Ин Хо бросил на него взгляд и произнес с полнейшим безразличием:
— Тогда оставь это здесь.
— Хорошо.
Цзи Юэлинь подал знак следовавшему за ним слуге, и те немедленно выставили вещи на стол.
— Прибыл старший молодой господин семьи Шэнь!
Цзи Юэлинь уже хотел было ответить, но от входа в усадьбу послышался голос слуги. С улыбкой он произнес:
— Тогда не смею больше отвлекать молодого господина Сюя, пойду встречу гостей.
Ин Хо лениво покосился на него и ничего не ответил.
Цзи Юэлинь не стал задерживаться и, повернувшись, направился к воротам встречать Шэнь Хуайцзи. С улыбкой он окликнул его:
— Хуайцзи, ты пришел! Я уж думал, тебя не будет.
Шэнь Хуайцзи лишь холодно взглянул на него и промолчал. Цзи Юэлинь ничуть не смутился — он прекрасно знал нрав Шэнь Хуайцзи. Тот со всеми держался подчеркнуто отстраненно, и это не было личным выпадом против кого-то конкретного.
Глядя на то, как Цзи Юэлинь с почтением усаживает Шэнь Хуайцзи за столик, Ин Хо тихонько фыркнул. Этот Шэнь Хуайцзи явился даже позже него самого! В Академии Чжунчжоу за ним такого не водилось, любит же он напустить на себя важность.
Ин Хо поднялся с места, подошел к Шэнь Хуайцзи и с улыбкой произнес:
— Брат Хуайцзи, никак не ожидал, что и ты пожалуешь.
Шэнь Хуайцзи бросил на него взгляд и промолчал.
Заметив это невозмутимое выражение лица, Ин Хо слегка закусил изнутри угол губы. Ишь, какую маску напялил!
Цзи Юэлинь улыбнулся:
— Молодой господин Сюй, раз уж вам со старшим молодым господином Шэнем нужно о чем-то поговорить, я не стану вам мешать и пойду развлекать остальных гостей.
Проводив взглядом удаляющегося Цзи Юэлиня, Ин Хо приподнял бровь. Он опустился на скамью рядом с Шэнь Хуайцзи и небрежно закинул руку ему на плечо:
— Брат Хуайцзи, только погляди, как красиво цветут персики.
От прежнего выражения скуки и пресыщенности не осталось и следа. Шэнь Хуайцзи покосился на него и ничего не ответил. Не дождавшись никакой реакции, Ин Хо почувствовал легкое разочарование и убрал руку с его плеча. Его взгляд упал на каменный стол, где были аккуратно расставлены изысканные пирожные, кувшин персикового вина и черно-белые шахматные камни.
Интересно, умеет ли этот Чу Хуайцзи пить? И сильно ли буянит, когда опьянеет? Каков же он вообще бывает пьяным?
В груди внезапно шевельнулось любопытство, и в голову пришла паршивая идея.
Ин Хо взял со стола черный шахматный камень, лукаво перекатывая его между пальцами, и предложил:
— Брат Хуайцзи, как насчет партии в шахматы? Проигравший пьет.
Шэнь Хуайцзи даже не удостоил его ответом. Но разве мог Ин Хо упустить столь прекрасную возможность?
— Брат Хуайцзи, неужели ты не умеешь играть?
Шэнь Хуайцзи по-прежнему хранил молчание.
Ин Хо продолжил подначивать его языком:
— Или, может быть, брат Хуайцзи просто боится проиграть?
Лицо Шэнь Хуайцзи оставалось непроницаемым. Столкнувшись с такой глухой стеной, Ин Хо мысленно сжал зубы. Ах ты негодник!
Раздумывая, как бы напоить этого несговорчивого малого, Ин Хо разомлел от кипевшей внутри злости и обвел взглядом окрестности. К своему удивлению, он заметил Сюй Юйхана. Ин Хо невольно удивился и приподнял брови.
Знатные кланы города Чжунчжоу были падки на лесть перед сильными мира сего. В отличие от Академии Чжунчжоу, где помимо происхождения ценили и личные таланты, здесь роль играло исключительно происхождение. То, что Сюй Юйхана не заклевали и позволили сюда явиться, выглядело поистине удивительным.
Сохранявший беспристрастное выражение лица Шэнь Хуайцзи тоже заметил издалека Сюй Юйхана, которого сопровождали слуги, и его тонкие брови чуть заметно дрогнули.
— Можно.
— Брат Хуайцзи, это ты сейчас сказал? — Ин Хо, чей ум был занят Сюй Юйханом, не расслышал слов Шэнь Хуайцзи и слегка моргнул.
Шэнь Хуайцзи посмотрел ему в лицо:
— Разве ты не хотел сыграть в шахматы?
— Разумеется! — уголки губ Ин Хо чуть приподнялись. Хотя он и не понимал, с чего вдруг Шэнь Хуайцзи согласился, упускать шанс сорвать эту ледяную маску с лица Чу Хуайцзи он явно не собирался.
Но просто играть было неинтересно, требовалось поднять ставки.
— Но играть впустую — скучное дело. Давай сделаем ставку — сыграем на это вино, кто проиграет, тот и пьет. Что скажешь, брат Хуайцзи? — Ин Хо слегка улыбнулся уголками губ.
Шэнь Хуайцзи бросил косой взгляд на затаившуюся в его улыбке хитрую издевку и холодно бросил:
— Хорошо.
— Раз так, я делаю первый ход.
Ин Хо взял черный камень и опустил его на доску. По правде говоря, играть он отродясь не умел: вечно скитался в одиночестве по Миру Культивации, ни с кем не сближаясь особо, и лишь изредка видел со стороны, как играют другие, запомнив правила лишь в общих чертах.
Но даже несмотря на отсутствие опыта, Ин Хо был полон уверенности в собственных силах. В конце концов, он — великий демон Мира Культивации, а нынешний Чу Хуайцзи — всего лишь смертный, бояться тут нечего.
Впрочем, человеческий ум и физическая оболочка далеко не всегда находятся в гармонии. Не успел Ин Хо как следует возгордиться, как его брови уже сошлись на переносице. Тихонько фыркнув, он поломал голову добрую минуту и с мученическим видом опустил на доску камень.
Шэнь Хуайцзи бросил взгляд на доску, взял белый камень, поставил его сверху и равнодушно произнес:
— Ты проиграл.
— Кто это проиграл?! — Ин Хо возмущенно покосился на него. — Брат Хуайцзи, не спеши с выводами!
Шэнь Хуайцзи промолчал, наблюдая за его вздернутым подбородком. Ин Хо опустил глаза на шахматную доску и крепко сжал в пальцах черный камень.
Тупик, кругом сплошной тупик. Стоит ему только сделать ход — и поражение неизбежно, на первый взгляд лазеек не осталось вовсе. Нет, выход должен быть, он не верил, что загнать его в угол так просто.
Ин Хо упорно вглядывался в доску, его глаза даже слегка покраснели, словно он намеревался продырявить дерево насквозь. Шэнь Хуайцзи безмолвно следил за его лицом.
Поразмыслив еще с полминуты, Ин Хо наконец не выдержал. Выбрав одну из точек, он легонько опустил туда камень — и в тот же миг понял, что совершил ошибку. Судорожно вцепившись в фигуру, он попытался оттянуть ее назад.
— Молодой господин Сюй, сделанного хода не воротишь.
— Кто сказал, что я передумал! — громко фыркнул Ин Хо и с размаху влепил камень на доску. — Да я... Бэньцзунь... Подумаешь, проиграл! Чего тут жалеть? Всего-то чарка вина!
С этими словами он схватил стоявшую рядом посуду, налил себе полную чашку и залпом ее осушил. Теребя рукавом губы, испачканные вином, он упрямо бросил:
— Еще по одной!
Шэнь Хуайцзи молча глянул на его слегка покрасневшее лицо и протянул руку, собирая белые камни обратно в чашу.
Партия продолжилась. Будучи дилетантом, чья стихия — лишь убийственная культивация, а вовсе не утонченные искусства, Ин Хо неизменно проигрывал ход за ходом. Проиграв подряд несколько партий, он в одиночку выхлестал почти весь бочонок персикового вина. Лицо его раскраснелось, вид сделался унылым и поникшим, весь боевой дух испарился. Сидел он совершенно сникший, точь-в-точь побитая собака — от прежнего задора и уверенности в победе, с какими он зазывал Шэнь Хуайцзи за доску, не осталось и следа.
Рассеянно глянув на доску, Ин Хо наугад вытащил черный камень и, с видом человека, которому уже терять нечего, швырнул его на первую попавшуюся пустую клетку. Сердито зыркнув на Шэнь Хуайцзи, он схватил винный бочонок и выплеснул остатки в свою чашу. Он уже собирался влить ее в себя, как боковым зрение зацепился за шахматную расстановку.
Ой! Кажется, тут что-то не так... Взгляд Ин Хо замер, глаза округлились.
— Ха-ха! Чу... Шэнь Хуайцзи, ты проиграл! Пей, ну-ка пей до дна!
Проиграв столько раз подряд, он наконец-то почувствовал себя отмщенным. Сияя от восторга, Ин Хо сунул чашу прямо под нос Шэнь Хуайцзи.
Шэнь Хуайцзи посмотрел на его мгновенно переменившееся лицо — этот человек выказывал любые эмоции так бурно и открыто, словно вовсе не ведал придворных интриг и хитростей. Перехватив чашу из его рук, Шэнь Хуайцзи осушил ее.
Увидев, что тот выпил, Ин Хо самодовольно вскинул брови и тихонько фыркнул, не сводя с него глаз в надежде разглядеть признаки опьянения. Однако черты лица Шэнь Хуайцзи не дрогнули ни на йоту — пара глотков легкого вина не могла свалить его с ног.
Не заметив никаких перемен во внешнем виде соперника, Ин Хо испытал легкое разочарование, но сдаваться не собирался:
— Еще партию!
Шэнь Хуайцзи не возражал и продолжил игру. Сыграв еще раз, Ин Хо снова потерпел поражение. Фыркнув, он вскрыл совершенно новый бочонок вина, налил чашку и выпил ее единым духом. После этой порции остатки стойкости покинули его: в голове зашумело, мир поплыл перед глазами, лицо залил густой румянец, а в глазах блеснула влага. Потерев ослепленные дремотой глаза и окончательно растерявшись, он уже не смог удерживать равновесие и клюнул носом вниз, едва не врезавшись лицом в острый угол шахматной доски. Шэнь Хуайцзи среагировал мгновенно и подхватил его подбородок ладонью.
Почувствовав под подбородком тепло чужой руки и мягкость кожи, Ин Хо слабо захныкал и потерся щекой о ладонь.
От этих легких прикосновений кожа на ладони защекотала. Брови Шэнь Хуайцзи в удивлении сошлись на переносице; аккуратно уложив голову Ин Хо лицом на стол, он отнял руку.
— Хуайцзи, молодой господин Сюй...
Закончив принимать гостей, Цзи Юэлинь заглянул в беседку к Шэнь Хуайцзи и Сюй Хо. Увидев последнего, уткнувшегося лицом в стол и погруженного в крепкий сон, он с недоумением перевел взгляд на Шэнь Хуайцзи:
— Хуайцзи, что это с молодым господином Сюем?
— Напился, — бесстрастно ответил Шэнь Хуайцзи.
— Второй молодой господин!
Не успел Цзи Юэлинь продолжить, как к нему подбежал слуга и о чем-то шепнул на ушко. Глаза Цзи Юэлиня слегка блеснули, и он обратился к Шэнь Хуайцзи:
— Хуайцзи, мой старший брат и брат Хуайань вернулись из Цзинчжоу.
Шэнь Хуайцзи приподнял веки. Хуайань, Шэнь Хуайань — его двоюродный брат, несколько лет назад с успехом сдавший столичные экзамены и служивший в Цзинчжоу. Старший же брат Цзи Юэлиня был военным и тоже нес службу в столице.
— Они сейчас у ворот. Хуайцзи, составишь мне компанию встретить их?
Шэнь Хуайцзи не стал отказываться; он поднялся со скамьи и вышел из беседки.
В этот момент на плечи Ин Хо упала длинная верхняя одежда. Наполовину заснувший, вусмерть пьяный Ин Хо встрепенулся. Полуприкрыв глаза, он попытался разглядеть нечеткий силуэт перед собой и невнятно бормотал:
— ...Хуайцзи... погоди...
— Погоди... я тебя... заставлю... да я... не возьму тебя... так... не звать мне... имя мое... Ин...
Рука Сюй Юйхана, державшая наброшенный халат, замерла. Речь пьяного была сбивчатой, тихой и смазанной. Сюй Юйхан не слишком хорошо разобрал слова, но общий смысл уловил. Его спокойные глаза слегка потемнели; опустив ресницы, он убрал руки с чужих плеч — те самые, что собирались укрыть его потеплее — и молча удалился.
Встретившись с Шэнь Хуайанем и Цзи Юэчжуном, Шэнь Хуайцзи вернулся в беседку. Гости разошлись по другим частям усадьбы, и теперь в беседке остался лишь Ин Хо, спавший, уткнувшись лицом в стол. Постояв над ним пару мгновений, Шэнь Хуайцзи подошел ближе и принялся собирать растерянные по доске камни.
Порыв ледяного ветра заставил Ин Хо зябко поежиться. Инстинктивно сжавшись в комок и ощутив рядом спасительный источник тепла, он придвинулся вплотную и потерся о него.
Почувствовав внезапное прикосновение к телу, Шэнь Хуайцзи замер. Опустив взгляд, он уставился на прильнувшего к нему человека: из-за выпитого лицо того пылало хмелем. От него разило персиковым вином и тем самым неизъяснимым, но неотразимым ароматом.
Слегка нахмурившись, Шэнь Хуайцзи попытался оттолкнуть его за плечо. Но не тут-то было: наглец полез еще дальше. Прижавшись щекой к его груди и потеревшись еще пару раз, он устроился головой прямо на коленях Шэнь Хуайцзи. Даже нажравшись до беспамятства, этот тип сохранял свой наглый, прилипчивый нрав.
http://bllate.org/book/31780/3880062
Готово:
