Цзян Ссы встретился взглядом с радостно улыбающимся маленьким пухлым цыпленком и молча отвернулся на Лу Цзяю, который неизвестно когда перевел взгляд в сторону.
Цзян Ссы отложил помидор, взял из рук Лу Цзяю чашку и принялся ковырять её, храня молчание — на его руке уже красовалось семь наклеек.
Ради того, чтобы уговорить его поесть, Лу Цзяю подошел к делу со всей серьезностью.
Но он действительно не мог есть человеческую пищу.
Чтобы у Лу Цзяю не осталось психологической травмы, Цзян Ссы сделал вид, что капризничает, и произнес: — Мне эта чашка не нравится.
Услышав это, Лу Цзяю успокоился: дело и правда в чашке? Ничего страшного, у него в запасе есть козырь.
Он достал стильные детские палочки для еды, на которых красовались настоящие изображения Трансформеров и Ултрамена Тиги.
Помидор, который ел Цзян Ссы, сразу потерял всякий вкус. Кто вообще станет зудеть и мешать человеку нормально поесть во время обеда?
— Мне ничего не нравится.
Цзян Ссы спрыгнул с дивана и, стараясь держаться от Лу Цзяю подальше, зашагал по комнате.
Лу Цзяю глубоко вздохнул, сдерживая раздражение. Он решил, что такое поведение ребенка — это уже второй важный пункт.
Лу Цзяю попытался переключить его внимание: — Малыш, как тебя зовут?
И правда, пора было спросить, как его зовут, а то всё звать его малыш да малыш — как-то чужодо.
Они ведь жили под одной крышей и спали на одной кровати.
Цзян Ссы надкусил помидор, и его крошечные зубки, утонувшие в мякоти, слегка заскрипели: — Меня зовут… Цзян Ссы.
— Цзян Ссы? — Лу Цзяю кивнул. — Цзян Ссы как резанный имбирь?
Цзян Ссы кивнул: — Ага.
Он одновременно отбивался от Лу Цзяю и маневрировал по комнате, но, заметив, что Лу Цзяю упорно преследует его, немного утомился.
— Хватит ходить за мной, я не хочу есть!
Наконец разговор зашел о главном. Лу Цзяю остановился, нахмурился и сказал: — Ты же умрешь с голоду, если не будешь есть, понимаешь?
— Не умру! — Цзян Ссы потряс зажатым в руке помидором.
Лу Цзяю потерял дар речи, да к тому же был до предела рассержен. Он сам себя-то так никогда не уговаривал, а тут возится с каким-то ребенком с неизвестным прошлым.
— Не хочешь — как хочешь.
Лу Цзяю бросил маленькую чашку и детские палочки в сторону и принялся есть сам.
По Лу Цзяю было очень легко понять его эмоции. Поняв, что тот сердится, Цзян Ссы почувствовал себя растерянно и в то же время беспомощно.
Он не мог давать Лу Цзяю никаких обещаний насчет человеческой еды, иначе мучиться пришлось бы ему самому.
Оба они, по сути еще дети, застряли в ситуации взаимного бойкота.
Вечером, умывшись и ложась спать, Лу Цзяю так и заснул на диване от злости.
Цзян Ссы:……
На следующее утро едва рассвело, как Цзян Ссы открыл глаза. Тёмные круги под ними стали еще заметнее. Не вставая с постели, он прислушался к звукам снаружи: Лу Цзяю ушел из дома, отправился на учебу.
В квартире воцарилась тишина.
В древней гробнице по крайней мере то и дело раздавались шорохи от ползающей девичьего винограда, мышек и прочей мелкой живности.
Он встал и для начала сделал в комнате утреннюю зарядку.
Эту зарядку его наставник заставлял его выполнять, чтобы суставы не теряли гибкости.
Вчера он чувствовал себя неважно, поэтому после ухода Лу Цзяю в школу даже не вышел прогуляться.
Сегодня наконец представилась возможность.
Выйдя за дверь и миновав лестничную площадку, Цзян Ссы окинул взглядом одинаковые здания, затем посмотрел на дорогу впереди и, не колеблясь, шагнул вперед.
Он шел и шел, любуясь пейзажами, наблюдая за возней кошек и собак и даже встретив нескольких детей.
Было шумно, вокруг кипела живая, бурлящая жизнь, отовсюду велело энергией.
Пройдя еще немного вперед, он внезапно остановился. Справа по ходу движения стоял невысокий многоэтажный дом, самый нижний этаж которого занимал гараж.
И в окне этого гаража, переоборудованного под жилье, он заметил ребенка.
Ребенок был исхудавшим до предела, волосы — тусклыми и желтыми от нехватки питания, а в глазах не было ни капли света. Тощие руки вцепились в прутья решетки безопасности, а запавшие глаза пристально смотрели наружу. Весь его облик был окутан мраком и лишен всяких признаков жизни.
Цзян Ссы нахмурился, с сомнением на лице сделав пару шагов вперед.
Шорох шагов встревожил мальчика. Его остекленевший взгляд зашевелился, в глазах забрезжил свет. Прижавшись лицом к прутьям решетки — отчего он казался еще тоньше, — ребенок неожиданно оживленно крикнул: — Брат!
Шаг Цзян Ссы споткнулся: — ?
Неужели теперь даже дети будут называть его младшим братом?
Он подошел, присел на корточки перед мальчиком и с наивной улыбкой спросил: — Братец, а что ты тут делаешь?
Мальчик немного смутился. Сидевший напротив младший братишка выглядел очень здоровым, с невероятно белой, пухленькой кожей, разве что тени под глазами темноваты, но зато какой он красивый!
По сравнению с ним самим он был худым и уродливым. Поддавшись, возможно, чувству неполноценности, мальчик ссутулился и немного отпрянул назад.
— Я… я жду… жду, когда папа и мама… вер… вернутся домой. — Он к тому же слегка заикался.
— А куда же ушли твои папа и мама? — спросил Цзян Ссы, продолжая болтать с мальчиком, чтобы отвлечь его, и одновременно оглядывая комнату за его спиной.
Его догадка оказалась неверной: гараж не был переоборудован под жилье. Внутри громоздились всякие разности — очевидно, это был просто склад.
Неудивительно, что этот мальчик такой худой: здесь не было ни крошки еды, а родители у него такие безалаберные.
— Па… папа и мама… ушли работать, они вернутся… нескоро… я… я живу… у дяди…
Цзян Ссы всё понял. Раз он живет у дяди, то о нем, конечно, заботятся не так, как родители.
— А почему ты здесь? Где твой дядя? — Цзян Ссы огляделся по сторонам, желая выпустить мальчика наружу.
Если просидеть здесь столько времени, недолго и оголодать, да и в четырех стенах можно сойти с ума.
— Дядя… боится, что я стану бегать… велел сидеть… здесь… он… ушел… собирать… утиль… ве… вечером придет… заберет меня… домой…
— А ты сегодня обедал? — глаза Цзян Ссы наполнились беспокойством, и он опустил голову, шаря по карманам. Выходя из дома, он прихватил с собой помидор.
Отыскав томат, Цзян Ссы протянул его мальчику. Тот не взял, покачал головой и улыбнулся: — Я… я не голоден… дядя… оставил мне еду… я все… всё съел…
Но ты же такой худой.
http://bllate.org/book/31826/3886454
Готово:
