Цю Цзэцзе повернулся к нему задом, легонько закатив глаза.
Время было уже не раннее. Позавтракав, Фу Юй взял пальто и направился в компанию. Цю Цзэцзе семенил за ним до самых дверей, но не успел он проскользнуть наружу в приоткрытую щель, как Фу Юй решительно захлопнул дверь. Песик поднялся на задние лапы и принялся скрести лапами дверную ручку, но та не поддавалась — дверь была заперта снаружи намертво. Вскоре посмертно раздался звук автомобильного двигателя, который постепенно затих.
Цю Цзэцзе вернулся в гостиную и только теперь заметил оставленную на полу тарелку. В ней лежали два ломтка хлеба — еда, которую Фу Юй оставил ему. В животе как раз громко заурчало, поэтому он в два счёта умял хлеб. На экране всё еще шёл мультфильм, пёс шлёпнул по нему лапой, выключая телевизор, а затем продолжил бродить по гостиной: из кухни в столовую, из столовой в тренажерный зал, оттуда — в крытый бассейн. Словом, не было ни единого места, откуда он мог бы сбежать.
Раз сбежать не удаётся, остаётся только переждать здесь, а дальше действовать по обстановке.
Он запрыгнул на диван и немного полежал, поворачиваясь и елозя головой о диванную подушку, а затем принялся грызть её зубами. Когда до него дошло, насколько по-детски он себя ведёт, на подушке уже красовалась прогрызенная дыра.
Он пару раз загреб лапой наполнившийся пухом проход, пытаясь втолкнуть вату обратно в дыру, но вместо этого вытащил наружу еще больше пуха.
Проблема. Цю Цзэцзе впервые в жизни почувствовал, как у него разболелась голова.
Стоило превратиться в хаски, как тут же проявились повадки хаски. Он бессильно вздохнул, но его характер не позволял просто сидеть сложа руки и ждать тумаков. Он перевернул подушку другой стороной, прикрыв прореху, собрал всю разбросанную вату в кучу, взял её в зубы и запихнул в щель дивана — от улик не осталось и следа.
Закончив с этим, он перевёл взгляд наверх.
Сделав ловкий прыжок, крепкое тело сорвалось с дивана, и пёс быстро побежал на второй этаж. Заглянув в несколько комнат, он наконец отыскал кабинет. Увидев диаграмму связей, развешенную на целой стене кабинета, он на мгновение замер.
На схеме была точно указана дата хакерской атаки на системные службы Группы Тяньхун, произошедшей два года назад. В качестве предполагаемого организатора атаки значилась семья Чжан, а также был упомянут некий king, который тогда вторгся в систему одновременно с другим хакером. Мало того, на этой схеме были подробно расписаны даже те секретные хакерские соревнования, которые никогда не публиковались в сети.
Вся информация крутилась вокруг помеченного звёздочкой king.
Фу Юй ищет king. Зачем?
Хакерская атака на корпорацию была серьезным происшествием. Вспоминая об этом, Цю Цзэцзе до сих пор отчетливо всё помнил. В тот год во время летних каникул друзья пригласили его поучаствовать в организованном ими соревновании: взломать операционную систему Группы Тяньхун так, чтобы все рабочие материалы и проектные планы компании превратились в пустоту. Кто на самом деле подтолкнул их команду к такому шагу, Цю Цзэцзе до сих пор не знал — он лишь понимал, что подобные действия незаконны и являются преступлением.
Поэтому он проник в компьютер одного из сотрудников Группы Тяньхун, чтобы отправить предупреждение. Однако тот сотрудник не принял это всерьёз, и система защиты Тяньхун не была никак усилена. В день взлома Цю Цзэцзе приложил немало усилий: в то время как его команда атаковала корпоративные системы, он изнутри помогал компании непрерывно латать уязвимости, благодаря чему бизнес-системы пострадали всего три минуты, а большая часть данных сохранилась в целости и сохранности.
Если подумать, он ведь помог Группе Тяньхун.
Цю Цзэцзе потряс головой, отгоняя эти мысли, и бросил взгляд на стоящий на столе ноутбук. Оттолкнувшись задними лапами, он запрыгнул в кресло. С телевизионным пультом ему было не совладать, а вот с компьютерной клавиатурой справиться всё-таки можно.
Глава 9
Фантазии были прекрасны, а суровая реальность — жестока.
К ноутбуку прилагалась внешняя механическая клавиатура, что должно было облегчить набор текста. Вот только это удобно для человеческих рук, а вовсе не для собачьих лап. Стоило Цю Цзэцзе шлёпнуть лапой по клавишам, как нажималось сразу множество кнопок. О том, чтобы серфить в интернете и искать новости, и речи не было — даже просто снять блокировку с экрана ноутбука оказалось сложнейшей задачей.
Но выход имелся.
Он постарался как можно сильнее втянуть мягкие подушечки лап, оставив снаружи лишь острые когти, и принялся выбивать на клавиатуре символ за символом. Однако печатать когтями было неудобно, обычная скорость набора текста оставалась недосягаемой, и порой он всё равно задевал чужие клавиши, в результате чего на экран вылезал сплошной бессмысленный набор знаков. Приходилось стирать абракадабру и начинать заново.
Снова и снова, раз за разом — и лишь к самому вечеру ему удалось-таки взломать пароль блокировки экрана.
Первым делом после входа в систему он скачал клавиатурный тренажер, чтобы в дальнейшем тренировать скорость печати. Он верил, что при должном упорстве больше не придётся тратить столько сил, как сегодня.
Провозившись с клавиатурой и издав еще немало грохота, он вызвал на экран веб-страницы. Он привык управлять компьютером с помощью комбинаций клавиш и командной строки, а мышь обычно использовалась лишь для красоты, но раз уж браузер открылся, на набор текста и поисковые запросы всё равно требовалось время.
Спустя полчаса он наконец отыскал нужные новости.
Судя по дате публикации, с момента обрушения студенческого общежития прошло уже больше недели. Многие СМИ и известные интернет-блогеры вовсю следили за этим делом. Правительство Синьхая также уделило ему особое внимание, экстренно вмешавшись в расследование, однако конкретные причины происшествия до сих пор не обнародовали. Опубликовали лишь число пострадавших: с учетом легкораненых, тяжелораненых и тех, кого удалось вернуть с того света, в общей сложности насчитывалось девяносто шесть человек. К счастью, список погибших отсутствовал.
Но раз в интернете нет списка погибших, это еще не значит, что жертв действительно не было.
Цю Цзэцзе продолжил изучать связанные репортажи: например, ректор выступил с заявлением о том, что в скором времени всех учащихся переведут в другой кампус для скорейшего возобновления занятий, и неоднократно подчеркивал, что меры безопасности в учебном заведении будут усилены. Журналисты также наведались в больницы, чтобы взять интервью у пострадавших студентов и их родственников, но нигде не было ни слова о погибших.
Значит, действительно никто не погиб?
Если обошлось без жертв, то как тогда его душа угодила в тело хаски?
Или, может быть, он впал в кому, душа вылетела наружу, и теперь временно поселилась в собаке? Разве такое вообще возможно?
В голове у Цю Цзэцзе царил полный кавардак.
Он чинно сидел, с некоторой меланхолией глядя на новости в сети. Вспомнив обстановку в комнате общежития — как Сун Синци стирал штаны в умывальне, Цзян Лин лежал на кровати и уплетал снеки, а Шэн Сяосин вырубился давным-давно, — пёс невольно вздохнул. Человеческая жизнь — она как сон: глаза закрыл, открыл — и день пролетел; а закрыл глаза и не открыл — и вся жизнь позади.
Эх.
На этом исчерпывались все новости, доступные на поверхности, никакой дополнительной информации обнаружить не удалось. Цю Цзэцзе вошёл в свой тайный аккаунт, которым обычно пользовался для связи с друзьями — никнейм в точности совпадал с king из схемы на стене. Печатать лапами ему было неудобно, так что для более глубокого расследования обстоятельств гибели и травм в школе придется положить на плечи других.
Друг по прозвищу Роберт ответил в диалоговом окне: OK.
И тут же озадаченно добавил: Для тебя это дело пары минут, почему бы тебе не покопаться самому? Только не говори мне, что ты боишься, будто Большой Голова выйдет на твой след и придёт трепать тебе нервы? Говорю тебе, его повязали копы, сейчас он чалится в камере, загремит на несколько лет, а наша команда вообще распалась.
Большой Голова был бывшим главарем их команды. Раньше они занимались исключительно правильными войнами в сфере информационной безопасности, но после истории со взломом Группы Тяньхун Цю Цзэцзе решительно вышел из игры и больше не интересовался тем, что происходило дальше. При этом Большой Голова и Роберт были лишь хакерскими кличками, а их реальные личности всегда хранились в строжайшем секрете и никому не раскрывались.
Цю Цзэцзе напечатал лапами: Собака сутулая, ха
Роберт: Чё за бред? Брат, ты что сказать-то хотел?
Цю Цзэцзе хотел написать поделом, но от долгого стука когти уже начали побаливать, и стоило чуть зазеваться, как палец соскальзывал на соседнюю букву. Выдохнув, он продолжил набирать сообщение: Забей, проехали, ты там пробьй....
Роберт: Чё???
У Цю Цзэцзе снова заболела голова. Не успел он толком объясниться, как от Роберта пришло новое сообщение: Братух, можешь не печатать, я понял. У тебя в последнее время проблемы с руками, да? Печатать неудобно. Понимаю, понимаю, давай лучше голосом пообщаемся.
Сразу после этого пошел вызов голосового чата.
Цю Цзэцзе ничего не оставалось, как принять звонок.
Роберт: Говори.
Цю Цзэцзе задрал морду: Тяф-гав-тяф-гав-тяф-гав...
Роберт: ..............................
Он никак не ожидал, что голосом станет еще непонятнее.
***
Цю Цзэцзе упражнялся в наборе текста до самого вечера, пока в животе не заурчало от голода — утренней пары тостов явно не могло хватить на весь день. Он захлопнул ноутбук, сопрыгнул со стула, надул щеки и сдул с обивки кожаного кресла выпавшую собачью шерсть, после чего вышел из кабинета. Чтобы скрыть следы своего пребывания там, он уперся носом в створку и захлопнул дверь.
Обеденный стол на первом этаже и столешница на кухне сияли идеальной чистотой, на них не валялось даже завалящего листочка савета. Живот же надрывался от голода, требуя пищи, но вернется ли Фу Юй с едой — было неизвестно, так что приходилось искать съестное самостоятельно.
Повернув голову, пес уставился на двустворчатый холодильник.
Он машинально облизал нывшие от нагрузки лапы и принялся отчаянно скрести в месте стыка дверок. То вправо, то влево — на поверхности дверцы осталось немало царапин. Немного расшатав зазор, он вцепился зубами и стал грызть; с каждой секундой он всё больше входил во вкус, а азарт лишь рос, пока дверца наконец не поддалась и не распахнулась.
Хлобысь! Из внутренностей холодильника вылетела бутылка с напитком.
Цю Цзэцзе мгновенно отпрыгнул в сторону.
Одной бутылкой жажду не утолишь, поэтому он бросился к раскрытому холодильнику, оценивая запасы. То, что там хранилось, выглядело прямо-таки... убого! На самой центральной полке сиротливо красовались всего два яблока. Вытянув переднюю лапу, он попытался подцепить их когтями, но загреб лишь пустой воздух — яблоки лежали слишком далеко, так что ему поневоле пришлось оттолкнуться от пола задними лапами.
Толчок задними, взмах передней — и всё равно мимо.
Цю Цзэцзе опустил взгляд на валявшуюся на полу бутылку, опустился на все четыре лапы, покрутился вокруг неё и принюхался. Делать было нечего: пить хотелось ужасно.
Хрусь, пластик поддался зубам, и бутылка треснула. Он не стал пристально вчитываться в иностранные надписи на этикетке, а зря — если бы присмотрелся, то заметил бы, что в напитке содержался пусть и невысокий, но вполне ощутимый процент алкоголя. Для хаски, никогда в жизни не пробивавшего градусное горючее, этого оказалось более чем достаточно, чтобы опьянеть.
Небо уже окончательно потемнело.
Пара спорткаров хвостом следовала за черным роскошным внедорожником, остановившимся у ворот частной виллы.
Фу Юй вышел первым, следом из машин выбрались остальные трое и поспешили за ним. Эти парни водили дружбу с младшим сыном семьи Фу, Фу Чанем, и околачивались вместе едва ли не круглые сутки. Увидев Фу Юя, они, разумеется, по привычке окликнули его «вторым братом», однако в душе недоумевали: зачем он вообще позвал их сюда?
— Второй брат, что за дела-то? — подал голос некий Ли Синь. Когда они получили звонок, то не стали расспрашивать о подробностях.
Чжао Чэнъи подхватил: — Точно, второй брат, чего тут темнить? Если нужно что-то сделать — только скажи, мы ради тебя хоть в огонь и в воду пойдем.
http://bllate.org/book/31629/3858962
Готово:
