— Хорошо, — ответил Хо Тинчжоу.
Он поднялся, подошел к Ши Линьаню, протянул руку и легко похлопал его по плечу:
— Пошли.
— А?
— Возьми домовую книгу.
— Ох.
Ши Линьань быстро-быстро сбегал за семейной домовой книгой, так же быстро вернулся, позволил Хо Тинчжоу попрощаться со старшими, а затем послушно сел за ним в машину.
Всё происходило так стремительно, что Ши Линьань до сих пор чувствовал себя словно в невесомости, будто всё это происходит не наяву.
Лишь когда они добрались до загса и получили свидетельства, он наконец пришел в себя, а взглянув на маленькую красную книжечку в руке, окончательно осознал реальность происходящего.
Он что, женился?
Женился на Хо Тинчжоу?
Разве это не было его заветной мечтой все эти годы?
Черт, как же он счастлив!
Улыбку на губах Ши Линьаня было совершенно невозможно сдержать, уголки его глаз тоже искривились в улыбке, а брови изогнулись полумесяцами, выглядя просто прелестно.
Ши Линьань вертел заветную книжечку в руках, разглядывая её со всех сторон, и был просто вне себя от радости.
— Желаете сделать памятное фото? — поинтересовалась стоявшая неподалеку девушка-фотограф.
При загсе работал штатный фотограф, но поскольку сегодня был самый обычный день и прошло совсем немного времени после обеда, посетителей в учреждении почти не было.
Обе девушки — и сотрудница загса, и фотограф — были очень молоды и сразу узнали Ши Линьаня, но из уважения к профессиональной этике не стали задавать лишних вопросов.
Заметив, как девушка-фотограф вовсю улыбается, Ши Линьань тоже не удержался и ответил:
— Хорошо.
С улыбкой он потянул Хо Тинчжоу за запястье, увлекая за собой, и тот послушно последовал за ним.
— Улыбнитесь, пожалуйста, оба. Вот-вот, именно так.
— Молодой человек в костюме, улыбнитесь шире, — снова попросила девушка-фотограф.
Ши Линьань не удержался и бросил взгляд на Хо Тинчжоу. Глядя на то, с каким трудом тому дается эта задача, он чуть не рассмеялся — в самом деле, это было настоящее испытание для Хо Тинчжоу, привыкшего сохранять суровую невозмутимость. Дело было не в том, что он совсем не умел улыбаться, просто внезапная просьба изобразить натужную улыбку выглядела довольно нелепо.
— Давайте так, мой муж не любит улыбаться, — поспешил выручить его Ши Линьань.
На том и порешили: их свадебные фотографии на красном фоне были успешно сделаны. Ши Линьань сиял от счастья, а Хо Тинчжоу лишь слегка приподнял уголки губ, но вместе они выглядели настоящей новобрачной парой.
Ши Линьань смотрел на снимок, где его собственная одежда и строгий костюм Хо Тинчжоу казались совершенно несочетаемыми, и тем не менее гармония между ними ощущалась удивительно остро.
Чем больше он смотрел, тем больше ему нравилось.
Хо Тинчжоу собрал все необходимые документы вместе с заветной красной книжечкой и произнес:
— Пойдем.
— Угу, — отозвался Ши Линьань.
Стоило им уйти, как сотрудница загса и девушка-фотограф тут же принялись вовсю сплетничать:
— Это же был Ши Линьань, я ведь не ошиблась?
— Конечно он, кто же еще? Удостоверение личности же! Боже, какой он красивый! Вживую намного лучше, чем на видео: молодой, потрясающе привлекательный, успешный. Я всё думала, с кем же он в итоге сойдется, но никак не ожидала, что вместо новостей об очередном романе мы сразу дождемся похода в загс!
— А кто его муж? Тоже невероятно хорош собой.
— Хо Тинчжоу. Я особо ничего о нем не знаю, но одна его аура выдает человека не из простых.
— И то верно, красавцы. Два альфы — высококлассные альфы просто варят в собственном соку, никому больше не досталось.
Браки между двумя альфами в нынешнем обществе встречались нечасто, но всё же не были редкостью. Благодаря бурному развитию медицины альфы теперь могли пересаживать искусственные железы с помощью операций и точно так же принимать метки. Идя в ногу со временем, государство приняло новый закон о браке.
Спустя более чем десяток лет пропаганды новая система брачных отношений стала общепринятой, и подавляющее большинство людей относилось к ней с одобрением, не испытывая никакой дискриминации. Лишь меньшинство цеплялось за устаревшие взгляды, считая это противоречащим человеческой природе.
…………
В машине Ши Линьань уже не чувствовал себя столь непринужденно.
Хо Тинчжоу всю дорогу не заводил об этом разговор, и он, разумеется, тоже не решался первым поднять эту тему, хотя был уверен, что Хо Тинчжоу прекрасно осведомлен обо всех его темных делишки.
Ши Линьань исподлобья поглядывал на Хо Тинчжоу, который был полностью сосредоточен на вождении.
— Ты взял эту одежду из моего шкафа? — неожиданно спросил Хо Тинчжоу.
— А, да, — Ши Линьань нервно теребил пальцами край брюк. — У меня не было подходящей одежды... а твои костюмы мне непривычны, вот я и взял этот комплектом. Я потом отдам его в химчистку и отправлю тебе в отель.
— Не нужно, ноши. Я редко надеваю такие вещи, а на тебе сидит отлично.
Услышав это, Ши Линьань почувствовал легкое раздражение. Что значит «редко надевает»? Вообще-то это был его подарок, и разве в итоге вещь не вернулась к своему первоначальному владельцу?
— Как хочешь.
Больше Ши Линьань не произнес ни слова.
Хотя за день не произошло ничего особенного, бесконечная беготня и суета сильно утомили. К тому моменту, как Хо Тинчжоу и Ши Линьань вернулись в поместье Ши, как раз подоспело время ужина.
— Как раз вовремя, я только собирался попросить твоего отца позвонить тебе.
Су Му тепло улыбнулся Хо Тинчжоу, жестом приглашая его пройти к столу в столовой, а сам отвел Ши Линьаня в сторону и тихо спросил:
— Ну как, добился своего?
— Угу.
Су Му взглянул на притихшего Ши Линьаня и нахмурился.
В чем дело? Уходили из дома такие радостные, а вернулись с кислыми минами.
И гадать не нужно — Су Му и так знал, что всё это наверняка связано с Хо Тинчжоу, причем сам Хо Тинчжоу, судя по всему, даже не подозревал, чем умудрился обидеть этого маленького капризулю.
Эх, тяжело.
В конце концов, это его собственный сын пошел напролом и добился своего силой. В сложившейся ситуации у него самого не было никаких оснований предъявлять претензии Хо Тинчжоу, поэтому оставалось лишь молчать и прикидываться неведении.
Ши Линьаню в любом случае пора было взрослеть, и горькие плоды собственных трудов ему тоже придется испить до дна.
Су Му мягко похлопал Ши Линьаня по спине:
— Иди вымой руки и садись ужинать.
Ши Линьань послушно направился в сторону кухни.
Су Му проводил взглядом спину сына, а затем перевел взгляд на уже сидевшего за столом Хо Тинчжоу.
У детей и внуков своя судьба, и каким бы ни был финал, Ши Линьаню придется принять его. Такой упрямый нрав, когда человек прет напролом и не сворачивает даже перед глухой стеной, они с Ши Цинфэном сами же и воспитали в нем вседозволенностью.
А чем закончится их история, покажет лишь время.
…………
http://bllate.org/book/31526/3847114
Готово:
