Вэнь Минчуань с досадой выпрямился, но уходить не стал — вместо этого он подошел к шкафу и, повернувшись к Шэнь Юйцину спиной, начал переодеваться.
Больше он ничего не мог сделать.
Оставалось лишь надеяться, что Шэнь Юйцин немного повеселеет.
-
Настроение Шэнь Юйцина стало еще хуже.
Вернувшись домой, он сразу направился в тренировочный зал для бокса, пробыл там полдня и, устав настолько, что пальцы не сгибались, сел прямо на пол.
Снял перчатки и сделал глоток воды.
Вэнь Минчуань прислал несколько сообщений, прося не слишком утомляться и немного отдохнуть.
И пить побольше воды.
Шэнь Юйцин озадаченно поднял взгляд: неужели здесь тоже установлена скрытая камера?
Окинув взглядом комнату, он ничего не нашел — судя по всему, техника была спрятана мастерски.
Он только собрался ответить, как зазвонил телефон.
На экране высветилось имя Цзи Чи.
Он ответил на звонок:
— Что... Хорошо, я сейчас буду.
Шэнь Юйцин наскоро принял душ и помчался в больницу на машине.
Цзи Чи лежал на больничной койке, выглядя бледным, но настроение у него было превосходное.
На нем была больничная пижама, две верхние пуговицы расстегнуты, открывая сине-фиолетовые следы на шее и ключицах.
Шэнь Юйцин на мгновение замер, потеряв дар речи:
— Ты что, реально переспал с моим маленьким дядей?
Губы Цзи Чи были бескровными, а кожа на них — в нескольких местах разбита, судя по всему, от укусов.
Он попытался усмехнуться, но, задев ранку, шумно втянул воздух:
— Выражайся точнее, это твой маленький дядя со мной переспал.
— Он должен понести за меня ответственность.
Шэнь Юйцин:
— ...Ну ты даешь.
В его словах не было ни капли сочувствия к собственному дядю.
Исключительно восхищение Цзи Чи.
Цзи Чи тоже выглядел весьма довольным:
— Сам не ожидал, что все получится.
— Твой маленький дядя такой недотрога, на словах отказывался, а сам телом так и подался навстречу, прижал меня и повторил всё несколько раз.
Шэнь Юйцин:
— ...
Зависть.
Он тоже хотел, чтобы Вэнь Минчуань прижал его и повторил всё несколько раз.
Ну или чтобы он сам прижал Вэнь Минчуаня — тоже сойдет.
— Как ты это проворачивал? — Шэнь Юйцин сел на табурет у кровати и взял в руки яблоко, принимаясь срезать кожуру. — Какая у него была реакция, когда он проснулся?
— Подсыпал снотворное с зельем, разве не ты меня научил? Сам он особой реакции не проявил, просто привез меня в больницу и ушел.
Но раз палата была VIP-класса, значит, Шэнь Юйшань не слишком сильно разозлился.
Шэнь Юйцин протянул очищенное яблоко:
— Поздравляю.
Добился своего.
— Ты тоже поторопись и уже уложи Вэнь Минчуаня в постель, — хрустя яблоком, радостно посоветовал Цзи Чи. — Тогда я стану старше него по возрасту в семейной иерархии.
Шэнь Юйцин и рад бы, да где там.
— У них другая ситуация.
Маленький дядя — гетеро, но к геям относится нормально.
А вот Вэнь Минчуань... уже начал от него прятаться.
— Какая еще другая? Нетерпимость к геям — это скрытая гомосексуальность! Слушай, найди какого-нибудь парня и проверь его на Вэнь Минчуане, — раз уж у самого всё получилось, Цзи Чи горел желанием помочь другу и сыпал советами направо и налево. — Если он взревновал, значит, точно любит тебя, просто сам еще не осознал свою любовь.
— Прямо как твой маленький дядя. Мне кажется, он меня любит, просто признаваться не хочет.
— Ты что, тоже на нем это проверял?
— ...Собираюсь проверить.
Шэнь Юйцин протяжно хмыкнул, его лицо приняло задумчивое выражение.
Вэнь Минчуань явно уже начал что-то подозревать, так что ему действительно нужно придумать способ развеять чужие сомнения.
Иначе тот удалится еще дальше.
Глава 14. Какая разница между этим и принуждением честного человека к проституции?
— Ну так проверь, — Шэнь Юйцину тоже было любопытно, какой будет реакция Вэнь Минчуаня.
Станет ли он запрещать ему встречаться с мужчинами, как пытался помешать свиданиям вслепую?
Или просто отстранится? Решит, что такие люди, как он, вызывают отвращение?
Шэнь Юйцин больше склонялся к тому, чтобы уважать чужие границы и просто пожелать счастья — он слишком хорошо знал Вэнь Минчуаня.
Поэтому раскрывать свои чувства, признаваться в любви к нему — вот что было нельзя делать ни в коем случае.
Цзи Чи не знал о его планах и продолжал хвалить:
— Вот именно, действуй! Будь смелее. Даже если ничего не выйдет, вы же в одном городе, всё равно сможете видеться каждый день.
— Столько лет дружбы, неужели все разрушится из-за какого-то признания?
Шэнь Юйцин легко усмехнулся:
— Ты прав.
Он боялся вовсе не разрыва отношений — он боялся, что Вэнь Минчуань перестанет в нем нуждаться, перестанет ему доверять.
Он боялся, что Вэнь Минчуань останется совсем один и его жизнь перестанет приносить ему радость.
— Слушай, у тебя есть на примете кто подходящий? Хочешь, помогу найти кого-нибудь? — участливо поинтересовался Цзи Чи.
Шэнь Юйцин немного подумал и ответил:
— Я сам справлюсь.
Раз уж устраивать проверку, то выбирать нужно того, кто вызовет у Вэнь Минчуаня чувство собственничества и ревности.
Шэнь Юйцин набросал требования к характеру и внешности, а затем отправил текст на один номер телефона.
Внезапно на экране всплыло новое сообщение — от контакта, закрепленного в самом верху.
— Шэнь Юйцин, ты вообще обалдел трубку не брать и мои сообщения игнорировать!!
В палате раздался яростный голос Вэнь Минчуаня.
Цзи Чи:
— ...Ты из-за меня проигнорировал его? Ну всё, мне конец.
Шэнь Юйцин заново прослушал голосовое сообщение, уголки его губ приподнялись:
— Ничего подобного, он умеет держать себя в руках.
Ни хрена он не умеет!
Неприятный осадок от недавнего избиения в мешке у Цзи Чи еще не выветрился, и он обиженно пробурчал:
— Тогда скажи ему, чтобы он ко мне не лез! Между прочим, я теперь твой маленький дядюшка!
Шэнь Юйцин моргнул и ответил:
— Хорошо.
После чего набрал номер Вэнь Минчуаня:
— Прости, был занят, забыл сразу ответить.
— Чем это ты был занят?
Вэнь Минчуань знал, что тот поехал в больницу, но к кому именно — понятия не имел.
Кто же этот загадочный человек, заставивший Шэнь Юйцина забыть обо всем на свете и даже не ответить на его сообщение?
Вэнь Минчуань безумно из-за этого нервничал, он как раз нажал на кнопку вызова лифта.
Шэнь Юйцин сглотнул подступивший к горлу ком, опушив ресницы:
— Цзи Чи переспал с моим маленьким дядей.
Вэнь Минчуань:
— Чт... что?
Цзи Чи переспал со старым хрычом??
Какая гадость.
Нога Вэнь Минчуаня, уже шагнувшая в кабину лифта, тут же вернулась назад, и он помрачнел:
— Хватит с ним водиться.
Это не Цзи Чи ли случайно испортил Шэнь Юйцина?
А он-то все думал, с чего это Шэнь Юйцин ни с того ни с сего воспылал к нему такими чувствами.
Оказывается, тут замешан нечистый на руку советчик.
Вэнь Минчуань люто ненавидел этого мерзкого Цзи Чи и был готов разорвать его на куски!
Шэнь Юйцин:
— Почему? Он мой друг детства, мы знакомы столько лет... — дольше, чем вы с тобой.
Но подобные речи Вэнь Минчуань тоже слушать не желал.
Он перевел телефон в беззвучный режим и лишь через несколько секунд включил звук обратно.
— Короче, не общайся с ним больше, он мне не нравится!
Шэнь Юйцин:
— ...Хорошо, в ближайшие дни я не буду с ним видеться.
Цзи Чи:
— ?
Стоило Шэнь Юйцину сбросить вызов, как Цзи Чи закатил глаза:
— Раб любви! Друга совсем не ценишь!
Шэнь Юйцин не стал спорить, взглянул на время и спросил:
— Хочешь, я отправлю ему весточку от твоего имени?
Глаза Цзи Чи засияли:
— Давай я сам!
Шэнь Юйцин протянул ему телефон, и Цзи Чи принялся что-то усердно выстукивать. Через пару секунд его губы тронула довольная улыбка:
— Готово.
Шэнь Юйцин взял аппарат и бросил взгляд на отправленное сообщение. Бровь его слегка приподнялась.
[Твоя жена ужасно сильно температурит, но пить лекарства отказывается, живо дуй в больницу]
И снизу приложена геолокация.
Маленький дядя ничего не ответил.
Но Цзи Чи действительно горел в лихорадке: капельница закончилась, а температура так до конца и не спала.
Шэнь Юйцин налил стакан теплой воды и протянул ему:
— Выпей лекарство.
— Не буду, я жду его.
Ну и ладно.
Шэнь Юйцин не стал уговаривать и остался ждать вместе с ним.
Примерно через полчаса из коридора донесся стук в дверь.
Шэнь Юйшань в высоком свитере и надетом поверх черном тренче предстал на пороге палаты.
В руке он держал контейнер с едой.
Лицом он примерно на треть походил на Шэнь Юйцина, черты у обоих были выдающиеся, исключительно красивы.
Но с годами в облике старшего мужчины появилась особая благородная сдержанность и невозмутимость.
Выглядел он совершенно спокойным.
Они обменялись взглядами, и Шэнь Юйцин благоразумно уступил место.
— Я пойду, — сказал он Цзи Чи.
Цзи Чи замахал на него рукой, выпроваживая:
— Иди, иди.
Шэнь Юйцин:
— ...
И кто из них тут еще раб любви?
-
Штаб-квартира корпорации Вэнь.
Сюй Жуй почтительно положил на стол папки с распечатками:
— Генеральный директор Вэнь, вот парни, отобранные в строгом соответствии с вашими требованиями. Прошу ознакомиться.
Вэнь Минчуань взял стопку и лениво полистал ее:
— Слишком страшные, не годится.
Разве не вы сами велели отбирать страшных?
Сюй Жуй мысленно выругался, но напустил на лицо вежливую улыбку:
— Хорошо, директор Вэнь, я поищу еще.
В пять часов вечера он снова постучал в дверь, зажав под мышкой новую стопку бумаг.
— Директор Вэнь, я заново отобрал и классифицировал парней: вот эти — ничего так на внешность, эти — средненькие, а эти... не то чтобы совсем уроды, но уродливые... взгляните сами.
Вэнь Минчуань взял папку с пометкой уродливые и снова бегло просмотрел ее.
Вытащил одну анкету:
— Свяжись с этим человеком, спроси, интересуют ли его мужчины.
Сюй Жуй:
— А?
Мужчины??
— Если интересуют, можешь больше с ним не связываться.
Сюй Жуй:
— Ой-ой! Понял!!
Чего это шеф так затягивает слова, чуть до заикания его не напугал.
Он уж подумал, что у генерального директора такие странные наклонности.
Пять минут спустя Сюй Жуй снова появился в кабинете:
— Директор Вэнь, он сказал, что мужчины его не интересуют, но я уже добавил его в контакты.
— Отлично, — произвел вердикт Вэнь Минчуань. — Теперь твоя задача — убедить его, сделать так, чтобы он согласился завести отношения с мужчиной.
Сюй Жуй:
— Ха???
Человек же черным по белому сказал — не интересуют.
И его все равно отправляют уговаривать?!
Какая разница между этим и принуждением честного человека к проституции?!
Глава 15. Я брезгую
— Обещай любые бенефиты, пусть называет свою цену, но необходимо подписать контракт: он должен беспрекословно подчиняться всем моим указаниям, — добавил Вэнь Минчуань.
Фактически — кабальный договор о продаже в рабство.
Сюй Жуй чувствовал, что нормальному человеку такую работу не осилить.
Но будучи рабочей лошадкой корпорации, он мог лишь кивнуть в ответ:
— Хорошо, директор Вэнь, я пойду убеждать его.
Выйдя из кабинета шефа, Сюй Жуй наконец позволил себе состроить лицо полнейшего шока.
О боже, неужели генеральный директор собрался содержать уродливого гетеросексуала!
Просто уму непостижимо.
http://bllate.org/book/31636/3859716
Готово:
