— Не дам. — Линь Хэ плотно сжал губы и изо всех сил вцепился в ручку.
— Чего?! — У Шэнь Аня на лице ещё не до конца сошёл детский пух, а от спешки даже покраснели щеки. — Быстрее давай, сейчас учитель перед уроком собирать начнет! Ты же знаешь, меня опять отец отчитает, и без того все карманные деньги урезал! — Он потянулся и попытался вытянуть рабочую тетрадь, которую только что достал Линь Хэ.
Линь Хэ навалился на нее сверху и безжалостно бросил в ответ:
— Раз не дам, значит, не дам! Сам что ли написать не можешь? Только и знаешь, что каждый день списывать!
Шэнь Ань от такого тона почувствовал себя униженным, и в нем заговорила уязвленная гордость:
— Подумаешь, сегодня тебе еды не принес, стоило оно того? Если бы не твоя успеваемость, я бы вообще рядом с тобой сидеть не стал! Что заносчивый такой? Думаешь, я твои задания больше ни у кого взять не смогу? В прошлый раз староста подошел, хотел мне тему объяснить, а я даже и слушать его не стал!
— Да хоть у кого бери, мне все равно, я больше тебе не дам списывать! — Голос Линь Хэ тоже начал срываться на крик. — Хотел староста тебе тему объяснить — вот и шел бы к нему садиться! От меня всё равно никакой другой пользы нет, кроме как давать тебе списывать да убирать за тобой мусор!
У Шэнь Аня даже глаза покраснели. Глядя на Линь Хэ, он тоже перешел на угрозы:
— Сам-то понимаешь, что говоришь! Если бы не жалко тебя было, думаешь, я бы стал с тобой возиться!
— Тогда валяй отсюда! — Линь Хэ протянул руку и резко оттолкнул парту Шэнь Аня. Между их прежде плотно придвинутыми друг к другу партами образовалась широкая щель.
Шэнь Ань, видимо решив не уступать, тоже толкнул его парту. Разошедшийся не на шутку барский норов взял своё, и он опрокинул парту Линь Хэ набок, так что все учебники и ранец вывалились наружу.
Линь Хэ резко вскочил на ноги, уставившись на Шэнь Аня:
— Подбери!
Шэнь Ань не только не стал ничего поднимать, но еще и пнул упавшие вещи пару раз:
— И такую рухлядь в школу таскает!
В следующую секунду Линь Хэ схватил его за воротник и врезал кулаком. Потеряв всякий стыд, они сцепились и покатились по полу.
Тут их возня наконец привлекла внимание остальных одноклассников, и ребят бросились разнимать.
Подростковая драка — руки впопыхах тяжелые, меры никто не знает. Шэнь Аню прилетело по лицу, и когда адреналин спал, до него дошло, как это больно.
Классный руководитель их развел.
Шэнь Аня забрали домой. Сидя на машине, он ревел навзрыд, размазывая сопли и слёзы, до того ему было обидно.
Линь Хэ пересадили, и его соседкой по парте стала тихая девочка.
Шэнь Ань сел со старостой класса, их места были не дальше третьего ряда.
Одноклассники болтали, что Шэнь Ань на самом деле никогда по-настоящему не дружил с Линь Хэ, а крутился возле него только из-за оценок старосты, чтобы было у кого списывать.
Кто-то из ребят выразил сомнение, но тот ученик отрезал — мол, правда всё это, он сам всё слышал, когда они ругались, прямо рядом стоял.
Некоторые всё равно не верили. Новая соседка Линь Хэ, застенчивая девочка, которая обычно не участвовала в классных сплетнях, вдруг оторвалась от тетради и произнесла:
— У Шэнь Аня вон какая знатная синячина на лице, а раз дома в нем души не чают, почему же они не пришли разобраться с нашим старостой?
Этот вопрос мгновенно заставил умолкнуть тех ребят, что только что громче всех выдвигали теории.
Глава 4
С того самого дня Линь Хэ и Шэнь Ань стали чужими людьми. Они учились в одном классе, каждый день то и дело сталкивались лицом к лицу, но Линь Хэ при виде него неизменно делал вид, что не замечает, а Шэнь Ань со злобным презрением фыркал носом.
Линь Хэ в классе становился всё более замкнутым. Шло время, подростки подрастали и понемногу начали подмечать то поношенную одежду Линь Хэ, то его старый ржавый пенал.
Все узнали, что семья у Линь Хэ очень бедная и что у него нет ни мамы, ни папы.
И хотя Линь Хэ сторонился всех еще сильнее, его хрупкая мальчишеская фигура со стороны казалась до боли одинокой.
Но авторитет его в классе оставался непоколебимым. Он по-прежнему был старостой, учился лучше всех, то и дело выступал с речами перед всеми учениками и учителями, а на родительских собраниях делился опытом в учебе.
Только вот сам он держался особняком. После того как Шэнь Ань отдалился, больше никто не осмеливался подойти к нему близко — точнее говоря, он сам отталкивал любые попытки сблизиться.
Как староста, он был донельзя непреклонен и холоден. Человек с таким характером, сколь бы блестящих успехов в учебе ни добивался, вряд ли мог снискать любовь одноклассников. Со временем дошло до того, что если учителя не вызывали Линь Хэ к доске, он мог молчать весь день напролёт.
До самого окончания начальной школы Линь Хэ и Шэнь Ань больше не сказали друг другу ни слова. Когда пришло время средней школы, Шэнь Ань поступил в частную элитную гимназию, а Линь Хэ остался учиться в местной муниципальной школе.
На выпускных экзаменах в средней школе Линь Хэ стал лучшим учеником во всём городе, войдя даже в первую десятку по провинции, благодаря чему за старшую школу ему вообще не пришлось платить. В первый же день занятий он выступал с приветственной речью на общешкольной линейке.
Подросток заметно вытянулся, облаченный в бело-синюю школьную форму, он стоял на открытой высокой трибуне и спокойным, размеренным голосом зачитывал текст с листа.
Лицо его было беспристрастным, он держался с достоинством, а спину держал прямо — казалось, он давно привык к подобным мероприятиям и по праву занимает это место.
К тому моменту едва ли во всей параллели остался хоть кто-то, кто не слышал о нем.
Старосту класса назначил сам классный руководитель, так что Линь Хэ даже не пришлось проходить через формальную процедуру голосования.
Шэнь Ань же с трудом преодолел проходной балл этой престижной старшей школы. С его результатами было бы за счастье попасть в обычный класс, но отец Шэня и тому невероятно обрадовался, решив, что сын всё-таки не такой уж безнадежный разгильдяй — раз уж смог поступить своими силами. Разве ж отец станет упускать момент поддержать его?
Не предупредив никого, отец прямиком перевел Шэнь Аня в класс А. Шэнь Ань уже вовсю предвкушал, как окажется в одном классе со своими дружками-приятелями, но с удивлением обнаружил свое имя в списках шестого класса.
На школьном стенде объявлений в шестом классе имя Линь Хэ стояло самым первым.
Увидев это, Шэнь Ань тут же нахмурился. Опустив взгляд ниже, он отыскал последнее имя, затесавшееся в самом уголке — так чужеродно, будто его приписали насильно. Он тут же недоверчиво забормотал себе под нос:
— Ошибка... Тут точно какая-то ошибка...
http://bllate.org/book/31641/3860378
Готово:
