Е Санья уже не помню в какой раз достала ножны из парчовой шкатулки, подготовленной учеником Культа Тысячи Механизмов, и принялась их осматривать, однако по-прежнему не видела никакой возможности обнаружить в них хоть какой-то подвох.
Она не удержалась и спросила:
— А эти ножны что, тоже можно исследовать до дыр?
— Погляди-ка, на этих ножнах еще и слова есть. — Убедившись, что две строчки мелких надписей, вырезанных на ножнах, явно не были здесь изначально, Янь Му прищурился и с большим трудом разглядел в этом неразборчивом почерке былое величие Старого главы культа. — Это… что тут написано? — Понять, что перед ним почерк Старого главы культа, ему помогло как раз то обстоятельство, что он вообще не мог разобрать ни единого иероглифа.
Е Санья приблизилась и, поломав голову добрую половину дня, кажется, наконец уловила некую зацепку:
— Погубивший меня… погубивший меня — небеса? Что это значит? И почему тут всё написано дважды?
— Нет, в этой строчке на два иероглифа больше, она написана не дважды. — Сравнив надпись с теми иероглифами, которые Е Санья только что распознала, Янь Му тоже разобрал вторую строчку: — Погубивший мой дом — проклятые небеса.
— Что это вообще такое? Неужели это сам Старый глава вырезал? — Янь Му дал понять, что, пожалуй, не до конца постигает душевный настрой Старого главы в те годы.
— Как бы то ни было, давайте сначала отправим их обратно в культ. Разве Правый Достопочтенный Страж не обожает изучать всякие подобные вещи, которые никто другой не понимает? — Янь Му уложил ножны в парчовую шкатулку и, поразмыслив над всем происходящим, написал еще и письмо, положив его туда же. — Короче говоря, сейчас для нас главное — в пути, ступай-ка скорее спроси девушку Ли, когда они смогут выступить.
Стоило только заикнуться о том, чтобы пойти к Ли Уяне, как Е Санья, казалось, снова воспрянула духом. Пожалуй, за тот короткий час уединения в каменной комнате пропасть между ними исчезла, и это лишь сильнее сблизило ее с Ли Уянь.
Янь Му бросил взгляд на удаляющуюся спину Е Саньи, а затем перевел его на парчовую шкатулку на столе. Он внезапно подумал, что их нынешнее путешествие, похоже, окажется куда сложнее, чем просто неспокойная дорога.
Летний зной постепенно спадал, и все четверо провели еще три дня на отдыхе и подготовке в шумном поселке Яньлан. Наконец настало время отправляться в путь — в Секту Циян.
Глава 4. Божество Воды Цзиньсэ (Часть 1)
Дальше им предстояло двигаться на юг больше трех месяцев, прежде чем они добрались бы до Секты Циян, расположенной в городе Дунлай. Ничего особенного за всю дорогу не произошло, и даже Ли Уянь больше не чинила препятствий Е Санье и Янь Му.
Младшая соученица заявляла, что совершенно не понимает, почему отношения между ее старшей соученицей и этой девчонкой из Демонического Культа вдруг стали такими хорошими, в то время как Янь Му искренне надеялся, что подобная атмосфера продержится как можно дольше.
Этой ночью им вчетвером предстояло ночевать в полуразрушенном храме за городской стеной. Для Е Санья, которой и раньше доводилось хлебнуть немало лиха, ночевки под открытым небом были привычнее некуда, да и Ли Уянь с ее младшей соученицей вовсе не страдали изнеженностью, чтобы не мочь сомкнуть глаз в незнакомой обстановке.
Но эта ночь выдалась не сужденной быть спокойной. Около полуночи в полуразрушенный храм ворвалась испуганная фигура, и поднятый ею шум разбудил путников.
Янь Му велел Е Санье пойти и проверить обстановку. Е Санья обнаружила, что внутрь вбежала раненая девчушка лет семнадцати-восемь-десят, а следом за ней изда доносился шум шагов и гам.
— Вы… — Девица явно не ожидала встретить в заброшенном храме столько людей, но быстро сообразила, что эти люди совсем не похожи на тех, кто гнался за ней. Пережив сильный испуг, она мертвой хваткой вцепилась в плечо Ли Уянь и, заливаясь слезами, запросила помощи: — Спасите меня… Кто-то хочет меня убить!
Не успела Ли Уянь и слова вымолвить, как голоса снаружи стали еще ближе, и вскоре в полуразрушенный храм ворвалась целая толпа: одни несли факелы, а другие — окровавленные тесаки и сельскохозяйственные орудия. Главарь этой ватаги тоже не ожидал застать в храме людей, но его взгляд мгновенно упал на девчонку, вцепившуюся в Ли Уянь.
— Вы кто такие? Какого черта посреди ночи не спите и претесь сюда? — Ли Уянь не по годам держалась взрослой и ничуть не растерялась перед лицом подобной сцены.
Вообще-то в мире цзянху подобное случалось сплошь и рядом, однако странно было то, что эти грозные с виду люди явно не принадлежали к миру цзянху — перед ними стояли простые пахари.
Что же заставило их среди ночи не спать и тащиться в эти дикие горы? Ли Уянь и без подсказок догадалась, что загвоздка кроется в этой девчонке. Поэтому она вовсе не горела желанием спасать случайную встречную и уже была готова к стычке.
Мужчина осведомился:
— Смеем спросить, братец, зачем вы пожаловали в наш городок Цзиньсэ? — Ночь выдалась слишком темной, и они приняли Ли Уянь, одетую в мужское платье и говорившую пониженным голосом, за юношу.
Янь Му смертельно боялся, что та самая надменная и гордая героиня Ли сболтнет что-нибудь лишнее и навлечет на них беду, поэтому поспешил сгладить углы:
— Уважаемые, уважаемые, мы ведь просто проходим мимо! Давайте обойдемся без резких слов.
Вооружившиеся крестьянским инвентарем люди переглянулись, не понимая, с какой стати их главарь разводит с кем-то пустые разговоры. Четверо путников увидели лишь, как мужчина-главарь сделал знак рукой, и толпа за его спиной с криками ринулась вперед, беря их в плотное кольцо.
Поняв, что дело приняло дурной оборот, Ли Уянь и Янь Му разом обнажили мечи — они привыкли ночевать вне дома так, чтобы оружие всегда было при них. Младшая соученица по-прежнему стояла как вкопанная, оцепенев от страха, а Е Санья, не имея при себе оружия, заслонила ее собой.
Судя по шуму, снаружи у дверей полуразрушенного храма толпилось по меньшей мере около сотни людей. Все они понимали, что силы неравны, но в такие моменты меньше всего стоило поддаваться страху.
В самый разгар этого напряжения девчушка, вбежавшая в храм, вдруг истошно завопила о помощи. Находившиеся снаружи подумали, что внутри что-то стряслось, и принялись протискиваться внутрь, а тех, кто стоял внутри, от такого напора окончательно расстроило все ряды.
Главарь в отчаянии отдал приказ брать всех силой, не тратя больше времени на противостояние. Обе стороны сошлись в схватке.
Пользуясь всеобщей суматохой, забежавшая в храм девчонка улучила момент, шмыгнула в щель в стене и выскользнула наружу, совершенно не заботясь о том, какой подняла шум и сколько проблем за собой повлекла.
Е Санья кубарем прокатилась по земле и наконец добралась до собственного узла с пожитками, рядом с которым пристроила свое излюбленное оружие. У нее не было привычки постоянно носить оружие при себе, к тому же привычными для нее инструментами были два тесака — слишком крупные и тяжелые. Если только она не собиралась спать прямо на них, обнимать эти огромные клинки по ночам было решительно невозможно.
Но не успела Е Санья подняться на ноги, как почувствовала, что кто-то трогает ее за голень. Подняв глаза, она увидела, что Янь Му неизвестно когда тоже оказался рядом с ней.
Янь Му знаком велел ей посмотреть туда, куда только что сбежала девчонка. Е Санья указала на щель в стене, а затем на себя. Получив утвердительный кивок Янь Му, она решила не ввязываться в битву до ее начала и тоже протиснулась сквозь щель наружу.
http://bllate.org/book/31519/3846127
Готово:
