— Босс, этот гость заказал Панаму Эсмеральда Гейша с красной меткой, пуровер.
— О? — Ду Лин приподнял брови. — Тогда приготовь гостю.
Парень замялся:
— Тогда я...
Он смущенно потер руки о фартук и лишь затем повернулся искать зерна.
Дело было вовсе не в том, что он испугался — просто заказанный гостем кофе стоил невероятно дорого, три тысячи восемьсот за чашку.
Сами зерна были дорогими изначально, но цену в три тысячи восемьсот установили в день открытия, когда босс пригласил лично заварить кофе известного мастера.
Теперь мастера давно след и в помине не было, и хотя парень прошел обучение, ему впервые приходилось иметь дело с таким дорогим заказом, поэтому он немного нервничал.
— Раз уж пожаловал крупный босс, разумеется, нужно оказать лучший прием, — сказал Ду Лин. — Сяо Цзе, смело заваривай, у меня зерна много, не бойся, все, что не получится, запиши на мой счёт.
Хотя эти слова были адресованы парню, Ду Лин не сводил глаз с гостя. Он решительно направился к нему, открыто и без всякого смущения разглядывая посетителя.
Линь Луочэнь отвечал ему взглядом ничуть не смущаясь, кивнул и произнес:
— Спасибо. Если кофе окажется вкусным, буду заходить почаще.
— Вот и отлично, хоть поможете мне зерна израсходовать. Плохим у меня быть просто не может.
Линь Луочэнь скривил губы в подобии вежливой улыбки.
Однако эта улыбка, в которой совершенно не участвовали глаза, почему-то вызвала у Ду Лина беспричинное раздражение.
В самом Ду Лине чувствовался этакий небрежный налёт легкомысленного мажора, что создавало резкий контраст с правильными манерами Линь Луочэня и его властной аурой, источающей угрозу без единого повышений голоса.
Никто не знал, почему между ними вдруг вспыхнула такая напряженность.
Как раз в тот момент, когда Ду Лин уже собирался раскрыть личность собеседника, Линь Луочэнь неожиданно произнес:
— Здравствуйте, я Линь Луочэнь.
...Мало того что он сменил тему, так еще и зашел с козырей!
Ду Лин машинально нахмурился:
— Вы...
Он уже хотел выпалить, что тот и впрямь оказался тем самым по фамилии Линь! Но тут же сообразил, что так отвечать нельзя.
Будучи мастером перевоплощений, то и дело вращающимся в самых разных кругах, Ду Лин тут же сменил выражение лица и улыбнулся:
— Рад знакомству, господин Линь.
Линь Луочэнь спокойно посмотрел на владельца кофейни:
— Вы меня не знаете?
Ду Лин твердо прикинулся, что понятия не имеет, кто это такой:
— А я должен знать господина Линя?
На этот раз Линь Луочэнь промолчал.
Он был высок и легко откинулся назад, устроившись на вращающемся стуле у барной стойки. Его движения были изящны и свободны. Под звуки того, как бариста по имени Сяо Цзе начал молоть зерна, Линь Луочэнь снова едва заметно улыбнулся:
— Слышал, из-за того, что сын владельца Ду пришел сюда поиграть, вы решили сделать скидку на весь кофе. Интересно, какую скидку получите моя чашка?
Разговаривая с пареньком, Линь Луочэнь уже успел узнать, что хозяина заведения зовут Ду.
Ду Лин же мысленно извергал проклятия. Он думал: у этого поганого мужика, чуть не доведшего Вэй Жаня до гибели, куры денег не клюют, не так ли этот тип совсем недавно с помпой выкупил несколько крупных североамериканских теле- и радиовещательных платформ? Ему и три тысячи восемьсот за чашку — копейки, так он еще и скидку просит?!
Но, бросив взгляд в сторону Дуду, Ду Лин просто положил руку на плечо малыша, заявляя свои права:
— Да уж, мой сын сегодня в хорошем настроении, я действительно говорил, что будет скидка.
Зрачки Линь Луочэня слегка сузились, и он снова перевел взгляд на Дуду, стоявшего рядом с боссом Ду.
Дуду перевел взгляд с папы Ду на незнакомого дядю и совершенно не понимал, что происходит.
Пальцы Линь Луочэня, лежавшие на барной стойке, согнулись и незаметно сжались в кулак.
В этот момент Ду Лин почувствовал странное злорадство и нарочно спросил:
— И как по мнению господина Линя, какую скидку мне следует сделать на его чашку?
Он хотел, чтобы Линь Луочэнь назвал цену сам — ему не терпелось посмотреть, насколько у того толстая кожа, а заодно проверить масштаб личности собеседника.
Однако Линь Луочэнь ничего не ответил.
Он поднял руку и отсканировал QR-код для оплаты на краю стойки. Спустя пару секунд из глубины забаррикадированной стойки раздался механический женский голос:
[Поступление на Алипэй: восемь тысяч восемьсот юаней.]
Посетители, оставшиеся в кофейне, тут же уставились на стойку, гадая, что же это за кофе такой по восемь с лишним тысяч за чашку?!
А стоявший на месте Дуду от удивления разинул рот —
Восемь тысяч восемьсот.
Казалось, это просто огромная-огромная гора денег?
Ду Лин: [...]
Черт, дал ему покрасоваться!
Ду Лин вдруг немного пожалел, что не сделал кофе бесплатным — перед Дуду это показало бы, что этот мужчина просто не может позволить себе зерна из поместья Эсмеральда...
Линь Луочэнь уже заговорил, его голос звучал ровно:
— Излишек — это подарок при встрече для Дуду.
Его рука, лежавшая на барной стойке, сначала сжалась в кулак, а затем пальцы снова легко распрямились. Внешне ничего не изменилось, но вся его аура стала еще более расслабленной и непринужденной, чем мгновение назад.
От него веяло полным спокойствием и уверенностью.
— Малыш очень милый.
— [...]
Ду Лин разозлился еще сильнее.
Тот мужчина, должно быть, не узнавал его в лицо, но Ду Лин уже давно мечтал проучить этого человека за Вэй Жаня.
— Судя по костюму господина Линя, вы, полагаю, занимаете по меньшей мере... должность вице-президента?
Ходили слухи, что первую работу Линь Луочэня в финансовой сфере получила благодаря тому, что его, свалившегося как снег на голову, назначили генеральным директором в крупной зарубежной корпорации. Сам он в своей жизни еще никогда не опускался до такой низкой позиции, как вице-президент.
Ду Лин сказал это намеренно.
А уж как это понимать — личное дело человека по фамилии Линь.
Однако Линь Луочэнь лишь снова усмехнулся. Мало того что его это ничуть не задело, он даже ответил:
— Судя по реакции господина Ду, вы все-таки обо мне слышали.
Линь Луочэнь практически с полной уверенностью произнес:
— Родной отец Дуду рассказал вам.
Ду Лин: «?!»
Линь Луочэнь сидел с абсолютно невозмутимым видом, однако, заметив всю гамму реакций на лице Ду Лина, не смог сдержать порыва и снова сжал кулак так, что на тыльной стороне ладони вздулись вены.
Вэй Жань упоминал о нем кому-то другому.
И раз уж Вэй Жань мог говорить о нем с кем-то... значит ли это...
Подумав об этом, Линь Луочэнь внезапно вздрогнул и опустил веки.
— Круглая маленькая ручонка легла ему на колено.
Дуду задрал свою арбузную головку:
— Дядя, а ты знаешь моего папу?
Автор пишет:
Пухлые ручки Дуду: [сердечко]
По-прежнему разыгрываю 20 красных конвертов~
Глава 9
Маленькая ладошка, легшая на колено, была мягкой, но от нее исходило немало тепла.
Линь Луочэнь опустил взгляд: сын Вэй Жаня смотрел на него снизу вверх, и от этого на пухлых детских щечках заметно подрагивали ямочки.
...
Линь Луочэнь:
— Дядя, можно сказать, знает твоего папу.
Дуду моргнул:
— Очень много людей знают моего папу.
Ресницы Линь Луочэня снова дрогнули:
— Угу.
Дуду склонил голову набок:
— Но дядя имеет в виду, что папа тоже знает тебя, да?
— [...]
Линь Луочэнь обнаружил, что у сына Вэй Жаня отлично развита логика.
Разве все четырехлетние дети такие умные?
Взгляд Линь Луочэня чуть сместился.
Его собственный маленький племянник, кажется, был далеко не так умен.
При неярком свете кофейни двое — взрослый и ребенок — молча смотрели друг на друга.
В глазах Дуду не было ни капли страха перед взрослым, напротив, они излучали любопытство и жажду исследований.
Линь Луочэнь: [...]
Он сглотнул слюну. Человек, чье красноречие заставало врасплох за любым столом переговоров, редко оказывался в ситуации, когда он не знал, как ответить на вопрос.
Кофе, приготовленный пареньком в пуровере, был готов. Тот со страхом и трепетом поставил чашку на стол, наконец-то разорвав тишину.
В тот же миг Ду Лин подскочил, подхватил Дуду на руки и собрался уходить.
— Ну всё, Дуду, папа Ду ведет тебя играть.
Поразмыслив как следует, Ду Лин решил, что безопаснее всего будет проигнорировать слова Линь Луочэня.
И больше нельзя подпускать к нему Дуду!
...И нечего просто так винить Вэй Жаня в том, что тот позволил обмануть свое тело и сердце.
Ведь он сам чуть не прокололся.
Сейчас Ду Лин внешне сохранял невозмутимость — вид у него был такой, будто он понятия не имеет, о чем речь, и вовсе не собирается общаться с Линь Луочэнем, — однако в душе он панически метался.
Унося Дуду подальше, Ду Лин тут же отправил сообщение агенту Вэй Жаня: [А-а-а! Он появился! Человек по фамилии Линь объявился!]
Цзи Янъюн: [?]
Ду Лин не рискнул отправлять голосовое, поэтому тут же строчил вразнобой текстовые сообщения, коротко пересказывая только что произошедшее.
Ду Лин: [Ты говоришь, что этот бесстыдник имеет в виду? Неужели он догадался, что Дуду его... Иначе с чего бы ему вдруг заявляться сюда? Да еще и у входа стал приставать к Дуду с расспросами!]
Агент Вэй Жаня ответил быстро: [Линь, возможно, просто заглянул ненадолго. Пока не говори об этом Вэй Жаню.]
Ду Лин: [Но он говорит сплошными колкостями! К тому же Дуду его видел, и, кажется, малыш проявил к нему заметный интерес!]
Цзи Янъюн: [...]
Дуду действительно проявил некоторый интерес к тому дяде с исключительно длинными ногами.
Ему снова вотнули в рот трубочку от сока, и хотя малышу приходилось обнимать стакан обеими ручонками и изо всех сил тянуть, чтобы добыть хоть каплю сока — кроха старался изо всех сил, —
Дуду всё равно то и дело бросал взгляды на дядю у барной стойки.
Ду Лин даже начал ревновать и тут же поднял руку, заслоняя ребенку обзор:
— На что это Дуду смотрит? Разве Дуду больше не любит папу Ду?
— Мм? — даже оставшись без обзора, Дуду не растерялся. Обхватив стакан с соком, малыш надул щеки и сделал мощнейший глоток! После чего привычно выдал: — Нить оу.
— Дуду очен либит папу Ду. — Человеческий детеныш ни за что не забыл бы утешить взрослого.
Ду Лин: [...]
В то же время Ду Лин отчетливо чувствовал, что Линь Луочэнь тоже следит за ними.
В его сердце зазвучали тревожные звоночки, и Ду Лин уже не был уверен в своей способности выяснить, что на уме у этого типа по фамилии Линь. Интуитивно он чувствовал одно: нельзя позволять Дуду оставаться с этим человеком в одном пространстве.
— Дуду, пойдем с папой покормим Боба, Бобу уже пора обедать.
— Тэ? — услышав имя Боба, Дуду склонил голову: — Но братик сказал, что в обед Боб уже поел...
— ...Для такой собаки полдник — это жизненно необходимая часть собачьей жизни, которой нужно наслаждаться.
http://bllate.org/book/31754/3877207
Готово:
