голову и хранила молчание.
Мяо Руянь почувствовала, как у неё заболела голова. В оригинальной книге среди всех учениц Врат Бессердечия именно эта вторая младшая сестра отличалась наибольшей воинственностью и неисчерпаемым запасом энергии.
— Вторая младшая сестра, заклинание превращения освоено неплохо. Погляди на эту деревянную свинью: исполнение детальное, прописан каждый волосок!
Чэнь Инь резко подняла голову.
— Но владеешь ли ты заклинанием восстановления?
Чэнь Инь молча покачала головой.
— И что же тебе делать, если кто-то из соратников случайно попадет под твое заклятие? Оставить всё как есть и позволить ей вечно оставаться свиньей?
Мяо Руянь высоко подняла деревянную резную свинью, её лицо выражало преувеличенный ужас — больше всего в нем было страха перед тем, что она сама чуть не превратилась в свинью.
Ибо она ведь тоже не владела заклинанием восстановления!
Обитательницы Пути Безжалостности никогда прежде не сталкивались с подобными зигзагообразными методами наставничества. Им хотелось рассмеяться, но они не смели, опасаясь нарушить обеты Пути Безжалостности.
Чэнь Инь же воображала себе эту картину, неведомо почему сглотнула слюну и, стремясь скрыть смущение, поспешно уткнулась носом в грудь.
Выдав длинную тираду с треском и грохотом, Мяо Руянь почувствовала сухость в горле, схватила стоявшую на кафедре чашку с чаем и сделала жадный глоток, после чего сплюнула пару чайных листьев со звуком тфу-тфу.
Горький чай опустился внутрь, и рассудок вернулся к ней. Стоило ей вспомнить, что только что она отчитывала этих одаренных невероятной боевой мощью практиков точь-в-точь как строгая учительница младших классов, как её тут же обдало холодным потом.
Она поспешно сменила тему: — Вчера Старшая сестра уже составила план тренировок. Судя по времени, утреннее занятие почти подошло к концу. Все следуйте за мной, отправляемся на...
3-й урок.
Ведя за собой толпу младших сестер к задним горам, Мяо Руянь мысленно анализировала свое недавнее поведение, источавшее атмосферу занудной наставницы, и единственным объяснением находила влияние Огненной Ци.
Ей казалось, что пагубное воздействие Огненной Ци на её эмоциональное состояние уже угрожало её безопасности и жизни.
Необходимо было срочно найти способ подавить Огненную Ци.
— Старшая сестра, зачем ты привела нас к водопаду? — Чэнь Инь с любопытством вытянула шею, но на середине вопроса вспомнила правила поведения на Пути Безжалостности, торопливо втянула голову обратно и выровняла тон.
Она походила на слегка барахлящего маленького робота.
Мяо Руянь тихонько хихикала про себя, внешне сохраняя невозмутимость, а голос её звучал совершенно отрешенно: — Привела вас закалять дух и характер.
Целый ряд учениц Врат Бессердечия уселся по-турецки на каменных выступах под водопадом, расположившись на разной высоте в живописном беспорядке.
Непрекращающийся поток воды со свистом обрушивался им на макушки, физически создавая эффект кристальной чистоты духовного разума.
Мяо Руянь стояла напротив младших сестер и чувствовала, что выбранное ею место находилось в зоне наивысшего давления во всем этом водопаде. Ей хотелось плакать без слез: обычно в прочитанных ею романах в жанре уся главные герои всегда тренировались именно так. Почему же в её случае никаких озарений не происходило, а ощущалось лишь то, как холодная ледяная вода бестолково хлещет её по лицу?
Нет, так не пойдет, она вот-вот захлебнется!
Воспользовавшись тем, что младшие сестры сидели с закрытыми глазами и предавались медитации, а на неё никто не обращал внимания, она украдкой выбралась из-под струй водопада и принялась мерить шагами берег туда-сюда, делая вид, будто проверяет, не увиливает ли кто от работы.
Спустя мгновение её взгляд сам собой приковался к Ху Шуанхань.
Некоторые из младших сестер, чья база культивации была чуть слабее, уже с трудом переносили мощь водопада — кто-то украдком опускал голову, а кто-то слегка ссутулился.
Лишь Ху Шуанхань от начала и до конца держала спину абсолютно прямой, встречая ледяной поток самой макушкой.
У Мяо Руянь внезапно созрел план: незаметно для окружающих впитать Ледяную Ци Ху Шуанхань.
Укрытая грохотом водопада, словно раскатами грома, она бесшумно подкралась к спине Ху Шуанхань и с молниеносной быстротой опустила руку ей на плечо.
— Все посмотрите сюда! Всё то время, что мы провели под водопадом, я непрерывно наблюдала: осанка младшей сестры оставалась безупречно правильной с первой до последней минуты!
— Широкие плечи! — Мяо Руянь надавила вниз, но Ху Шуанхань даже не шелохнулась.
— Прямая спина! — её ладонь скользнула вдоль позвоночника от самой шеи вниз, ощущая ровный ряд позвонков.
Ху Шуанхань сохраняла каменное выражение лица, позволяя Мяо Руянь беспрепятственно хозяйничать на своей спине. Подобное молчаливое попустительство придало Мяо Руянь смелости. Она переключила свое внимание на...
— Ровно держит голову! — хи-хи, она уже давно мечтала погладить волосы младшей сестры, те казались такими гладкими, должно быть, и на ощупь невероятно приятные!
Прежде чем её рука успела коснуться макушки Ху Шуанхань, движение было перехвачено на полпути. Ху Шуанхань крепко перехватила её запястье.
Изначально Ху Шуанхань намеревалась лишь остановить действия Мяо Руянь, однако в тот самый момент, когда она сомкнула пальцы, она ощутила, как тончайший ручеек тепла устремился по её меридианам прямо вглубь тела.
Подобное количество тепла в обычные дни заметить было бы трудно, но под воздействием ледяного потока водопада оно увеличилось в бесчисленное множество раз.
Ху Шуанхань культивировала преимущественно Ледяную Ци, но в конце концов она оставалась из плоти и крови, и жажда тепла была заложена в самой её костной мозгу.
Она не стала отпускать руку сразу, а лишь медленно сжала пальцы, слегка поглаживая большим пальцем кожу, словно отыскивая источник тепла.
Мяо Руянь почувствовала себя несколько неловко. Мало того, что её тайные манипуляции раскрыл сам объект вожделения, так еще и чистые, сияющие любопытством взгляды окружавших её младших сестер создавали у неё ощущение, будто она развращает малолетних.
Стараясь не подать виду, она высвободила руку и произнесла с абсолютно невозмутимым видом: — Перенимайте осанку младшей сестры и держитесь еще полпалочки благовоний!
— Есть!
Мяо Руянь являлась Старшей сестрой Врат Бессердечия Секты Сюаньцзи. В последнее время на её долю выпало немало хлопотных забот.
Плохая новость первая: обладая бушующей Огненной Ци, ей приходилось постоянно прижиматься к младшей сестре, чтобы хоть как-то влачить жалкое существование.
Плохая новость вторая: Учитель отсутствовала, а на ней, как на Старшей сестре, лежал колоссальный груз ответственности.
Сама Мяо — бывшая землянка, а ныне полунеуспевающий практик — Руянь признавалась, что ей всё это было решительно не по силам.
Впрочем, радовало то, что сегодня утром Учитель наконец вышла из затворения и даже похвалила её за то, как хорошо она справлялась с обязанностями наставницы для младших сестер в последние дни.
Почему-то она чувствовала себя жалкой старшей сестрой из числа оставленных без присмотра детей, которой приходится в одиночку тащить на себе заботу о младших.
К слову, раз уж зашла речь о жалости — всё обстояло действительно плачевно.
Ибо её ожидала уже 3-я плохая новость.
Застыв перед доской заданий Секты Сюаньцзи, она погрузилась в глубокие раздумья.
Как она могла упустить из виду эту деталь! Все адепты Секты Сюаньцзи помимо выполнения ежемесячных поручений своего собственного пика были обязаны каждый квартал выполнять хотя бы одно совместное задание всей секты.
Подобные задачи, вроде недавних поисков огненного кристалла, относились к внутренним делам Врат Бессердечия.
Совместные же задания требовали объединения людей из разных ответвлений Секты Сюаньцзи для формирования единой команды и совместного преодоления трудностей.
Подобные поручения обычно отличались большой продолжительностью и высокой сложностью; даже обладай кто-то божественным талантом, в одиночку с ними справиться было крайне трудно, а потому приходилось собирать полноценную рейдовую группу.
Разве не напоминало это рейдовое подземелье из компьютерной игры или, того хуже, те самые групповые проекты, которые современные студенты ненавидели больше всего на свете?
Мяо Руянь сверлила взглядом верхнюю строчку на доске заданий, где значилось «Мяо Руянь из Врат Бессердечия», так яростно, что её глаза чуть не искрились. Но это не помогало — имя по-прежнему было мертвой хваткой высечено на доске.
Упав духом, она перевела взгляд на описание конкретных условий задания.
В Трактате о диковинках прошлого и настоящего сказано: В северных водах обитает рыба, зовется она Кунь. Велика рыба Кунь, и не знает никто, сколько тысяч ли она в длину; обращается она птицей, и имя той птицы — Пэн. Спина у Пэна величиной в невесть сколько тысяч ли; взмывает он в яростном порыве, и распростертые крылья его подобны тучам, что застилают небесный свод.
http://bllate.org/book/31838/3887957
Готово:
