Цзян Ссы увидел, что тот не двигается, и снова придвинул золото, нефрит и пачки купюр ближе к его груди.
— Я же только что тебя спас! — Цзян Ссы нахмурился, посчитав этого контрактора крайне бессердечным.
Лу Цзяю на мгновение замер, узнав детский голос. Вспомнив прозвучавшее тогда осторожно, он смягчился лицом, присел на корточки и тяжело вздохнул.
— Ладно, тогда пошли со мной.
Он вернул золото, нефрит и деньги обратно в маленький узелок Цзян Ссы.
Цзян Ссы робко поинтересовался сбоку:
— Как думаешь, этого хватит, чтобы нанять меня на целый год?
Рука Лу Цзяю дрогнула, и он усмехнулся:
— Думаю, хватит. Прямиком на пожизненное.
Решив, что тот согласился, Цзян Ссы принялся радостно пританцовывать на месте.
Лу Цзяю молча взял Цзян Ссы за руку, прошел через переулки, миновал главную улицу и привел его в полицейский участок.
Глядя на знакомый фасад, Цзян Ссы озадаченно склонил голову набок:
— А почему мне кажется, что я здесь уже бывал?
Услышав это, Лу Цзяю дернул бровой. Ого, у этого ребенка уже есть криминальное прошлое, тогда всё станет намного проще.
Он слегка подтолкнул Цзян Ссы вперед и с уважением обратился к подошедшему полицейскому:
— Дяденька, этот ребенок украл дома деньги и при этом требует человеческой крови. Подозрения падают на то, что он психически больной.
Двадцатишестилетний Ли Мин, услышав обращение дяденька, испытал мощный удар под дых. Но они были обучены своему делу, и хотя на душе у него бушевала буря, на лице оставалось безупречное выражение.
Он опустил взгляд на не по годам смышленого, низкорослого малыша с темными кругами под глазами. Э? Да это же тот самый маленький герой, который только что помог им поймать торговца людьми!
Он снова поднял глаза на заявителя. О, знакомое лицо: завсегдатай участка, вечно ввязывающийся в драки и получающий нагоняи — это определенно Лу Цзяю.
— Что стряслось?
Ли Мин мысленно зачеркнул слово малыш, заменил его на маленький герой и принялся вовсю любезно принимать гостя: стал подливать чай, подавать воду, совать в руки леденцы и угощать йогуртом.
На его фоне Лу Цзяю выглядел крайне унылым и обделенным.
Лу Цзяю поперхнулся воздухом и был вынужден повторить:
— Этот ребенок украл деньги и говорит, что хочет пить человеческую кровь. Я подозреваю, что у него психическое расстройство.
— А, да-да-да, психическое, значит? Ладно, понял, погоди минуту.
Закончив отделываться от Лу Цзяю дежурными фразами, Ли Мин присел на корточки и с предельно серьезным выражением лица ласково обратился к сидевшему на стуле Цзян Ссы.
Вспоминая его героический поступок по разгрому притона торговцев людьми, он безоговорочно относился к нему как к совершеннолетнему.
— Маленький герой, ты что, опять поймал торговца людьми? — В его голосе отчетливо слышалась глубокая ненависть к преступникам.
Под торговцем людьми подразумевался Лу Цзяю.
Цзян Ссы прижал к груди карманы, набитые мелкими снеками, понимая, что полицейский всё не так понял, но в то же время не мог сказать, что Лу Цзяю говорил правду.
Его брови сошлись на переносице, придав лицу очень наивное и детское выражение, а сам он пролепетал детским голоском:
— Нет, полицейский дяденька, он мой старший брат. Это у него психическое заболевание.
— Твой старший брат?
Ли Мин работал здесь уже несколько лет, и ровно столько же времени Лу Цзяю колотил всех подряд и устраивал беспорядки, из-за чего регулярно попадал в участок. Но он никогда в жизни не слышал, чтобы у того был младший брат.
— Да, я как раз пришел искать старшего брата.
Ли Мин повернулся к Лу Цзяю. Тот стоял со свирепым выражением лица, с ушибленной скулой и следами от ботинок на одежде — сразу видно, что только что с кем-то дрался.
Затем он снова посмотрел на маленького героя: мягкий, розовощекий, кругленький комочек — между ним и Лу Цзяю не было абсолютно ничего общего.
Но раз таковы показания свидетеля, спорить он не мог.
Он поднялся и направился к Лу Цзяю:
— Ты ему старший брат?
Лу Цзяю перевел взгляд на ребенка:
— Ты так сказал полицейскому дяде?
Цзян Ссы отвел глаза и отказался отвечать.
Лу Цзяю подавился словами и повернулся к Ли Мину:
— Нет, я его не знаю.
Ли Мин оглянулся на маленького героя. Тот постучал пальчиком по собственной макушке и приоткрыл рот, беззвучно напоминая о психической болезни.
Ли Мин снова перевел взгляд на Лу Цзяю и, заметив, как тот сверлит взглядом маленького героя, чуть сам не сошел с ума от этой парочки.
Впрочем, Лу Цзяю то и дело участвовал в драках, и если ему повредили голову, он вполне мог и не узнать собственного брата.
Как бы то ни было, в этом вопросе он, похоже, был не в силах принять решение сам, поэтому попросил обоих подождать и вызвал начальника отделения.
Тем временем Лу Цзяю сидел в сторонке, мысленно давая себе клятву вернуть должок за сегодняшнюю драку, и одновременно размышляя, с какой целью этот ребенок к нему привязался.
Цзян Ссы же держался невозмутимо, поочередно поглядывая то направо, то налево.
В этот момент в помещение неожиданно вошли мужчина и женщина. Мужчина громко обвинял женщину в мошенничестве, а та заливалась слезами и звала его хорошим братцем, подняв невообразимый шум.
Начальник еще не пришел, а Цзян Ссы уже во все глаза уставился на эту парочку.
Непонятно, что там произошло, но в конце концов женщина принялась называть мужчину братцем, братиком, брат-брат-брат-брат, и мужчина забрал заявление.
Как это называлось? Кажется, ластиться?
Цзян Ссы почувствовал, что вроде бы начал всё понимать.
По знаку Ли Мина появился начальник.
Тот изложил всю предысторию от начала до конца, ожидая вынесения решения начальника.
Видя начальника, Цзян Ссы слегка оробел: праведная аура полицейского участка отлично подавляла злых духов вроде него, сущности, лишённой жизни.
Он поднялся со стула и короткими шажками отступил за спину Лу Цзяю.
Лу Цзяю покосился на него и оттолкнул в сторону.
Цзян Ссы исподлобья уставился на него с вызовом.
Лу Цзяю опустил голову и принялся переглядываться с ним нос к носу.
Начальник приближался, и Цзян Ссы не смел баловаться, поэтому снова прижался к Лу Цзяю.
Лу Цзяю, доведенный до крайнего бешенства, схватил его за воротник сзади и процедил:
— Встань смирно!
Цзян Ссы надул губы и послушно замер.
Начальник остановился, сочувственно взглянув на Цзян Ссы, мысленно вздохнув о том, как тому нелегко пришлось, а затем бросил на Лу Цзяю ледяной взгляд.
— Это твой младший брат?
Лу Цзяю взбесился:
— Не брат он мне!
— Братик, братик, неужели ты меня бросишь?
Не успел начальник перевести взгляд, как Цзян Ссы уже изобразил жалкий вид, на глаза его навернулись слезы, а ручонки намертво вцепились в полу одежды Лу Цзяю. Каждое его обращение братик звучало так надрывно, что у любого сердце бы разбилось.
— Я... он мне не брат, с чего бы мне его бросать? — Стоило Цзян Ссы заплакать, как Лу Цзяю тут же растерялся. Ему еще не доводилось сталкиваться с подобным, и он поспешил отлепить от себя маленькие ручки ребенка.
Эти крошечные кулачки в его ладони казались совсем крошечными, даже суставы пальцев не прощупывались.
Лу Цзяю замер и упустил момент, когда мог себя оправдать.
http://bllate.org/book/31826/3886450
Готово:
