Добавляй, её подруга всё ещё смотрит. У девушек обычно тонкая душевная организация, терять лицо перед людьми и правда неловко.
Добавишь, а потом тихонько удалишь.
Так и лицо девушки сберег, и свою позицию чётко обозначил.
Он уже собирался достать телефон, как Бянь Юэ вдруг взял его за руку и отвёл в сторону, одновременно глядя на девушку. Бесстрастным тоном он произнёс:
— Извините.
Девушка перевела взгляд с Бянь Юэ на Линь Иняня, переводя глаза туда-сюда, будто внезапно что-то поняла, протяжно выдала «а» и нервно усмехнулась:
— Поняла, прошу прощения.
Как раз подоспела та самая яичница с блинчиком и щедрой порцией салата. Линь Инянь взял её, и они вместе с Бянь Юэ повернулись и ушли.
Линь Инянь был погружен в собственные мысли и пропустил мимо ушей извинения девушки, даже не вникнув, за что именно та извинялась.
Бянь Юэ всё понял, но на его лице не отразилось ни малейшего смущения. Напротив, пока Линь Инянь уплетал за обе щеки свой яичный блинчик, он снял с себя верхнюю одежду и набросил её на плечи Линь Иняню.
Жуя блинчик с травой, Линь Инянь машинально запахнул пальто поплоробнее — носить вещи Бянь Юэ было привычкой с самого детства, реакция срабатывала на уровне рефлексов, словно высеченных на костях.
Однако вместе с этим движением до него мягко донёсся принадлежавший Бянь Юэ запах. Линь Инянь отчетливо уловил его, его душа едва заметно вздрогнула, и в тот же миг всё вокруг показалось каким-то неправильным.
Уткнувшись носом в воротник, он попытался это перетерпеть, но всё же снял одежду и сунул её обратно Бянь Юэ, бросив сухо:
— Мне не холодно.
Только он договорил, как в носу защекотало, и он один за другим выдал несколько чиханий.
Бянь Юэ снова накинул на него пальто и спросил:
— Вот это и называется «мне не холодно»?
Ладно, мне холодно.
Линь Инянь покорно сдался: в конце концов, сейчас был не тот момент, чтобы препираться из-за мелочей, ведь куда важнее было разобраться, действительно ли он поменял ориентацию.
Поэтому, кутаясь в пальто Бянь Юэ, он ел на ходу и попутно не забывал о делах — исподлобья бросал взгляды по сторонам.
Как раз навстречу им шла весело о чём-то болтавшая компания парней. Линь Инянь с первого же взгляда выделил среди них самого симпатичного: в конце концов, он смотрел не на девушек, так что стесняться было нечего, и он задержал на нём взгляд на пару секунд дольше обычного.
Парень словно почувствовал это, повернул голову и, заметив Линь Иняня, удивлённо приподнял брови — очевидно, он его узнал. Когда они сблизились и уже собирались разминуться, парень первым поздоровался:
— Привет, ты же старшекурсник Линь Инянь с управления производством, верно?
Линь Инянь привык ко многим вещам, и среди них было то, что его знали люди, с которыми он сам был не знаком: Линь Инянь со специальности «Управление производством» Школы бизнеса университета А, обладатель университетской стипендии первой степени за четыре семестра подряд, ведущий факультетских вечеров, умеющий играть в баскетбол и кататься на роликах, мастерски владеющий большинством видов спорта — куда бы ни заглянули соревнования или мероприятия, везде был он, общепризнанная знаменитость университета А.
Жуя блинчик, Линь Инянь кивнул в ответ:
— Привет.
Парень уже прошёл вперёд вместе с друзьями, но специально обернулся к нему:
— Я первокурсник, на прошлой неделе тоже записался в роллер-клуб, как-нибудь покатаемся вместе.
Линь Инянь великодушно ответил:
— Без проблем.
В его голове синхронно шёл анализ: он только что посмотрел на девушку, потом посмотрел на парня, и почему же всё оказалось совсем не так, как говорил Мэн Жань?
В его глазах красивые парни и красивые девушки ничем не отличались, и ни одна из категорий не вызывала у него какого-то особого притяжения.
Его плеча внезапно коснулась чужая рука, а два пальца привычно ухватили за подбородок, заставляя повернуть голову.
Перед глазами тотчас оказалось близкое лицо Бянь Юэ с его глубокими чертами.
Обхватив его за шею и прищурившись, Бянь Юэ спросил:
— И ради чего это всё? Ты, оказывается, ещё находишь настроение глазеть тут то на девчонок, то на младшекурсников?
Линь Инянь посмотрел в ответ, моргнул, и его сердце вдруг заколотилось чаще.
Рука на шее и близкое расстояние — в этом не было ничего нового, он давно к такому привык.
Но странность была в том, когда он вот так, в упор, посмотрел на Бянь Юэ: его привычные с детских лет брови, глаза, переносица и даже изгиб губ показались ему невероятно красивыми, да так, что хотелось смотреть ещё и ещё.
Мало того, из-за небольшой разницы в росте, стоило ему только повернуть голову, как прямо перед его глазами оказались губы Бянь Юэ. Он бессознательно уставился на них, и в груди мгновенно вспыхнуло пламя — вновь зародилось желание поцеловать.
Линь Инянь отвёл взгляд и поспешно отвернулся.
Его кадык судорожно дёрнулся, во рту пересохло — то ли от блинчика с травой, то ли от чего-то ещё.
Конец, подумал он.
Прекрасные девушки казались ему обычным явлением, красивые парни тоже не вызывали трепета — ему было абсолютно всё равно на кого смотреть.
Кроме Бянь Юэ.
Только не Бянь Юэ.
В глубине души Линь Инянь отчаянно взвыл: а-а-а-а, почему всё именно так!
Если это Бянь Юэ, то ему конец.
Линь Иняню даже не требовалось глубоко анализировать ситуацию — в голове мгновенно выстроилась цепочка логики и выводов:
Это не должен быть Бянь Юэ, и он не может им быть.
Влюбиться в Бянь Юэ означает крах.
Во-первых, Бянь Юэ прям как палка прямой.
Во-вторых, объект его чувств — Бянь Юэ, и что ему теперь делать?
Переделать Бянь Юэ? Он что, с ума сошёл?
Даже если у него хватит наглости попытаться, какова вероятность успеха?
Это же далеко не сто процентов, а вдруг выйдет только хуже — сможет ли он после такого продолжать общаться с ним как с другом?
Будь на месте Бянь Юэ обычный приятель, можно было бы и рискнуть: он всегда отличался смелостью, а ещё был ужасно азартным и не боялся проигрывать.
Если бы ничего не вышло и дружба закончилась, в худшем случае они стали бы чужими людьми.
Но это же Бянь Юэ.
Они росли вместе с самых пелёнок, учились в одних и тех же школах, их связь была крепче стали, а семьи дружили годами.
Много лет назад, когда они меняли жильё, их семьи даже переехали на один этаж и поселились дверь в дверь.
Если ничего не получится, сможет ли он и дальше оставаться лучшим другом Бянь Юэ?
И наконец...
В душе Линь Иняня катились градом две ручейки слёз: какое ещё наконец, он вообще не должен был испытывать романтических чувств к Бянь Юэ!
К чему все эти во-первых да во-вторых, копания в ориентации? Кто вообще захочет превращать дружбу с лучшим другом в любовные страдания?
С самого начала он не должен был поворачивать не туда.
Не свернул бы куда не надо — и никаких проблем!
И как его угораздило вляпаться?
Как вообще до этого дошло?!
Вернувшись в общеспальню, Линь Инянь сидел за столом под кроватью, уткнувшись лицом в столешницу. Выражение его лица было совершенно безжизненным: ни единой эмоции, взгляд расфокусирован — ну вылитая мёртвая рыба.
Все трое соседей по комнате молча наблюдали за ним.
http://bllate.org/book/31763/3878370
Готово:
