Они хотели сбросить недосягаемый цветок с пьедестала, но Се Юньфан непременно желал оставить его на вершине, откуда тот сможет смотреть свысока на всех этих презренных людишек.
Се Юньфан не хотел рассказывать Сяо Ю о своем раке. Сама операция и послеоперационное восстановление заняли бы около двух недель, и ему было бы неудобно показываться на людях. Однако за эти полторы недели с Сяо Ю должны были произойти кое-какие события.
Поскольку первоначальный владелец тела отправился на операцию, Ю Цансу получил несколько дней передышки. Разобравшись со всеми делами бабушки, он вернулся в университет.
Хотя ему пока не давали ролей, как самому молодому обладателю кинопремии, его стартовая позиция была намного выше, чем у остальных сокурсников. В университете он по праву считался заметной фигурой, и преподаватели его очень любили.
Неизвестно почему, но на студенческом форуме поползли слухи о том, что он находится на содержании у влиятельного покровителя. Утверждалось — в том числе, — что он, будучи кинозвездой, не снимается в кино лишь потому, что спонсор ему запрещает.
То, что он то и дело пропадал из университета, объяснялось тем, что его вызывал покровитель.
А с сокурсниками он не общался исключительно потому, что покровитель опять-таки запрещал это делать.
Ю Цансу не имел ни малейшего понятия об этих сплетнях, и к тому времени, как соседи по комнате не выдержали и робко открыли ему правду, слухи уже распространились с невероятной силой.
В результате Ю Цансу лишился возможности поступить в магистратуру без экзаменов.
Ю Цансу хотел продолжить учебу, но из-за острой потребности в деньгах он уже был готов отказаться от этой привилегии. И всё же он никак не ожидал, что из-за подобных инцидентов его насильно лишат квоты на льготное поступление.
Поначалу некоторые студенты и преподаватели этому не верили, но позже, когда первоначальный владелец тела пришел в университет разыскать его, да и вдобавок к этому всплыли другие обстоятельства...
Репутация Ю Цансу в стенах учебного заведения оказалась окончательно испорчена. Те взгляды, в которых раньше читались благоговение и зависть, один за другим сменились на презрение, а обожавшие его преподаватели разочаровались в нем.
Се Юньфан не собирался вмешиваться лично, но он не собирался терпеть происходящее.
*
— Сяо Ю, я тут уезжаю по делам на несколько дней, меня не будет дома. Если что-то понадобится, связывайся с Сяо Ли — отныне она будет твоим личным помощником.
Ю Цансу слегка растерянно переспросил:
— Моим помощником?
— Верно. Что такое? У тебя сложилось плохое впечатление о Сяо Ли?
— Нет, просто... раз госпожа Ли стала моим помощником, то кто же будет помогать вам?
Се Юньфан улыбнулся:
— Не переживай, она у меня не единственная помощница. У Сяо Ли отличные навыки, так что поручай ей любые дела.
— Не стоит, господин Се, я ведь всё равно пока нигде не снимаюсь. Разве назначать мисс Ли моим помощником не значит растрачивать ценные кадры?
— Не беспокойся, работы у тебя нет только сейчас. Без работы ты не останешься.
Работы? Ю Цансу не сразу сообразил, о чем речь, но волна радости уже захлестнула его сознание:
— Правда?
— Конечно, — Се Юньфан улыбнулся и внимательно оглядел Ю Цансу. — Я уже говорил: ты — прекраснейшее произведение искусства, рожденный творец, и твое место на съемочной площадке.
— Чем больше ролей, тем лучше.
Се Юньфан был известнейшим киноинвестором — человеком состоятельным, обладающим связями и безупречным вкусом.
Раз уж он это сказал, то в будущем у Ю Цансу не возникнет никаких проблем с новыми проектами.
— Разумеется, я не позволю тебе сниматься во всякой штамповке ради легких денег. Я постараюсь обеспечить максимальное качество съемочной группы, но сможешь ли ты ручаться за собственное актерское мастерство? — мягко поинтересовался Се Юньфан.
Ю Цансу ответил без промедления, словно боялся, что если хоть немного замешкается, Се Юньфан тут же возьмет свои слова обратно:
— Смогу. Я обязательно буду стараться изо всех сил, чтобы не разочаровать господина Се.
— Хорошо, — Се Юньфан улыбнулся. — Я верю в тебя.
— Мы еще не определились с агентом, я подыщу кого-нибудь со временем. Если у тебя есть на примете подходящий человек, можешь сказать мне.
Ю Цансу покачал головой, но никого назвать не мог: он был свободным агентом, никаких контрактов с компаниями не подписывал, а потому слабо разбирался в сфере менеджмента.
— Я доверяю выбору господина Се.
Се Юньфан приподнял брови:
— Надо же, какой послушный? Не боишься, что я тебя продам и выручу деньги?
Видя, что Сяо Ю молчит, он снова спросил:
— И правда не боишься?
Ю Цансу улыбнулся:
— Сначала, наверное, боялся бы, но теперь — нет. Вы уже вложили в меня столько средств и сил. Если продадите, разве это не будет означать убыточную сделку?
— Не ожидал, что у тебя есть коммерческая жилка. Теперь я могу быть спокоен, — усмехнулся Се Юньфан.
— Впрочем, об этом рано говорить, — тут же сменил тему Се Юньфан.
Ю Цансу испугался, как бы тот не передумал.
— Сначала тебе нужно как следует залечить травмы. У тебя хорошая физическая форма, но не хватает профессиональной подготовки. В дальнейшем придется много тренироваться, так что настраивайся заранее и не смей лениться в других аспектах.
— Вы абсолютно правы, господин Се, я буду слушать вас во всем.
— Отлично, — Се Юньфан улыбнулся. — Только ты всё время обращаешься ко мне на вы, не устал?
— Я... я просто хочу выразить свое уважение.
Се Юньфан слегка кивнул:
— Понимаю, но мне это не нравится.
— Понял, тогда больше не буду использовать это обращение.
Поколебавшись немного, Ю Цансу всё же спросил:
— Господин Се, а... а можно мне вернуться в университет? Хотя преподаватели у нас не слишком строго следят за посещаемостью, из-за частых прогулов меня могут отчислить за неуспеваемость.
Се Юньфан вскинул брови, изобразив крайнее удивление.
— С чего это тебе вдруг такое в голову пришло?
— Разве... разве нельзя?
Се Юньфан улыбнулся:
— Почему же нельзя? Мне просто любопытно, с чего ты решил, будто я буду против твоего возвращения в университет? Разве я хоть в чем-то тебя ограничивал? Если бы ты сам не заговорил об учебе, я бы решил, что у тебя в институте просто каникулы.
Вот как... неужели всё обстоит именно так?
Ю Цансу опешил. Он-то думал, что господин Се запрещает ему выходить из дома, но тот, оказывается, даже не задумывался об этом.
Если подумать, господин Се действительно прямо не запрещал ему покидать стены дома. Просто в самый первый день пригрозил, что может запереть его здесь на неопределенный срок.
— Разве господин Се не говорил, что может запереть меня дома, и никто обо мне не вспомнит и за полмесяца?
Се Юньфан рассмеялся и протянул руку, чтобы коснуться лба юноши:
— Температуры нет, с чего ты тогда несешь такую чушь? Тогда ты меня стукнул, я был вне себя от злости, вот и бросил угрозу со зла. Ты что, принял это всерьез?
— Хочешь вернуться в университет — возвращайся. Захочешь потом пожить в общежитии — живи там, захочешь вернуться сюда — возвращайся сюда, я тебя не держу.
Ю Цансу невольно засомневался: неужели он действительно всё не так понял?
Номер 111 наблюдал за тем, как Ю Цансу успешно поддался на уговоры его хозяина, и не удержался от мыслей: как хорошо, что его подопечному досталась Система спасения недосягаемого цветка, а достанься ему Система роли коварного негодяя — сколько бы тогда чистых юных сердец оказалось растоптано?
Глава 8
Больница Жэньай.
Главврач Ван и несколько ведущих докторов уже были полностью готовы, остальные отделения также перевели в режим повышенной готовности, чтобы при возникждении любых непредвиденных обстоятельств можно было оперативно принять меры.
Се Юньфан уладил все вопросы, которые требовали организации, лег на больничную койку, и его ввезли в операционную.
Действие наркоза постепенно усиливалось, и сознание Се Юньфана стало затуманиваться.
Наблюдавший за всем из тени номер 111 тяжело вздохнуло: множество функций его операционного интерфейса оказались недоступны по неизвестной, странной причине. А ведь при технологическом уровне других миров у него еще оставалась надежда вылечить хозяина.
Может, спросить у Главного Бога?
Эта мысль мелькнула в голове номера 111, но тут же была им отвергнута: ладно, пожалуй, не стоит беспокоить Главного Бога.
Болезнь хозяина досталась тому от прежнего владельца тела и являлась неотъемлемым ограничением этого мира. Даже если обратиться к Главному Богу, тот всё равно не сможет пойти против воли мировой линии.
Оставалось лишь надеяться, что хозяин сможет прожить как можно дольше, QAQ.
Система усердно принялась шарить в поисках хоть каких-нибудь прав на отключение болевых ощущений.
*
Театральный институт.
Ю Цансу вежливо отклонил предложение помощницы Ли сопровождать его повсюду:
— Мисс Ли, правда, не стоит. Я просто иду на пары, ничего особенного.
Ли Ли моргнула и улыбнулась:
— Разве это дело? Получать зарплату и ничего не делать — не значит ли это просто так тратить деньги господина Се?
— Если вы будете ходить за мной по пятам, мне станет только неловко, — виновато улыбнулся Ю Цансу.
— Вот как... Тогда я подожду тебя в студенческой столовой. Как закончатся занятия, я подойду. Господин Се снял для тебя апартаменты недалеко от института, я отведу тебя посмотреть.
— Хорошо.
Такой план нельзя было назвать не продуманным: в общежитиях кровати совмещены со столами, жить там неудобно, да и господину Се будет проще заехать при необходимости.
Мысленно отметил про себя Ю Цансу.
— Если что-то понадобится, звони. И прекращай называть меня мисс Ли, договорились?
— Тогда...
— Тебе ведь двадцать, верно? Я старше на семь лет, так что можешь звать меня просто сестрица Ли Ли.
— Хорошо, сестрица Ли Ли, — улыбнулся Ю Цансу. — Тогда в дальнейшем рассчитываю на вашу заботу.
— О какой заботе речь, теперь ведь ты мой начальник! Скорее, это я прошу тебя снисходительнее относиться к моим возможным ошибкам. Поскольку у тебя пока нет личного помощника по бытовым вопросам, с любыми проблемами — будь то карьера или повседневная жизнь — можешь обращаться ко мне, я во всем помогу разобраться.
Ли Ли не зря была помощницей Се Юньфана, женщина она была не простая. Получив внезапное указание стать ассистентом Ю Цансу, она хоть и удивилась, но не увидела в этом ничего неприемлемого.
Все мы наемные работники, какая разница, на кого пахать?
К тому же господин Се увеличил ей зарплату вдвое. Ю Цансу в прошлом завоевывал титул кинозвезды, с актерским мастерством у него проблем не было, а теперь за его спиной стоял еще и сам господин Се, так что дальнейший путь в киноиндустрии обещал быть гладким.
Она тоже верила в перспективное будущее Ю Цансу.
Разговаривая, они дошли до институтской столовой, и Ли Ли, попрощавшись, скрылась внутри.
Ю Цансу медленно покатил свое кресло вперед. Дорожки в кампусе были ровными, передвигаться на коляске труда не составляло. Не успел он проехать и десятка метров, как к нему, тяжело дыша, подбежал сосед по комнате.
— Брат Ю, несколько дней тебя не видел, думал, ты на съемки уехал, а что с твоей ногой? — удивленно спросил Юй Хэфэн. Среди однокурсников отношения у них были вполне неплохими.
— Не повезло, попал в небольшую аварию. Ничего страшного, просто трещина в кости, врач велел наложить гипс, чтобы быстрее срослось.
— Давай я подтолкну тебя до учебного корпуса. Кстати, та девушка, что шла впереди, она из нашего института? Ты завел девушку?
http://bllate.org/book/31712/3871117
Готово:
