Цяо Цинъяо посчитал, что они оба друг друга знают, и уже повернулся, чтобы уйти, но не успел сделать и двух шагов, как чья-то рука схватила его за одежду.
Рубашка натянулась, обнажая уголок крепкого, подтянутого тела. Проследив за смятой тканью, Цяо Цинъяо посмотрел на обладателя руки.
Цяо Лю заботливо предупредила Цзо Юня:
— Эм… Тебе лучше не трогать его. У него в последнее время развилась реакция на физический контакт, смотри, как бы не врезал.
Цзо Юнь не придаил этому особого значения и продолжал тянуть Цяо Цинъяо за одежду:
— Выйди, мне нужно поговорить с тобой с глазу на глаз.
Цяо Цинъяо не сдвинулся с места, и Цяо Лю оставалось лишь с разочарованным видом уступить им двоим пространство. Она вернулась в комнату и закрыла дверь — хотя Цяо Цинъяо не последовал за ней наружу, это действительно дало им возможность остаться наедине.
Цзо Юнь разжал руку. Не зная, с чего начать, он растерянно перевёл взгляд на раскрытую картонную коробку в коридоре. Глаза Цзо Юня округлились:
— Ты что, решил вот так просто выбросить весь его мерч?!
Цяо Цинъяо не смотрел на него. Дом Цяо Мэнчжэня находился на первом этаже, а прилегающая территория была превращена в небольшой дворик. Вэнь Янь любила уют: вдоль перил она посадила вьюнки, чьи стебли причудливо оплетали железную решётку. И хотя сейчас они засохли, это не мешало им сплетаться в сплошную зелёную стену, которая скрывала застрявших здесь хозяина и гостя, позволяя мужчине по ту сторону изгороди не проявлять бдительности. Цяо Сунлинь припарковал машину у обочины на узком парковочном месте, вылез из салона, зажав в ухе телефон, и закурил сигарету. Сизый дым рассеивался в воздухе. Он не собирался заходить домой — лишь расхаживал взад и вперед на месте, разговаривая вполголоса.
В клубах дыма сквозило глухое раздражение.
Тем временем Цзо Юнь, закончив говорить, не сдержался и ворвался в дом. Присев на корточках перед картонной коробкой, он с невыразимой горечью во взгляде безмолвно смахнул пыль и грязь с музыкальных альбомов, в то время как Цяо Цинъяо смотрел в окно. Эти двое вели себя на редкость слаженно, совершенно не мешая друг другу.
Потиравшись какое-то время у коробки, Цзо Юнь вдруг вспомнил, зачем вообще пришёл к Цяо Цинъяо, резко выпрямился и развернулся:
— Цяо Мэнчжэнь, я пришёл извиниться перед тобой, но вовсе не для того, чтобы мириться. Я считаю, что дружить мне с тобой или нет, и то, что мой друг тебя избил — это совершенно разные вещи. За последние несколько месяцев я всё обдумал: вне зависимости от того, кто был прав, мы не должны были распускать руки. В прошлый раз я был неправ, прост… Ой!
Полный решимости и боевого задора, он нёсся вперед и сыпал словами, как из рога изобилия, но чья-то рука намертво зажала ему рот.
Губы Цзо Юня были тёплыми и влажными, а рука Цяо Цинъяо — ледяной.
Дыхание и эмоции смешались между пальцами.
Цяо Цинъяо действительно не мог разобрать шёпот Цяо Сунлиня, поэтому ему пришлось поднять руку, чтобы заставить Цзо Юня замолчать. Он даже не оборачивался, застыв на месте. Цяо Сунлинь в поле его зрения тяжело вздыхал, выглядя угрюмым и несчастным.
Его голос то затихал, то приближался, становясь неразборчивым.
……
— Я помню, никогда не забывал. Мы же договаривались вернуть долг тремя частями, разве я хоть раз затягивал первые две? Просто сейчас действительно особые обстоятельства.
— Твою мать, да ты же знаешь, что мой сын чуть не погиб в автокатастрофе! Месяцами лежал в больнице, и деньги уходят на каждом шагу. Я ведь ещё даже не просил тебя помочь финансово, с какой стати ты затеваешь всю эту возню именно сейчас? Ты забыл, кто привел тебя в этот бизнес? Если бы не я, откуда у тебя сегодня взялась бы команда?
— Ой, всё, я понял. Максимум через неделю обязательно тебе отдам.
— Я у порога дома, давай не будем. Погоди, у меня последняя просьба: Чжан Вэй, ты можешь в следующий раз не звонить мне, когда играешь в фрисби? Тебе вибрация по барабану, а меня от неё воротит, блин!
Цяо Сунлинь повесил трубку, понуро опустил голову и затушил окурок о землю.
Цяо Цинъяо отступил на шаг назад и закрыл дверь, и только тогда сообразил, что всё еще прикрывает чужой рот. Он убрал руку, обнажив покрасневшее лицо, похожее на созревший под ладонью фрукт.
Цзо Юнь покраснел. Обычно его не волновало, если приходилось вместе с парнями мочиться или мыться в бане, и даже когда Цяо Мэнчжэнь давным-давно разделся перед ним догола, это не вызвало у него ни единой эмоции. Но сейчас он почему-то чувствовал себя странно и неуютно, испытывая одновременно испуг и смущение: Цяо Мэнчжэнь вдруг стал таким аккуратным и приятно пахнущим, прямо как те девушки, к которым Цзо Юнь обычно испытывал симпатию. И подумать только, от взрослого парня исходит парфюм — ну просто бесстыдство.
В темном коридоре Цяо Цинъяо по-прежнему не мог разглядеть лица собеседника, лишь смутно и отрешенно глядя на него, попутно с брезгливым выражением вытирая руки о чужую одежду.
Цяо Лю сидела у компьютера, вглядываясь в текст песни. Музыка лилась рекой, слова всплывали на экране, и голос Цяо Цинъяо из проигрывателя пел:
Король обнажает свой меч,
Король срезает фрезию.
В дыму пороха любовь так нежна и прелестна.
Солнце и луна,
Черепа и сердца —
То место, где я снова люблю тебя.
……
За дверью Цяо Сунлинь уже вошел во двор. Цяо Цинъяо посмотрел на аккуратно сложенный в коробке мерч и внезапно вспомнил имя владельца посылки.
До него дошло:
— Цзо Юнь?
В коридоре не было ни окон, ни света, и в полумраке лицо Цзо Юня по-прежнему едва просматривалось. Но вместе с дверью, которую распахнул Цяо Сунлинь, хлынувший внутрь свет пал словно рука, раздергивающая тяжелые занавеси и приподнимающая вуаль с лица красавицы.
Их взгляды встретились, и кто-то первым признал поражение. Цзо Юнь опустил глаза на пустоту, заметив крошечную родинку на своем слезовике:
— Если у тебя хватает духу игнорировать меня вечно, так какого чёрта ты вдруг снова меня окликнул?
В памяти не переставали колыхаться воспоминания, а твои глаза всё метались, пытаясь ускользнуть.
Дыхание Цяо Цинъяо на мгновение замерло.
Глава 9
Войдя в дом, Цяо Сунлинь замер при виде двоих молодых людей.
Цзо Юнь торопливо проявил базовую вежливость:
— Здравствуйте, дядя.
На губах Цяо Сунлиня появилась легкая улыбка, пока он снимал куртку и вешал ее на железный крючок за дверью:
— Ты, должно быть, хороший друг Мэнчжэня? Мы встречаемся впервые, оставайся сегодня поужинать с нами.
Цзо Юнь поспешно замахал руками:
— Не… Нет, не стоит…
— Не церемонись, будь как дома. Твоя тетя готовит потрясающе, оставайся, обязательно оставайся! Тем более, я впервые вижу друга Мэнчжэня, он ведь раньше никогда никого не приводил домой. И надо же, после того как этот парень побывал в аварии и чуть не погиб, вернувшись буквально с того света, он совершенно изменился в характере, преподнося мне сюрприз за сюрпризом…
Цзо Юнь опешил, издав удивленный звук, но не стал ничего раскрывать и торопливо посмотрел на Цяо Цинъяо.
Тот смотрел на него отрешенным взглядом.
В этот момент Цяо Сунлинь протянул Цяо Цинъяо пластиковый пакет:
— Купил для тебя: поливитамины и рыбий жир. Мать говорит, ты плохо ешь, боится, что у тебя будет авитаминоз. Велел взять с собой в школу.
http://bllate.org/book/31739/3874932
Готово:
