Ся И оттолкнул Бай Цзиньлань, и тот покорно отступил назад. Уголки его губ изогнулись в улыбке, а в глубине глаз нескрыто плещлось вожделение.
— И, ты человек умный. Ты мне нравишься, поэтому я, разумеется, не вынесу смотреть, как тебя водят за нос. Я собирался позволить тебе во всём разобраться самому, но больше не могу ждать. Ты обвинишь меня в излишнем вмешательстве или поблагодаришь за то, что я помог тебе вовремя прозреть?
Произнеся это, Бай Цзиньлань пожал плечами. Большим пальцем он легко стёр капельки влаги с губ Ся И, слегка улыбнулся и мягко проговорил:
— И-и, моё сердце не выдержит причинить тебе боль. Уходи от него, он не стоит твоих жертв. Рядом с тобой ведь есть человек куда лучше него, не правда ли?
Бай Цзиньлань двусмысленно посмотрел на него.
Ся И отвернулся, не желая больше глядеть на Бай Цзиньлань. Спустя долгое время его холодный взгляд наконец прояснился; отстранившись от руки Бай Цзиньлань, он толкнул дверь и вышел, не оглядываясь.
Глядя на решительную спину Ся И, Бай Цзиньлань беззаботно усмехнулся. В его глазах пылал огонь неизбежной победы.
Внезапно зазвонил телефон. Бай Цзиньлань ответил на вызов, и из трубки донёсся приторный голосок:
— Директор Бай, я всё сделала так, как вы велели.
— Угу, я понял. Теперь тебе нужно выполнить последнее поручение.
Уголки рта Бай Цзиньлань тронула улыбка:
— У него такой нрав: пока не увидит реку своими глазами, не отступится. Только когда он узрит всё воочию, его сердце сможет окончательно успокоиться.
На другом конце провода на мгновение замолкли, а затем тот же сладкий голос произнёс:
— Поняла, директор Бай. Будьте спокойны, я всё сделаю в лучшем виде.
— Мм, только не попадись.
— Хорошо, директор Бай, не переживайте.
Сон Ся И был неспокойным: в душе его не прекращалась борьба из-за У Сюэмянь.
Фотографии можно подделать. Запись голоса — тоже.
Даже в подлинности видео нельзя было быть уверенным до конца.
И лишь сам Ся И отчетливо понимал: глубоко в его сердце уже пустило корни семя по имени сомнение.
— Доброе утро, братец. — Ся И вдруг почувствовал, что его обняли. Открыв глаза, он ожидаемо увидел сияющее улыбкой лицо У Сюэмянь. Эта улыбка была столь чистой и не содержала ни капли зла.
Ся И коснулся волос У Сюэмянь и, натянув слабую улыбку, произнес:
— Чего это ты так рано встал?
— Мм, потому что хочу подняться с братом на гору Цуйпин. — У Сюэмянь уткнулся лицом в шею Ся И и, капризно потираясь о неё, глухим голосом протянул:
— Братец, давай сегодня всё-таки сходим в горы?
— Хорошо.
Позавтракав на скорую руку, оба собирались выходить. Стоило им открыть дверь номера, как соседняя дверь тоже распахнулась.
Бай Цзиньлань был облачён в стильный молодёжный костюм свободного кроя, а волнистые волосы были зачёсаны назад солнцезащитными очками. От всего его облика исходила мощная аура.
Заметив вышедшего Ся И, он с напускным удивлением произнес:
— Какая встреча!
Ся И бесстрастно смотрел на него. В памяти вновь бурной волной поднялись те самые томные, двусмысленные воспоминания прошлой ночи.
— Да, — холодно бросил он.
Взгляд У Сюэмянь бегал туда-сюда между ними двумя. Прищурившись, он с минуту изучал Бай Цзиньлань: разумеется, этот смазливый и опасный мужчина врезался ему в память. Вряд ли кто-то смог бы легко забыть человека с такой сильной аурой и выдающейся внешностью, подумалось У Сюэмянь.
Сначала он мазнул взглядом по обуви Бай Цзиньлань, затем оценил его часы и прочие аксессуары. Вскоре на его лице появилась дружелюбная улыбка. Протянув руку, он представился:
— Здравствуйте, меня зовут У Сюэмянь. В прошлую нашу встречу мы так и не успели толком познакомиться.
Тон его был донельзя мягким — казалось, будто недавнее ночное противостояние между ними было всего лишь плодом воображения.
Бай Цзиньлань приподнял бровь и пожал протянутую руку У Сюэмянь, однако уже через три секунды отдернул ладонь.
— Здравствуй, Бай Цзиньлань.
С этими словами он перевёл взгляд на Ся И, держась вежливо и непринужденно:
— Вы куда собрались?
Глядя на выражение лица Бай Цзиньлань, Ся И невольно сжал руки в кулаки по бокам. Он никак не мог взять в толк, чего именно тот добивается.
— В горы, — ответил он.
— В горы? Поход в горы — это прекрасно... — Бай Цзиньлань рассеянно кивнул, а затем расплылся в улыбке. — Вы ведь не против, если я составлю вам компанию? Я тоже очень люблю горные прогулки.
Бай Цзиньлань бросил взгляд на Ся И. У Сюэмянь перевел глаза на спутника, в его взгляде читалось любопытство.
В этот момент вопрос поставил Ся И в тупик: он совершенно не представлял, как объяснить свои отношения с Бай Цзиньлань.
— Как-нибудь в другой раз я познакомлю его со своими друзьями, — Ся И нарочно выделил голосом слово друзья.
— День на день не приходится. Или ты считаешь, что я тебе не друг? — Бай Цзиньлань улыбнулся, его тон звучал мягко и открыто. — Тогда как ты представишь меня своему парню? Если я не твой друг, то кто мы друг другу?
Эти слова были столь искусно подобраны, что теперь даже У Сюэмянь нахмурился, явно ожидая ответа Ся И.
— Братец, раз уж он твой друг, пошли вместе, — улыбнулся У Сюэмянь, искренне полагая, что помогает Ся И выпутаться из неловкого положения.
Поймав их взгляды, Ся И прищурился и спустя мгновение наконец сдался:
— Ладно.
Роскошный автомобиль Бай Цзиньлань был припаркован прямо под окнами гостевого дома, и парочки то и дело останавливались возле него, чтобы сфотографироваться.
Мужчины и парни редко остаются равнодушными к крутым тачкам, а У Сюэмянь был заядлым автолюбителем — стоило ему увидеть эту машину, как его глаза загорелись.
Разумеется, это не укрылось от проницательного взгляда Бай Цзиньлань.
— Нравится? Ха-ха, эта модель выпущена ограниченной мировой серией, знакомый моего отца помог мне купить её вне очереди. — Бай Цзиньлань с улыбкой посмотрел на У Сюэмянь, покачивая на кончиках пальцев ключи от машины, издававшие тихий, манящий звон. — Хочешь прокатиться?
У Сюэмянь едва не выпалил согласие, но узда здравого смысла вовремя удержала его.
Он покачал головой:
— Спасибо, не нужно. Машина просто класс.
В то же время его любопытство к этому человеку разгорелось с новой силой:
— А вы тоже живете в этом уезде?
Спросив это, он тут же подумал, что проявил бестактность, но слова уже слетели с губ, и вернуть их было невозможно. Он украдкой глянул на Ся И — лицо того по-прежнему оставалось непроницаемым.
Услышав это, Бай Цзиньлань покачал головой и усмехнулся:
— Нет. Можно сказать, это мои родные места, но сам я здесь не живу. Сейчас я обосновался в Нью-Йорке.
У Сюэмянь улыбнулся:
— А я уж было подумал, что вы сын начальника моего отца. У начальника моего отца тоже фамилия Бай. Видимо, показалось. Тот начальник живёт в Новой Зеландии.
— О, вот как. — Бай Цзиньлань чуть заметно усмехнулся, в его глазах мелькнул лукавый огонек. — Какое забавное совпадение.
К подножию горы Цуйпин они шли пешком. Дорога выдалась оживленной: У Сюэмянь и Бай Цзиньлань болтали обо всём на свете — от акций до экономической ситуации, и быстро нашли общий язык. Прошло всего полчаса, а У Сюэмянь уже полностью изменил своё мнение о Бай Цзиньлань.
Добравшись донизу, Бай Цзиньлань запрокинул голову, окинул взглядом вершину и улыбнулся:
— Похоже, гора не такая уж высокая.
— Мы на равнинне, здесь и правда нет высоких гор, — отозвался У Сюэмянь.
Ступени, ведшие наверх, были довольно узкими — вдвоем на них едва можно было разминуться. У Сюэмянь и Ся И шли плечом к плечу впереди, а Бай Цзиньлань, о чем-то задумчиво размышляя, плелся в нескольких шагах позади.
— Ся И, — голос Бай Цзиньлань звучал с легкой одышкой и нотками извинения. — Можешь меня поддержать? Ноги совсем не держат.
Ся И слегка растерялся. Обернувшись, он увидел, что Бай Цзиньлань согнулся в три погибели, уперевшись руками в колени. Дыхание его было сбивчивым, а растрепанные локоны падали на уши — вид у него и впрямь был донельзя изможденным.
— Ты... — Ся И замялся.
— Простите, вы ведь наверняка поднимаетесь ради заветных красных ленточек на вершине? — Бай Цзиньлань поднял лицо и через силу улыбнулся. — Говорят, их количество ограничено, опоздаешь — и ничего не достанется.
Услышав это, У Сюэмянь на секунду засомневался: с одной стороны, ему не хотелось бросать Ся И одного, с другой — упускать ленточку тоже не улыбалось.
Ся И угадал его мысли и сказал У Сюэмянь:
— Иди на вершину первым, мы догоним.
Посмотрев на болезненный вид Бай Цзиньлань, У Сюэмянь ничего не оставалось, как согласиться:
— Хорошо, братец, будьте аккуратнее.
— Угу.
Ся И поддержал Бай Цзиньлань под руку. Раньше он думал, что раз тот так любит тренировки, то и выносливость у него отменная, но теперь казалось, что это вовсе не так.
Впрочем, всю оставшуюся дорогу Бай Цзиньлань вел себя тихо и действительно выглядел хворым.
— Ай, И-и, неужели ради меня ты бросил своего парня? Он случайно не разозлится? — Бай Цзиньлань скосил глаза на Ся И и с улыбкой поинтересовался.
Ся И оставил вопрос без ответа.
Этот горный участок пути наконец подошел к концу. Когда они поднялись на вершину, там уже толком негде было яблоку упасть — кругом кишели люди.
Путники подошли к дереву, увешанному красными ленточками, и выяснили, что их ожидания оправдались: все ленты уже раскупили.
Ся И достал телефон, собираясь набрать У Сюэмянь, но стоило аппарату оказаться в руке, как его перехватила другая, бледная ладонь.
Подняв глаза, Ся И увидел, что Бай Цзиньлань смотрит на него сверху вниз с сияющей улыбкой — от былой слабости не осталось и следа.
Покачав телефон Ся И на ладони, Бай Цзиньлань достал из сумки матерчатый мешочек с иероглифом «Счастье» и произнес:
— Забудь про своего парнишку. У меня всего две красные ленты. Если мы позовем его сюда, кому, по-твоему, должна достаться эта лента — тебе или ему? Я столько сил потратил вовсе не для того, чтобы смотреть на ваши сюсюканья.
С этими словами Бай Цзиньлань протянул ему одну из ленточек из мешочка:
— Бери... Не бойся, красная лента оберегает не только любовь, но и многое другое. По мнению небожителей, любовь — всего лишь пустяк, животный инстинкт размножения, это люди возвели её в ранг божественного.
Пожав плечами, Бай Цзиньлань вложил ленту в руку Ся И и принялся самостоятельно привязывать свою к ветке дерева. Затем он закрыл глаза и сложил ладони в молитвенном жесте.
Черты лица Бай Цзиньлань были резкими и выразительными. Ся И на мгновение замер, разглядывая его в профиль, после чего последовал его примеру и тоже привязал ленту к дереву.
В ту секунду, когда он сложил ладони в мольбе, в его голове билась лишь одна мысль: боги, даруйте бабушке долгие годы жизни.
http://bllate.org/book/31510/3844768
Готово:
