Се Тинъань почти сразу догадался, что эти цифры связаны с состоянием здоровья окружающих. Оглядевшись, он заметил, что у большинства людей они окрашены в зеленый цвет, однако у одного из молодых людей число над головой светилось оранжевым.
Не успел он додумать эту мысль, как снова посмотрел на парня, лежащего на полу, и увидел, что цифра 41 над его головой сменила зеленый цвет на розовый.
Все произошло на глазах у Се Тинъаня. Изменения происходили столь стремительно, что он не успел толком ничего понять.
— Сходи принеси мне льда, — Се Юйжунь сунул чаевые официанту и, слегка поморщившись от боли, потер веко. Подняв глаза на брата, он с удивлением обнаружил, что тот смотрит вовсе не на него, а не отрываясь следит за парнем, которого только что вырубили.
Се Юйжуня это почему-то разозлило. Он подошел и пнул парня еще пару раз, и из кармана того выпал небольшой пакетик с таблетками.
— Это еще что? — Се Юйжунь с недоумением поднял находку. Взгляд Се Тинъаня дрогнул. Почти мгновенно осознав, в чем дело, он поднялся и вышел из банкетного зала.
***
Сегодня вечером в клубе ожидали важного гостя, и управляющий дал строгие указания: помимо официантов, обслуживающих зал, снаружи должны дежурить еще двое, на случай, если что-то понадобится.
Даже если официантам внутри приказывали удалиться, им не разрешалось отдыхать — они должны были ждать у дверей, чтобы внутри всегда был персонал.
Гу Минчэнь тихо вышел, прикрыл звукоизоляционную дверь и встал неподалеку от двух парней, расставленных управляющим. Оба были местными звездами: рост, внешность — придраться не к чему.
Гу Минчэнь сохранял молчание, держась на расстоянии.
Звукоизоляция работала отлично, снаружи почти ничего не было слышно. Вскоре подошла группа из четырех-пяти местных «принцев», которые, переговариваясь и посмеиваясь, начали расспрашивать дежурных официантов о том, кто же там внутри.
Узнав, что гостя принимал лично управляющий, они почуяли возможность и тоже остались ждать у дверей. Они украдкой поправляли одежду и прически, а коридор заполнился смесью тяжелых парфюмерных ароматов.
Гу Минчэнь слегка приподнял веки, оценивая их фигуры и макияж.
— Эй, отойди-ка немного в сторону.
Один из них обратился к Гу Минчэню. Он был экспертом в таких делах и точно знал: место, где стоял этот официант, было самым заметным для тех, кто выйдет из зала.
— Эй, ты что, оглох?!
Вопрос повторился дважды, но официант словно ничего не слышал. Парень закатил глаза и, подавив раздражение, вытащил из кошелька розовую купюру, протягивая ее Гу Минчэню.
— Подвинься!
Гу Минчэнь смотрел куда-то в сторону, лицо его оставалось холодным, никакой реакции не последовало.
— Лучше не трать на него время, — бросил стоявший рядом официант, косясь на коллегу. — Раньше он был настоящим господином, привык к большим деньгам, на такие гроши даже не посмотрит.
— О, настоящий господин? — насмешливые взгляды нескольких парней скрестились на Гу Минчэне, они едва сдерживали смех. — Что это еще за господин такой? Играешь с нами в богатых и бедных?
— Не знаю, насколько он был богат, — с издевкой отозвался официант у дверей, с презрением оглядывая холодное лицо новенького. — Знаю только одно: упавший феникс хуже курицы.
Официант явно намекал на что-то большее. Парни еще немного посмеялись, но, видя, что тот не оправдывается и даже не пытается ничего объяснить, оставаясь холодным, как кусок льда, быстро потеряли интерес к насмешкам.
Поняв, что деньгами ничего не добиться, один из них решил просто вытеснить Гу Минчэня плечом. Он напрягся так, что заходили желваки, но человек рядом не шелохнулся ни на миллиметр. Если бы не складки на его рубашке, можно было подумать, что перед ними каменный столб!
Пыхтя от усилий, парень вдруг задумался: неужели этот тип тоже хочет пробиться наверх?
Он внимательно изучил лицо Гу Минчэня. Оно было, безусловно, выдающимся: на лбу выступили капельки пота от жары, но дешевая рубашка была застегнута на самую верхнюю пуговицу. Выражение лица — холодное, отстраненное, с налетом инея, словно он страдал от ранней ледяной холодности к плотским утехам.
Придя к выводу, что такой человек слишком горд, чтобы унижаться ради внимания, парень немного успокоился.
Вдруг звукоизоляционная дверь открылась.
Все в коридоре инстинктивно вытянулись. Увидев, кто вышел, дежурные официанты первыми бросились вперед, полные подобострастного усердия:
— Генеральный директор Се, что вам угодно?
Се Тинъань не ответил. Он обвел взглядом коридор, быстро прошел мимо разочарованных официантов, чьи лица расплылись в самых услужливых улыбках, и сразу нашел взглядом Гу Минчэня, который стоял, прислонившись к стене. Над головой последнего светилось розовое число 91. Гу Минчэнь тяжело дышал, а на лбу проступил легкий пот.
Высокий показатель здоровья.
Се Тинъань подошел к нему. Гу Минчэнь едва держался на ногах, и Се Тинъань машинально подхватил его. Заметив, как покраснели уши и щеки парня, он перевел взгляд на другой банкетный зал неподалеку.
— Тот зал свободен?
— Да, генеральный директор Се, — официанты изо всех сил старались сохранить невозмутимые лица, хотя зубы у них едва не скрипели. Они поспешно открыли дверь, с изумлением наблюдая, как их большой босс ведет новенького внутрь.
Когда дверь закрылась, все остались стоять в шоке, переглядываясь друг с другом.
Это что еще за новый трюк?!
Се Тинъань, придерживая Гу Минчэня, включил свет и усадил его на диван. Пинком пододвинув мусорное ведро, он отправил сообщение личному врачу, а затем, отложив телефон, посмотрел на Гу Минчэня, который отрешенно смотрел в корзину.
— В вино, что ты пил, подмешали наркотик, — Се Тинъань стоял рядом, глядя сверху вниз с невозмутимым спокойствием. — Вырви это.
Услышав голос, Гу Минчэнь с трудом поднял голову. Его темно-синие глаза затуманились, он уставился на серебряный зажим для галстука, который мягко поблескивал в свете ламп.
Поняв, что сознание Гу Минчэня почти угасло, Се Тинъань слегка прищурился, а на губах его появилась неопределенная улыбка.
Гу Минчэнь видел, как человек перед ним достал влажную салфетку и принялся тщательно вытирать длинные пальцы. Движения были такими, будто он очищал предмет роскоши; после салфетки на коже остался влажный след, который мгновенно испарился, оставив лишь безупречно белую кожу.
Сев рядом, Се Тинъань вспомнил сцену из воспоминаний — стебель розы, проникающий глубоко в рот.
Струнные переливы все еще звчали в ушах. Се Тинъань сжал подбородок Гу Минчэня, встретившись с его холодным, потерянным взглядом, и, разжав его губы своими длинными пальцами, проник внутрь.
Он увидел, как взгляд Гу Минчэня изменился, словно на мгновение прояснился, но тут же захлебнулся волной дурмана. Глаза парня закрылись, длинные ресницы скрыли дрожащий ледяной блеск.
Се Тинъань решил, что достаточно. Он слегка потянул пальцем, заставляя парня дернуться и замереть, и быстро отстранился. Гу Минчэнь резко согнулся и долго не мог выпрямиться, склонившись над мусорным ведром.
Се Тинъань молча наблюдал за ним. Когда Гу Минчэня перестало рвать, он обессиленно поднял голову, покрытую испариной.
Се Тинъань слегка улыбнулся и протянул руку, стирая с этого молодого, холодного, как иней, лица капли жидкости, попавшие на пальцы.
Гу Минчэнь смотрел прямо перед собой, его глаза подернулись туманом из-за действия препарата, а мочки ушей покраснели так, будто вот-вот должны были лопнуть.
Из-за случившегося пара пуговиц на его дешевой белой рубашке оторвалась. Се Тинъань бросил взгляд на число над головой — бледно-розовое 90: значит, действие наркотика еще не прошло.
За те годы, что он управлял Семьей Се, Се Тинъань набрался опыта в подобных делах. Он встал, достал из шкафчика несколько бутылок импортной минеральной воды, открутил крышки и начал одну за другой вливать воду в рот Гу Минчэня.
Гу Минчэнь запрокинул голову, жадно глотая прохладную воду, и в его глазах что-то невольно дрогнуло.
Когда он сбился с ритма и закашлялся, вода пролилась на рубашку, которая насквозь промокла и прилипла к телу.
От своего заклятого врага Гу Чоу Се Тинъань не раз слышал, как тот хвастался успехами сына: привычки, оценки, таланты, успехи в спорте. Дайвинг, серфинг, скалолазание, верховая езда, лыжи, стрельба... Благодаря занятиям спортом и правильному питанию Гу Минчэнь уже в пятнадцать лет вытянулся до метра восьмидесяти, а к восемнадцати годам стал даже выше Се Тинъаня, чей рост был метр восемьдесят пять. Фигура у него была просто идеальной.
Увидев, что Гу Минчэнь перестал кашлять и, кажется, пришел в себя, Се Тинъань поставил бутылку на стол. Парень сам взял ее и начал пить маленькими глотками. Се Тинъань сел поодаль.
Стоило ему сосредоточиться, как перед ним возник полупрозрачный интерфейс. Система работала как радар, подыскивая следующее задание.
Се Тинъань активировал полученный ранее фильтр мягкого света «плюс». Оказалось, его можно включать щелчком пальцев, а также настроить на автоматический режим, чтобы тот включался сам в многолюдных местах или в нужные моменты.
Основная функция заключалась в том, чтобы скрывать бледность лица и синяки под глазами, создавая вокруг него мягкое, приятное свечение — словно в мире всё прекрасно и полно любви. Незаменимая вещь для трудоголика: никто не догадается, насколько ты измотан, пока не упадешь без сил.
Какая полезная штука!!!
Вспомнив, как в фрагментах системы он пахал как проклятый, но через год компания все равно обанкротилась из-за внешних факторов, Се Тинъань быстро настроил сообщение для совета директоров о своем уходе на больничный и назначил временного управляющего. Группе компаний предстояло разбираться с кучей проблем, но что бы ни случилось, Се Тинъань собирался отоспаться как минимум пару дней.
http://bllate.org/book/31711/3870946
Готово:
