Он страстно любил читать романы и почти не выпускал их из рук. Сянься, городской жанр, фермерство, бесконечный поток миров — он увлекался абсолютно всем. Книга Сказание о злодее, совершенствующемся в бессмертие, которую он читал в последнее время, была как раз новой работой его кумира.
Но сегодня все эти сянься, борьба за энергию ци, Стадия Зарождающейся Души... все эти термины превратились в бесчисленных головастиков, которые никак не хотели залезать в голову. Боковым зрением он заметил, как Матушка Чжао произносит тосты со старшими. Матушка Чжао, переодетая в мужской костюм и с короткой стрижкой — нет, братец Чжао, — выглядела непривычно решительной и собранной.
— Цзиньван, — Сыянь неожиданно подсел к нему и придвинулся, чтобы чокнуться бокалами. — Опять роман читаешь? Что ты теперь собираешься делать?
— Куда река приплывет, там и мост построится, — пожал плечами Чжан Цзиньван. — В худшем случае выставлю себя на Сяньюй в качестве раба.
Сыянь усмехнулся и снова спросил:
— Дружище, я ведь серьезно.
— Да я просто хочу быть с вами... — Чжан Цзиньван тут же пожалел о сказанных словах, прозвучало слишком сентиментально. Если бы он выпил алкоголя, то смог бы прикинуться пьяным, но с кокосовым молоком этот номер не проходил.
Ему стало неловко, поэтому он потер затылок и снова уткнулся взглядом в экран телефона.
— Раз тебе так нравится читать романы, почему бы не попробовать писать самому? Парень из соседней со мной квартиры на этом две квартиры купил, — между делом бросил Сыянь. — Ты же в прошлом даже брал главный приз на конкурсе по писательскому мастерству?
— Сочинения для учеников начальной и средней школы тоже считаются?
— Считаются. В большинстве случаев сетевую литературу пишут грамотеи для неграмотных.
Чжан Цзиньван уже хотел было яростно выругаться: Да ты несешь чушь! — но, вспомнив, что собеседник — выпускник Пекинского университета, решил, что полным невеждой того все-таки не назовешь. Поэтому он сдержал гнев и тихонько буркнул:
— Сам ты чушь несешь.
Сказано было без задней мысли, да услышавший намотал на ус.
В самом деле, разве кто-то из любителей почитать романы хоть раз в жизни не мечтал взять перо и создать собственный мир? Чжан Цзиньван глянул на экран, где красовалось Сказание о злодее, совершенствующемся в бессмертие, и его сердце слегка дрогнуло.
Пока он размышлял об этом, на телефон внезапно пришло сообщение в WeChat. Кликнув, он прочитал:
Я уже приехал, после окончания выходи меня искать. — Се Жуй.
Сыянь заглянул в экран и подколол:
— Ого, личный водитель генерального директора Се, вот это уровень.
— Да какой там! Мой братец угнал мой мотоцикл, а этому поганцу Се поручил подбросить меня до дома, иначе с чего бы тому о мне вспоминать? — Чжан Цзиньван не удержался и цыкнул языком. — Вечно только и зудит, что я ничем дельным не занимаюсь. Теперь, когда я безработный, боюсь представить, как он станет меня пилить.
Чжан Цзиньван вовсе не горел желанием встречаться с Се Жуем, а потому медлил, ковыряясь в остатках блюд, и специально вышел из отеля самым последним.
Стоило ему перешагнуть через вращающиеся двери, как он сразу заметил припаркованный у входа черный Porsche 911. Какой-то мужчина в черном деловом костюме прислонился к кузову и разговаривал по телефону.
Он был высок, с длинными ногами, а лицом напоминал Тони Люна и Дэниела Ву в те дни, когда те совершили какую-то роковую ошибку. По родинке в уголках каждого глаза и губ придавали его внешности еще больше мягкой, утонченной загадочности.
Проходившая мимо парочка влюбленных вытаращила глаза: девушка пялилась на мужчину, парень — на машину, разделение труда было предельно четким.
— Прибыл? — заметив, как Чжан Цзиньван подошел ближе, Се Жуй равнодушно скосил на него взгляд, выпрямился во весь рост и бесстрастно произнес: — Я уж думал, вы еще не наелись и решили остаться на второй круг. Ничего страшного, могли бы доесть и ужин, а потом прогуляться у озера, прежде чем соизволили бы явиться.
Чжан Цзиньван подавился от такой шпильки.
Се Жуй мягким тоном произнес в трубку:
— Вашего братца забрал. — Он снова перевел взгляд на Чжан Цзиньван, окинул его оценивающим взглядом с ног до головы, после чего презрительно вздохнул и отдал приказ:
— Садись в машину.
При виде Се Жуя в душе Чжан Цзиньвана сразу закипала злость, но, помня, что тот сейчас разговаривает с его старшим братом и не желая подставлять последнего, он послушно забрался на пассажирское сиденье и даже прилежно пристегнулся ремнем безопасности.
Пока машина трогалась с места, Се Жуй продолжал крутить руль и одновременно болтать по телефону с его братом.
— Раз дело зашло так далеко, я советую ему размыть доли. Покупатели уже владеют шестнадцатью процентами, это тревожный сигнал... Он правда так сказал? Ну тогда его уже не спасти, родственникам пора заказывать панихиду.
— Разумеется, я как всегда прав... Этот тип вечно норовит что-то кому-то доказать, хотя на самом деле у него в голове столько тараканов, что хватило бы на партию в продвинутого «Сапера».
— Могу повторить это ему прямо в лицо. Мне вот безумно интересно, как он вообще умудрился устроиться в Чжунся MD? За счет того, что он сын своего отца? Но раз уж мы родственники, при наличии подходящей выгоды я не прочь побывать спасителем человечества.
Се Жуй обсуждал со старшим братом бизнес, и Чжан Цзиньван не мог вставить ни слова, да и слушать ему было лень. Он прислонил голову к автомобильному стеклу, ощущая, как мелкая дрожь вплавляется в кровеносные сосуды, и наблюдая, как за окном проносятся городские высотки.
Чтоб тебя, пусть поскорее попадется камера фиксации нарушений за разговор по телефону за рулем! — злобно пожелал про себя Чжан Цзиньван.
К сожалению, Се Жуй довольно быстро повесил трубку.
С завершением разговора в салоне воцарилась могильная тишина. Один вел машину, другой витал в облаках, словно случайные попутчики в попутном такси, и лишь тихий шепот кондиционера нарушал эту тишину.
Се Жуй был другом его старшего брата и в школьные годы захаживал к ним домой едва ли не через день. Уехав на несколько лет в аспирантуру за границу, он все равно поддерживал связь с братом. Вернувшись на родину, он открыл стартап, а в перспективе готовился возглавить семейный медиахолдинг, за что в кругах его величали не иначе как молодым директором Се.
Чжан Цзиньван был знаком с Се Жуем целых пятнадцать лет, но тот считал его пропащим человеком, а он на дух не переносил высокомерные замашки Се Жуя — по сей день они терпеть друг друга не могли.
Те, кто пережил эпоху «троицы неразлучных друзей», наверняка поймут: два совершенно не подходящих друг другу кирпича держатся вместе исключительно благодаря третьему, выполняющему роль цементного раствора. Стоит «цементу» исчезнуть, как они мгновенно скатываются из разряда «приятелей для вида» в статус «совершенных незнакомцев».
Его брат был тем самым цементом, а они — двумя брусками, которые никогда не смогут по-настоящему соединиться.
— Поздравляю с вступлением в ряды безработных, — Се Жуй первым нарушил молчание, отчего Чжан Цзиньван тут же подумал, что лучше бы тот молчал.
С кривой ухмылкой он выдал:
— И всю твою семью туда же.
— Нашел уже новую работу?
— Плевать. Раз уж выдалась редкая возможность пожить в свое удовольствие, побуду пока домашним растением, — небрежно бросил Чжан Цзиньван.
— Все такой же безответственный плывун по течению.
Воздух в салоне снова остыл, еще ярче подчеркивая всю нелепость только что прозвучавшего неловкого диалога.
Тонкие пальцы Се Жуя постучали по рулю, и швейцарские часы на запястье блеснули холодным металлическим отблеском. Проехав так еще несколько десятков метров, он посмотрел на дорогу перед собой и небрежным, безмятежным тоном обронил:
— Ну что, не желает ли некий безработный гражданин устроиться ко мне в компанию секретарем?
http://bllate.org/book/31486/3841235
Готово:
