Миди здоровьем не блещет, и домашние просят от него лишь одного — жить и радоваться жизни.
Миди упрямо потребовал, чтобы Му Юйлин проводил его до дома, мол, одному страшно, и Му Юйлин пришлось составить ему компанию. Увидев роскошную квартиру, где жил обладатель фиолетовой броши, он невольно испытал легкую зависть. Заметив этот взгляд, Миди проявил «царственное милосердие» (излишнее гостеприимство) и пригласил Му Юйлина подняться выпить чаю, но Му Юйлин отказался, сославшись на то, что скоро начнется вечерняя проверка комнат.
Миди развернулся и закатил глаза, чувствуя крайнюю степень немого раздражения: в Шэнсыгуане вообще не было никаких проверок.
Опустилась ночь, укутав мир в безмятежную темноту.
В конце концов, Му Юйлин оказался здесь впервые, дорогих мест не знал, и в итоге, следуя подсказкам 099, наконец отыскал общежитие студентов по спецнабору.
Стоило Му Юйлину переступить порог комнаты и еще не успеть снять верхнюю одежду, как пришло сообщение от Миди:
— Скинь фотку геля для душа.
Тут же в ванной он схватил бутылочку геля, сфотографировал и отправил.
Ответа долго не было, должно быть, Миди побежал искать точно такую же вещь на маркетплейсах. Му Юйлин отложил телефон, установил мольберт и собрался закончить заданный преподавателем набросок.
Не успел он сделать и первого штриха, как раздался мелодичный звонок форума Цяньтань — это Миди прислал сообщение:
— Ты совсем спятил? Разве от такого дешевого геля для душа кожа не начнет гнить?
Фраза звучала высокомерно и грубо, но Му Юйлин почему-то видел в ней лишь капризы.
Му Юйлин отложил карандаш и ответил:
— Моя не гниет.
Миди:
— Ну ладно-ладно, так уж и быть, извольте — куплю и попробую. Если мне хоть капельку не понравится, я с тебя шкуру сдеру.
Хотя тот сам навязался, в итоге все снова свелось к его капризам. Му Юйлин легко усмехнулся: у мажора паршивый характер, не стоит брать в голову. Он взял карандаш, но вдруг вспомнил про упомянутый Миди форум Цяньтань, нахмурился, снова опустил кисть, подошел к письменному столу, сел и взял в руки телефон.
Миди каким-то образом узнал, что его водили в особняк... Значит, сколько еще всего происходило в этой школе, о чем Му Юйлин понятия не имел?
Му Юйлин вбил в строку поиска на форуме имя Му Юйлин, и выскочило множество результатов. Вглядываясь в них, Му Юйлин хмурился все сильнее:
[Шок! Чжэн-ге привел студента по спецнабору в особняк Шэнь-шао, и тот провел там целых двадцать минут!][Фотография]
1-й: Двадцать минут? Что вообще можно успеть за двадцать минут? Наверное, просто поболтали о том о сём.
21-й: Кто это вообще такой, этот спецнаборец? (Чистейшее любопытство).
29-й: Му Юйлин, тот самый нищий стипендиат, что поступил на несколько дней позже остальных.
46-й: Мне безумно любопытно, о чем они там болтали.
51-й: Шэнь-шао терпеть не может, когда посторонние заходят к нему домой.
...
n-й: Да может, Шэнь-шао на него глаз положил.
n+1-й: Лицо у Му Юйлина вполне ничего, так что вполне возможно, что он и правда запал (без хейта).
...
...
Му Юйлин потерял дар речи. Какую только чушь они не обсуждают на этом Цяньтане? Какие же сплетники.
Но удалось почерпнуть и кое-что полезное. Му Юйлин отложил телефон: он и не думал, что главный нападающий пользуется в этой школе такой бешеной популярностью. Любое его движение вызывает столь бурные обсуждения. Стоило Му Юйлину пробыть там всего минут десять, как его тут же сдали со всеми потрохами и фотографиями на форуме Цяньтань. Му Юйлин покачал головой: для него этот Цяньтань — отличный источник информации, но ему совсем не улыбалось, чтобы за каждым его шагом следили.
После душа уже наступила глубокая ночь, и парень, ощущая приятную свежесть во всем теле, лег в постель. Тело стало легким и расслабленным, словно сбросило все тяготы мира. Растрепанная челка падала на лоб, янтарные глаза полуприкрылись, веки налились свинцом. За секунду до того, как провалиться в сон, раздался звонок уведомления Цяньтаня.
Му Юйлин поморщился и потянулся за телефоном у изголовья.Чжэн Ицзин (Чжэн Ицзин): Добавь Ин Ланя в Цяньтане.
— Понял.
Как подобает младшему брату (шестерке), Му Юйлин прекрасно знал правила здешних кругов: уважение к старшему — базовое требование. Ему не стоило ждать, пока сам Шэнь Инлань станет добавлять его. Му Юйлин немного взбодрился, нашел в поиске Цяньтаня Шэнь Инланя и отправил запрос на добавление в друзья.
Чжэн Ицзин: Будешь послушным и смышленым — жить станет намного проще.
Увидев это, Му Юйлин отвечать не стал. Отправив заявку, он закрыл глаза и сразу же уснул.
...
Ранним утром первые лучи солнца озарили небо нежным жемчужно-серым светом, воздух наполнился влажным ароматом земли и легким запахом травы, а утренний ветерок принес с собой прохладу.
Здание Ваншу возвышалось над землей, поражая воображение своим художественным оформлением — здесь располагался главный учебный корпус художественного факультета. Подперев голову рукой, Му Юйлин слушал лекцию, выглядя несколько уставшим.
[Динь-динь, 099 может помочь хозяину быстро освоить навыки рисования.]
— Ты можешь управлять моей рукой, чтобы она рисовала за меня?
[Нет.]
— Премия Фушэн — это очень сложно. Достичь высшей награды в сфере искусства этого мира определенно нелегко. Путь домой, к которому он так стремился, обещал быть ухабистым и усеянным терниями.
Му Юйлин тяжело вздохнул. По дороге в общежитие ветер гонял туда-сюда одинокий опавший лист, пока тот не приземлился ему прямо на макушку. Он остановился и, протянув руку, смахнул листок.
Ему очень нравилась эта аллея — Улица Удун. Му Юйлин любил называть ее аллеей Утун, а шуршание падающих листьев действовало успокаивающе. Он шел очень медленно, прикрыв глаза, наслаждаясь сказочной осенней меланхолией. Вдруг шелест крыльев привлек его внимание. Повернув голову, Му Юйлин заметил крошечное сине-зеленое создание — маленькую птичку, которая по неосторожности застряла клювом в древесном стволе и теперь отчаянно хлопала крыльями, не в силах вытащить голову. Зрелище было жалостливым.
Му Юйлин тихо хмыкнул, подошел, бережно обхватил птичку ладонями и высвободил ее.
— Эх ты, глупая птица, еще неизвестно, не сцапает ли тебя какая-нибудь кошка.
[Динь-динь, насколько известно 099, в академии действительно водятся кошки~]
Птичка дрожала в его руках, но, судя по всему, не пострадала. Встряхнув крыльями, она не спешила улетать.
Му Юйлин улыбнулся и произнес:
— Лети, лети, прощай.
Под шорох опадающей листвы он развел руки, выпуская пернатую на свободу. Птичка взмыла ввысь и радостно затерялась среди голубого неба и белых облаков, а ее звонкое щебетание разнеслось по округе.
Атмосфера свободы.
Парень с рюкзаком за плечами поднял голову, глядя на то самое небо, где только что промелькнула птица. Солнечные лучи пробивались сквозь золотистую листву, падая на его лицо, и вокруг воцарилась невероятная, глухая тишина.
— А настроение-то у тебя хорошее, — раздался мужской голос под сопровождение хруста сухих листьев. Му Юйлин обернулся.
К нему шел парень, озаренный солнечным светом, с беззаботной улыбкой на лице. Зеленая брошь на груди ярко сверкала — это был типичный уверенный в себе и жизнерадостный юноша, взращенный влиятельным аристократическим кланом.
— Чжэн-ге, — поприветствовал он приближающегося Чжэн Ицзина.
Чжэн Ицзин подошел вплотную, хлопнул его по плечу и, ухватив за лямку рюкзака, потащил за собой:
— Пойдем, поедим.
— Эй... Эй, Чжэн-ге, помедленнее, помедленнее... — У Чжэн Ицзина были длинные ноги, и Му Юйлин едва поспевал за ним, чуть не споткнувшись. Ощущение было такое, будто его держат за шкирку — крайне неприятное. Он вырвал лямку из рук Чжэн Ицзина, проигнорировав его удивленный взгляд.
Они шли по аллее Утун: один высокий, другой пониже. Чжэн Ицзин пребывал в прекрасном расположении духа, и даже его шаги казались легкими и пружинистыми.
— Ты ведешь меня... на обед? — спросил Му Юйлин. — Вдвоем?
Чжэн Ицзин закинул руку Му Юйлину на плечо — со стороны это выглядело так, будто они лучшие друзья:
— А с кем тебе еще хотелось? С Ин Ланем? К сожалению, он человек занятой, ему некогда с тобой возиться.
— А, ладно, — тупо кивнул Му Юйлин.
Ресторан, который выбрал Чжэн Ицзин, находился на третьем этаже Фэнлиюаня — совсем не в той столовой для спецнаборщиков, куда обычно ходил Му Юйлин. Это был третий этаж Фэнлиюаня, куда имели право входить лишь обладатели зеленых брошей. Верхний этаж поражал воображение своей безумной роскошью.
Заметив восхищенный взгляд Му Юйлина, Чжэн Ицзин гордо ухмыльнулся.
Их тут же тайком сфотографировали и выложили на форум Цяньтань:
[Шок! Чжэн-шао привел Му Юйлина на третий этаж Фэнлиюаня!]
11-й: Так вот в чем дело, оказывается, он нравится Чжэн-шао, тогда всё сходится (чувство глубокого удовлетворения).
18-й: Чжэн-шао запал на Му Юйлина, передайте дальше!
30-й: Лицо у этого спецнаборщика и впрямь ничего, но вроде раньше Чжэн-шао нравились те, кто получше (предположение).
...
...
Примечания автора:
Глава 7. Лента
— Зачем ты привел меня сюда поесть? — поинтересовался Му Юйлин, когда они уже почти наелись. Его принцип был прост: раз кто-то угощает, грех отказываться, сначала надо поесть.
— Впредь будешь бывать здесь часто, я просто привыкаю тебя водить, — не отрывая глаз, смотрел на сидящего перед ним парня Чжэн Ицзин. Тот с аппетитом уплетал паровую рыбу-меч, и это довольное выражение заставляло глаза Чжэн Ицзина сужаться в щелочки. Сама картина вызывала у него невольную улыбку, а голос стал значительно мягче: — Не делай вид, будто вечно голодный.
— М-м, — промычал Му Юйлин с набитыми щеками.
Чжэн Ицзин фыркнул и отвел взгляд.
— Чжэн-ге, а клейкий рисовый лотос еще есть? Я бы хотел еще кусочек.
Му Юйлин умоляюще уставился на Чжэн Ицзина, слизав с уголка губ крупинку риса.
Чжэн Ицзин тяжело вздохнул, подозвал менеджера и помимо рисового лотоса заказал еще несколько блюд.
— Ицзин, — раздался мягкий голос, и оба повернулись на звук.
К ним приближался рослый молодой человек с легкой улыбкой на губах. Его безупречный костюм сидел идеально, а манеры выдавали в нем человека из высшего общества. Му Юйлин знал его — председатель Студенческого совета Чжэн Шу, чья популярность уступала лишь членам группы F2.
— Брат, — позвал его Чжэн Ицзин. Му Юйлин перевел взгляд с одного на другого, сделав вывод: фамилия одна, знакомы, значит, братья.
Правда, внешне Чжэн Ицзин и Чжэн Шу были совсем не похожи. От них веяло совершенно разными стилями: Чжэн Шу источал спокойствие и мягкость, а Чжэн Ицзин был подвижным и жизнерадостным.
Глядя на бегающие глазки сидящего перед ним паренька, Чжэн Шу слегка приподнял бровь:
— Сменил вкусы?
— Нет, брат, это... младший братушка Ин Ланя, — сообразив, ответил Чжэн Ицзин.
— ...... — в глазах Чжэн Шу промелькнула тень улыбки. — Младший братушка? — В его голосе звучала доля иронии и любопытства: с каких это пор у Шэнь Инланя появилась привычка заводить себе шестерок?
— Брат, это... — Чжэн Ицзин попытался представить его.
Но Чжэн Шу перебил:
— Я знаю, Му Юйлин. Рад знакомству.
http://bllate.org/book/31813/3884426
Готово:
