Только вот такое состояние Цзинь Наня напугало его классного руководителя. Одной рукой он поддерживал Цзинь Наня сзади, помогая тому отдышаться, а другой обеспокоенно спрашивал:
— Цзинь Нань, что с тобой? Пошли, я отведу тебя в медпункт.
Цзинь Нань немного перевел дыхание и остановил движение классного руководителя:
— Не нужно, учитель, у меня просто немного упал уровень сахара в крови.
Услышав это, классный руководитель быстро вытащил из кармана две плитки шоколада, протянул их ему и с упреком в голосе проворчал:
— Никуда твоя физическая подготовка не годится. Шоколад, заготовленный для девочек, я и подумать не мог, что ты потратишь первым, не стыдно тебе?
Цзинь Нань словно не слышал: он привычным движением сорвал обертку, положил шоколад в рот и бессвязно пробормотал:
— В последнее время я слишком быстро расту, мозгу не хватает кровоснабжения.
Классный руководитель не стал продолжать с ним пререкаться — бледное до синевы лицо Цзинь Наня выглядело и впрямь пугающе, и ему самому до сих пор было не по себе. Он еще раз с беспокойством взглянул на все еще слегка бледное лицо Цзинь Наня:
— Вымахал ты в этом году знатно, но о здоровье все равно надо заботиться. О сегодняшнем я сообщу твоим родителям, на этом уроке пока не сиди, отправляйся-ка в медпункт.
Цзинь Нань покачал головой:
— Всё в порядке.
Классный руководитель с усмешкой отчитал его:
— Иди уже, хватит притворяться передо мной. С твоими результатами пропуск еще одного урока погоды не сделает.
Поскольку настроения учиться у Цзинь Наня всё равно не было, он кивнул.
Возвращаясь в общежитие, Цзинь Нань по пути заглянул в медпункт. Школьный врач тоже ничего толкового сказать не смог, выписал немного глюкозы и велел Цзинь Наню идти в комнату и как следует отдохнуть. Выйдя из медпункта, Цзинь Нань почувствовал во всем теле усталость и вялость. Зевнув, он просто отправил классному руководителю смску и прогулял два урока, вернувшись в общежитие спать.
Проходя перед ростовым зеркалом на первом этаже общежития, Цзинь Нань бросил на себя взгляд в отражение.
За тот месяц, что прошел после перемещения в книгу, в теле первоначального владельца действительно произошли немалые изменения.
Сначала он подрос на три сантиметра: с прежних 178 до нынешних 181, а затем сбросил пять цзиней веса.
В обычное время похудение на пять-шесть с лишним цзиней особо и не бросалось бы в глаза, но в последнее время он еще и вытянулся на три сантиметра, из-за чего изменения стали слишком заметными.
Можно сказать, что за этот месяц Цзинь Нань стремительно исхудал, отчего его высокий рост и длинные ноги казались еще более хрупкими и тонкими.
Изменилась не только фигура, но даже черты лица за этот месяц претерпели сдвиги.
Лицо осталось прежним, но контуры вокруг глаз и бровей слегка изменились. Раньше глаза оригинала были более круглыми, а теперь линии глаз Цзинь Наня стали более дерзкими и узкими.
Брови оригинала были чуть светлее и мягче по форме, а теперь они стали гуще, слегка приподнялись к внешним уголкам, придав ему еще больше мужественности.
Хотя нос у оригинала был высоким, кончик его казался слегка округлым; теперь же кончик носа Цзинь Наня заострился, отчего сам нос стал выглядеть прямым и утонченным.
Лицо оригинала казалось круглым и милым из-за пухлых щек, теперь же очертания лица стали более четкими, и даже его клыки словно слегка заострились.
Эти неуловимые перемены были едва заметны, но именно они добавили во внешний вид Цзинь Наня нотку дерзости и резкости.
Однако кожа осталась прежней — молочно-белая, с легким здоровым румянцем, волосы светлее обычного, а глаза — красивого янтарного оттенка. В сочетании с новыми чертами лица это создавало впечатление, будто в Цзинь Натане одновременно уживались беззащитность и опасная аура — он был и мягким, и альфачливым.
Цзинь Нань и раньше замечал эти изменения в себе, но не придавал им особого значения. Теперь же, приглядевшись внимательнее, он понял, что нынешнее тело больше походило на результат слияния его собственного прежнего тела и тела первоначального владельца.
Вся эта чертовщина рушила познавательную систему, выстраиваемую им последние двадцать лет — ни зацепок, ни подступов.
В голове Цзинь Наня царил полный кавардак. Он, едва волоча ноги, толкнул дверь комнаты, даже не переодевшись, рухнул на кровать и провалился в сон.
Цзинь Наню казалось, что он спал очень долго, но при этом необычайно сладко, вот только в теле совсем не осталось сил. Он открыл глаза и почувствовал, что что-то не так.
Это было не его общежитие.
Он шевельнул рукой и только тогда заметил, что в нее вотведена игла, на пальце закреплен датчик, а в носу торчит кислородная трубка.
Его движение, должно быть, потревожило кого-то: вокруг послышались суетливые шаги и голоса.
Сначала раздался четкий стук каблуков, а затем в поле зрения Цзинь Наня возникло лицо мама Цзинь. Ее веки покраснели — вид был такой, будто она только что плакала. Следом появилось лицо папа Цзинь: тот выглядел уставшим, в уголках глаз залегли красные прожилки, и под таким углом морщины на его лице казались намного глубже.
В их глазах читались боль и тревога, они с трепетной осторожностью расспрашивали Цзинь Наня о самочувствии.
Цзинь Нань не понимал, что происходит. Почему он лег поспать в общежитии, а проснувшись, оказался в больнице? Он пошевелился — все ощущения были в норме, ничего ненормального не чувствовалось, разве что не было сил. Он открыл рот, собираясь сказать, что всё в порядке, но тут обнаружил, что его голос звучит хрипло и слабо, поэтому он просто закрыл рот и лишь покачал головой.
Увидев Цзинь Наня в таком состоянии, мама Цзинь снова всплакнула, тихонько отвернулась и украдкой вытерла слезы.
В этот момент снова послышались шаги: в палату вошли несколько врачей, а за ними медсестры.
Врач задал Цзинь Наню пару вопросов, затем велел медсестре сменить капельницу и сделал еще один укол. Папа Цзинь вышел следом за врачом из палаты, оттуда донеслись невнятные обрывки разговора, и когда папа Цзинь вернулся, по его лицу нельзя было прочитать никаких эмоций.
Цзинь Наня снесло страшное любопытство: что же с ним в конце концов такое? Неужели он и впрямь подхватил какую-то неизлечимую болезнь?
Папа Цзинь присел рядом с Цзинь Нанем, напоил его водой из трубочки, поправил одеяло и с бесконечной нежностью погладил сына по волосам.
Цзинь Нань откашлялся и выдавил слабым голосом:
— Что это такое? Я подхватил какую-то неизлечимую болезнь?
Услышав это, папа Цзинь помрачнел и прикрикнул:
— Что за чушь ты несешь! Как можно так проклинать себя! Неблагодарный сорванец!
Судя по такой реакции, смертельного диагноза вроде бы не было, и Цзинь Нань немного успокоился:
— Тогда в чем дело?
Папа Цзинь ответил:
— Позавчера твой классный руководитель заметил, что тебя нет на уроках во второй половине дня, и, вспомнив, как ты упал в оброк утром, отправился с людьми в твое общежитие. Там он нашел тебя лежащим без сознания на кровати — дозваться тебя было невозможно, вот и привезли в больницу.
Цзинь Нань нахмурился:
— Я проспал два дня?
Папа Цзинь кивнул:
— Еще как, напугали нас с матерью до смерти.
Цзинь Нань спросил:
— Врачи установили, что за болезнь?
Папа Цзинь покачал головой:
— Нет. Врачи говорят, это физиологическое расстройство, похожее на синдром смены часовых поясов. Ты впал в беспамятство потому, что твой организм занимался самовосстановлением.
Цзинь Нань уточнил:
— Ничего не выявили?
Лицо папа Цзинь слегка помрачнело:
— Ничего страшного. Пока ты спал, врачи опасались перевозить тебя в другую больницу из-за риска осложнений. Теперь, когда ты очнулся, мы скоро сменим клинику. Я уже договорился с врачом, вертолет готов, раз уж ты в сознании, вылетаем немедленно.
Вертолет?
Цзинь Нань:
— Куда?
Папа Цзинь ответил:
— В М-ую страну, я задействовал связи твоего дяди Шэна, поедем прямо в его частную клинику.
Цзинь Нань:
— Какой еще дядя Шэн?
Папа Цзинь:
— Племянник твоей двоюродной бабушки, твой дядя Шэн Сюхэ.
Цзинь Нань: Шэн, Сю, Хэ?
Полное совпадение с именем главного героя этого романа? Или это сам главный герой?
Разум подсказывал Цзинь Наню, что верен, скорее всего, второй вариант — с чего бы автору романа в жанре мэри-сью романов позволять персонажу в тексте носить то же имя, что и у главного героя?
Но эмоционально Цзинь Нань смириться с этим не мог: только подумать, насколько слепым нужно быть глазами и мозгами, чтобы полюбить Линь Сяося?
Видя, что сын молчит, папа Цзинь решил, что тот боится Шэн Сюхэ, и спросил:
— Что такое? Неужели всё еще боишься дядю Шэна?
Цзинь Нань усмехнулся:
— Я его боюсь?
Папа Цзинь улыбнулся:
— Забыл? Когда тебе было пять лет, у твоей двоюродной бабушки был день рождения, мы с мамой взяли тебя с собой. Тебя пустили поиграть с другими детьми, но те были постарше, ты отстал от них и заблудился. Дядя Шэн заметил, что ты остался один, подошел и спросил, чь ты ребенок. Ты от испуга плюхнулся на землю и принялся реветь без слов. Позже, когда мы нашли тебя и спросили, почему ты плачешь, ты ответил, что дядя Шэн слишком страшный.
Цзинь Нань подумал про себя: неужели Шэн Сюхэ выглядел настолько пугающе? Он отчетливо помнил, что автор потратил целую страницу на восхваление его красоты.
Папа Цзинь продолжил:
— А когда тебе исполнилось восемь, мы привезли тебя к твоей двоюродной бабушке. Ты отлично играл с другими детьми, как вдруг прибежал и зарылся ей в объятия. На вопрос двоюродной бабушки, что случилось, ты ответил, что пришел дядя Шэн и это так страшно.
Цзинь Нань отвернулся:
— Это был не я, я не был таким трусом.
Папа Цзинь улыбнулся в ответ, но тут в дверь постучали, и, бросив взгляд наружу, папа Цзинь произнес:
— Всё готово, нам пора, сынок.
В этот день Цзинь Нань бодрствовал совсем недолго и снова заснул еще до того, как вертолет поднялся в воздух.
Проснувшись во второй уже раз, он обнаружил, что находится в больнице М-ой страны. Лежа на каталке, его как раз катили в палату.
Цзинь Нань спал с полузакрытыми глазами, сквозь узкие щелочки век ему смутно мерещилась знакомая высокая фигура, шествовавшая рядом и беседовавшая с папой Цзинь.
— ...Зачем было приезжать, организовать больницу и без того хлопотно, при такой занятости вовсе не обязательно было самому ехать сюда, — доносился голос папы Цзинь.
Затем последовал знакомый низкий и бархатистый голос; даже в словах заботы его темп и интонация сквозили надменностью и отчужденностью:
— Как раз оказался поблизости, заглянул по пути. Как мальчик?
Что ответил папа Цзинь, Цзинь Нань уже не расслышал — он снова провалился в сон, но перед самым погружением в темноту в запахе больничного хлора отчетливо замаячил дразнящий аромат. Он смутным облаком витал вокруг его носа.
Знакомый запах, чей же он?
Прежде чем его сознание окончательно угасло, Цзинь Нань наконец вспомнил.
Ах, это тот самый человек...
Когда он очнулся в следующий раз, рядом с ним находилась уже мама Цзинь.
Увидев, что сын проснулся, а она как раз протирала ему руки горячим полотенцем, она радостно подняла голову и встретилась взглядом с его глазами, которые казались еще больше из-за осунувшегося лица.
— Очнулся? Не голоден? Поешь чего-нибудь.
Цзинь Нань покачал головой:
— А папа где?
Мама Цзинь ответила:
— В корпорации дел невпроворот, ему пришлось туда вернуться, а мама побудет здесь с тобой.
— Что говорят врачи?
— Говорят, это гормональный сбой из-за слишком быстрого роста в последнее время, отсюда и сбой в физиологических механизмах организма.
— Когда меня выпишут?
— Врачи говорят, нужно понаблюдать хотя бы полмесяца, твой организм слишком ослаб.
http://bllate.org/book/31589/3855148
Готово:
