Тот давний зарок уже тогда не стоил доверия, да и сама Ду Су — человек ненадёжный. Ду Су вложила цветок колокольчика обратно в ладонь Бай Юэмин. У тебя ведь есть выбор получше, не так ли?
Глаза Бай Юэмин уже застилали слёзы, она срывающимся голосом посмотрела на Ду Су:
— Мы ведь чётко не расставались, мы же всё ещё вместе.
В прошлом году, когда Ду Су навещала её в тюрьме, она даже отругала Бай Юэмин — думала, что после такого эта дурёха больше не придёт её встречать.
И всё же... она пришла.
Семья Ду Су полностью отреклась от неё. Семь лет... ни диплома, ни документов, а в кармане лишь триста юаней, присланных другом.
Чем ей защищать Бай Юэмин?
Сейчас она в самом деле была похожа на блуждающую по миру перекати-поле — ни кола, ни двора, ни пристанища.
— Ду Су, ну скажи же что-нибудь!
Сердце Ду Су сжалось от боли при виде заплаканного лица Бай Юэмин.
Она не хотела говорить слова, которые ранят Бай Юэмин, поэтому просто схватила чемодан и зашагала вперёд, не оглядываясь.
— Ду Су, разве ты не собиралась со мной посчитаться? — Бай Юэмин уже сидела на земле позади неё.
Она беспомощно смотрела в сторону Ду Су, и её некогда чистые глаза застилали мутные слёзы.
Тело Ду Су, катившей чемодан, резко качнуло. Превозмогая слёзы, она обернулась.
— Бай Юэмин...
Короткая чёлка падала на брови, а её тёмные глаза без всякой видимой причины устремились на Бай Юэмин.
Обязательно нужно, чтобы я растоптала твоё достоинство, только тогда ты отстанет?
Граница света и тени разделилась надвое, пролегая точно по прямой, которая также чётко разделяла расстояние между ними двумя.
Ду Су стояла на свету, глядя сверху вниз на Бай Юэмин, застывшую в тени перед ней, и медленно выронила три слова:
— Давай расстанемся.
Бум!
Её словно ударили тяжёлым молотом прямо по голове. От острой боли вмиг затуманилось в глазах. Она отупело замерла на месте, и окружающий мир, казалось, полностью лишился красок, погрузившись в серую мглу и безмолвие.
В этот миг её сердце было разбито вдребезги, а невыразимое чувство беспомощности захлестнуло всё тело, впиваясь в плоть и кожу подобно рою присосавшихся муравьёв.
Неудержимая волна горя поднялась изнутри — слёзы, точно оборванные бусины, беспорядочно потекли по щекам.
Бай Юэмин и в страшном сне не могла представить, что человек, которого она ждала целых семь лет, скажет такое...
Семь лет...
Бай Юэмин никак не могла смириться с суровой реальностью. Все эти дни она нормально не ела, а ради того, чтобы поскорее отыскать Ду Су, даже пропустила обед.
Она думала, что на свободе Ду Су станет её бить и ругать.
Она думала, что Ду Су будет холодна с ней и станет нарочно игнорировать.
Но она даже помыслить не могла... что Ду Су хочет с ней расстаться.
— Ду Су, хватит шутить, ладно?
Бай Юэмин выглядела донельзя хрупкой, казалось, стоило лишь коснуться её — и она рассыплется на крошечные осколки.
Ду Су подавляла внутреннюю боль. Разве могла она не понимать чувств Бай Юэмин!
Но что, чёрт побери, она могла поделать?!
Именно она когда-то обещала подарить Бай Юэмин дом, именно она клялась сделать её счастливой.
Но что у неё есть сейчас?
Если жить с Бай Юэмин сейчас, она станет лишь пиявкой, вцепившейся в её тело и высасывающей кровь!
Позволить Ду Су поступить так? Да ей самой от себя противно.
— Я не шучу, — жестоко отвернувшись, Ду Су поспешно зашагала прочь, оставив позади лишь решительный силуэт.
Бай Юэмин по-прежнему не желала верить происходящему. Бледная до синевы, она посмотрела на старую фотографию в своей руке.
— Ду Су, это твоё...
Она попыталась приподняться, чтобы вернуть снимок, но стоило ей выпрямиться, как тело пронзило внезапное головокружение.
Тэх!
С глухим стуком она рухнула на землю и без сил потерялся сознание.
Снова наступил вечер. В воздухе по-прежнему витал аромат пшеничных полей, а сумеречная синева постепенно оттесняла закат.
Один за другим зажигались уличные фонари. Их тусклый свет мерцал в тиши вечера, словно молчаливый траур по ушедшему дню.
Синий — цвет, пропитанный меланхолией. В древних философских трактатах он также символизировал ту самую недосягаемую мечту.
Тётушка Чэнь выглянула из распахнутой калитки, с тревожным сердцем бросила взгляд на непроглядное синее небо и принялась бормотать себе под нос:
— Эта девочка Юэмин, почему до сих пор не возвращается? Неужели встретить Ду Су занимает столько времени?
Она уже в который раз разогревала ужин, но Бай Юэмин всё не шла домой.
— Уж не случилось ли с Юэмин чего? Хотя нет, вряд ли, Юэмин девушка осторожная, её даже телефонные мошенники обвести вокруг пальца не могут...
Тётушка Чэнь из угла в угол мерила шагами гостиную, раздумывая, не подождать ли ещё немного. Если Юэмин просто засиделась где-нибудь с Ду Су за ужином — звонить госпоже Сун среди ночи было бы слишком неуместно, это лишь заставит её волноваться...
Помяв в пальцах мозолистые руки и поборовшись со своими сомнениями, она всё же решила сначала набрать номер Юэмин.
Включив свет в гостиной, она уже собиралась направиться на кухню за телефоном, как вдруг...
Тук-тук-тук!
Раздался настойчивый стук в дверь.
— Здесь кто-нибудь есть? — раздался голос незнакомой женщины.
Тётушка Чэнь, уже собравшаяся идти на кухню, на несколько секунд замерла, а затем обернулась к входной двери.
На пороге стояла женщина в чёрной одежде, поддерживая потерявшую сознание Бай Юэмин.
Тётушка Чэнь торопливо бросилась вперед. Сначала она подхватила Юэмин под руку, а затем решительно оттолкнула руку незнакомки, с подозрением глядя на неё:
— Вы кто такая? Что вам нужно?
Незнакомая женщина покачала головой, и на её губах промелькнула едва заметная улыбка:
— Возвращаясь домой с работы, я увидела, что эта девушка лежит одна у дороги. Мне стало жаль её, вот я и расспросила прохожих о её домашнем адресе и привела сюда.
Тётушка Чэнь коснулась лба потерявшей сознание Бай Юэмин и нахмурилась.
Даже зная точный адрес, их старый дом было трудно отыскать. Как это она так запросто нашла дорогу?..
Всё это казалось подозрительно совпадением.
— Не переживайте, тётушка, Бай Юэмин просто очень расстроилась и потеряла контроль над эмоциями.
Тётушка Чэнь надавила на точку под носом у Бай Юэмин и, почувствовав её ровное дыхание, немного успокоилась.
— Ладно, спасибо вам.
На словах тётушка выразила благодарность, но на сердце у неё скребли кошки — бдительность достигла предела.
Если эта женщина сделает ещё хоть шаг внутрь, она немедленно вызовет полицию!
Взгляд незнакомки не дрогнул, она лишь молча смотрела на Бай Юэмин на руках у тётушки Чэнь — в её глазах читались одновременно и вина, и жестокая решимость.
Она долго сдерживалась, словно желая что-то сказать, но в конце концов плотно сжала губы.
— Ну хорошо, тётушка, я тогда пойду. Приглядывайте за ней... Совсем взрослая, а покоя от неё никакого.
Голос незнакомки показался до боли знакомым, словно тётушка Чэнь уже где-то его слышала.
Вроде бы... как та самая...
Тело Бай Юэмин на руках у тётушки внезапно вздрогнуло, и скопившиеся на самом дне глаз слёзы скатились в уголтики губ.
Тётушка Чэнь в панике бросилась рукавом вытирать лицо Бай Юэмин и поспешно повела её наверх, в спальню.
Уложив Юэмин и приводя всё в порядок, тётушка Чэнь поднялась с постели и невольно бросила взгляд в окно — незнакомая женщина всё так же тихо стояла внизу, глядя на цветущую в саду жакаранду.
Жакаранда?
Как же она выросла...
Ду Су протянула руку, желая коснуться фиолетово-синих лепестков наверху, но не успела дотронуться, как её окликнул окрик тётушки Чэнь:
— Эй, та, что внизу, уходимедленно, не то я позвоню в полицию!
Её пальцы непроизвольно дрогнули.
Неужели даже тётушка Чэнь больше не узнаёт меня?
Широко распахнув миндалевидные глаза, Ду Су слегка приоткрыла пухлые губы, собираясь заговорить.
Но что она могла сказать? И что могла сделать?
Оставалось лишь сменить бессильные объяснения на молчаливую улыбку.
— Уходите же! — торопила её со второго этажа тётушка Чэнь.
С тоской взглянув на цветущую жакаранду, Ду Су в конце концов отвела взгляд.
Наверное, и правда пора уходить...
Бросив быстрый взгляд на гостиную, Ду Су подхватила стоявший у порога чемодан и покинула дом Бай Юэмин.
Небо заволокло пасмурной синевой. Бесчисленные воробьи облепили телеграфные провода, словно наслаждаясь вечерней тишиной.
Стук колёсиков чемодана раскатился по узкой сельской дорожке.
Встревоженные внезапным шумом воробьи на проводах вспорхнули и помчались прочь в дальнюю высь, чтобы уже никогда не вернуться...
Бай Юэмин в ужасе очнулась ото сна. Когда она пришла в себя, все вещи в комнате были окутаны густым синевато-мрачным светом.
— Юэмин? Очнулась? — тётушка Чэнь вошла с чашкой горячей воды.
— Я уснула? — озадаченно посмотрела на неё Бай Юэмин.
Неужели то был кошмар?
Она помнила лишь... как у стен тюрьмы... услышала, как Ду Су говорит о расставании.
А потом... как очутилась в своей комнате.
— Юэмин, да ты же в обморок упала! — с укором глядя на неё, покачала головой тётушка Чэнь. — Сколько раз говорила — нормально питайся! Вот и допрыгалась! Раз сама себя не жалеешь, так хоть меня побереги.
Потрогав распухшие от слёз глаза, Бай Юэмин с ужасом осознала — всё случившееся было правдой.
Она перевела взгляд на тумбочку у кровати: та самая совместная фотография мирно стояла на прежнем месте.
Ду Су...
— Это ведь Ду Су привезла меня домой? — спросила она.
Тут тётушка Чэнь окончательно прояснила для себя ситуацию, вспомнив, почему та женщина показалась ей такой знакомой — это же и правда была Ду Су...
Но лицо Юэмин было бледнее мела, она так горько плакала... Если сказать ей всю правду сейчас, она ведь просто не выдержит...
Не имея сердца раскрывать девушке горькую правду, тётушка Чэнь продолжила лгать:
— Тебя привезла семейная пара.
Она не стала вдаваться в причины или вдаваться в подробности.
Всего одно предложение из одиннадцати слов, и каждое из них насквозь пропиталось ложью.
Но в эту шитую белыми нитками ложь Бай Юэмин поверила безоговорочно — просто потому, что в ней не упоминалось имя Ду Су.
— Вот как... — разочарованно вздохнула Бай Юэмин, приняла воду и попросила тётушку Чэнь оставить её одну.
Небо заволокло угрюмой синевой, давящей так сильно, что становилось трудно дышать.
http://bllate.org/book/31784/3880580
Готово:
