Догадки близнецов
Переглянувшись, оба брата тут же сошлись на главном решении: ни при каких обстоятельствах не выдавать Джорджа, пока не настанет самый крайний момент.
После этого они принялись восстанавливать в памяти детали, если говорить точнее — детали, связанные с Гарри Поттером.
— В наш третий год обучения он только поступил в школу, не знал, как добраться до платформы, и встретил нашу семью. Позже они с Роном оказались в одном купе, а после этого стали закадычными друзьями.
— О~ Похоже, в купе Хогвартс-экспресса и вправду кроется какая-то магия. Несколько самых близких друзей Билла тоже познакомились именно в купе.
— Если уж на то пошло, мы ведь тоже. В купе мы встретили нашего хорошего друга Ли Джордана. — И Анджелину.
— А что потом?
— Точно я уже не помню. Во всяком случае, стоило Гарри пойти в школу, как каждый год начинался с каких-нибудь происшествий: на Хэллоуин прорвался тролль, и он вместе с нашим малышом Роном спас будущую девушку Рона.
— Ого~ — Фред протянул это с таким видом, будто его зацепила именно часть про будущую девушку.
— Он даже попал в сборную Гриффиндора по квиддичу досрочно из-за одного происшествия, и он просто потрясающ.
— А мы?
— Мы — загонщики, вступили на втором курсе.
— Мне нравится эта позиция. — Фред изобразил красивый удар битой — яростный, хаотичный и безумный, вполне в их общем стиле.
— Вообще-то Вуд, то есть наш будущий капитан, называл нас живыми бладжерами.
— Очень точное определение.
— Нашему младшенькому с этим Избранным досталось куда больше приключений, чем нам: уже на первом курсе он столкнулся с Темным Лордом.
— Что?!
— Темный Лорд прицепился на затылок нашему профессору по Защите от Темных Искусств того года. Конечно, официально всё преподносили иначе, но ты же знаешь, что наш младший брат немного... — Джордж пожал плечами. — Тщеславен, раскрутить его на болтовню не так уж сложно. К тому же Джинни — преданная фанатка Гарри.
— Темный Лорд возродился уже тогда?
— Нет, если верить Дамблдору, это был всего лишь сгусток блуждающего духа, еще слабее призрака. Темный Лорд возродился только на четвертом курсе Гарри.
— Джордж, не мог бы ты говорить чуточку серьёзнее? Я вообще не чувствую никакой опасности.
— И не нужно. Мы всё равно победим в конце. Продолжаем: главным героем второго курса становится наша младшенькая Джинни, хотя... в каком-то смысле она выступает в роли отрицательного героя...
Они бегло прошлись по всем семи годам, добравшись вплоть до сцены финальной битвы...
— Джордж, прерву тебя на секунду: ты уверен, что Гарри и Темный Лорд действительно были заклятыми врагами?
— Конечно, с чего бы этому быть ложью, об этом знает весь магический мир. — Джордж как раз пересказывал сцену дуэли.
— Тогда почему, когда ты описываешь их диалог в самом конце битвы, их разговор звучит так странно? Вроде: в конце останешься только ты и я, это должны быть только мы, давай в последний раз покаемся, и всё ради любви. Это звучит как парочка, которая решила разойтись.
— Эм... Возможно, ты попал в точку, Фред. — Джордж, который помнил всё не так уж чётко.
— Джордж, это же ужасно.
— Фред, это ведь твои догадки.
— Но описываешь-то всё ты.
— Я не Мерлин. Если честно, кроме Рона и Гермионы, вообще никто не знает, как именно Гарри победил Темного Лорда. По его словам, Дамблдор поручил им заняться какими-то особыми делами. Весь последний год они вели себя крайне секретно, постоянно бегали в бегах, скрывая это даже от членов Ордена Феникса. Нам двоим досталось вести разве что подпольную радиостанцию.
— Правда, скрытая под толщей истории, всегда поражает воображение.
Прямо как мы после теракта 9/11, когда строили безумные теории о Бин Ладане и Клинтоне. Сплетни о Темном Лорде всегда вызывают легкий зуд в одном месте. Опираясь на эту долю ненависти и страха, так и хочется заявить, что он-то точно был пассивным в этих отношениях.
— На этот раз у нас, пожалуй, будет достаточно времени, чтобы при спасении мира вернуть Темному Лорду... чистоту его горькой первой любви.
— Прямо как профессор Снегг, который помогал Гарри только потому, что был в кого-то влюблен?
— Угу, в этом можно не сомневаться, он в любом случае положительный персонаж. — Джордж виновато посмотрел на брата: в тот момент, когда Гарри противостоял Волдеморту, сам Джордж как раз сжимал в руках ту самую бомбу с часовым механизмом, готовясь в любой момент сорваться с места и броситься на врага ради взаимного уничтожения — разве у него оставались силы запоминать такие подробности?
Если бы не незнакомая девчонка с какого-то курса, которая вздохнула рядом: «Знай я раньше, что профессор Снегг способен на такую глубокую страсть, я бы сама начала за ним ухаживать», — он бы ни за что не запомнил эту деталь, о которой упоминал Гарри.
— И в кого же он был влюблен? В отца Гарри? Мать? Дядю? Тетю? Или в того самого крестного?
— А почему ты не записал в этот список самого Гарри?
— Он же наш шурин, разве нет? — В нем взыграло желание защитить своих. — К тому же Гарри и Темный Лорд... Ой, а как тебе идея помешать Джинни запасть на Гарри?
— Звучит разумно. Если у Гарри с Темным Лордом действительно какие-то неразрывные... то бедной Джинни придется несладко. — Он знал, что Фред превосходит его в плане внезапных озарений, но чтобы до такой степени...
— Пусть мы нафантазировали лишнего, но, Джордж, твоё описание будущего в части того, как именно уничтожить Тёмного Лорда и какова там подноготная, донельзя размытое.
— Зато рецепты наших Забастовочных завтраков я помню отчетливо. — Твердо ответил он.
— Если бы вернулся Рон, он бы наверняка знал больше. — С сожалением произнес Фред.
— Сам Темный Лорд — сплошная загадка. Дамблдор лично говорил, что в свое время он был лучшим учеником Хогвартса за несколько веков. Кто же знал, что потом... — его крыша окончательно съедет.
— Ты хочешь сказать... что у него к Дамблдору... любовь, переросшая в ненависть? — Фред снова сделал смелое предположение.
— В этом мире возможно всё.
Весь день пролетел легко и весело за постродком безумных теорий близнецов. Джордж пережил войну, и пусть он не знал её первопричин и закулисных интриг, ему хватало и того, что все его близкие остались живы. Даже если бы им пришлось пройти через всё это заново, хуже бы точно не стало, ведь они тоже не лыком шиты, верно?
Подвижный от природы ум близнецов и их страсть к розыгрышам завели их уже до обсуждения тайного романе между Дамблдором и Геллертом. И пусть Джордж не застал момент, когда старый Грозный Маг защищал могилу Дамблдора ценой своей жизни, но в год начала войны «Ежедневный пророк» был забит грязными пасквилями на Дамблдора. Дыма без огня не бывает, верно?
— Думать об этом как-то неэтично. — Фред почувствовал угрызения совести перед стариком. Образ Дамблдора был слишком величественным, строить вокруг него вольные фантазии было психологически тяжело.
— Ну тогда покаемся...
Оба тут же сложили руки перед грудью, выбросили из голов только что родившиеся мысли и продолжили болтать о всякой всячине, хихикая.
— Ты даже не представляешь, как я обрадовался, когда пришел в себя и увидел тебя.
— Полагаю, что так. Кстати, раз уж ты уже выпустился...
— Мы не выпускались, Фред, на седьмом курсе, не доучившись всего полсеместра, мы ринулись навстречу свободе. — Джордж с ностальгией вспомнил их грандиозные подвиги того года. — Впрочем, в этот раз можно попытаться дотянуть до выпуска. В конце концов, мама тогда ругала нас так страшно, что мы несколько месяцев носа домой не казали.
— Как скажешь. Но если эта старая жаба появится снова, думаю, мы церемониться не станем.
Сделав паузу, Фред отвернулся в сторону, но искоса поглядывал на своего брата-близнеца, слегка смущаясь:
— Эм-м... тебе придется меня подтянуть. Только не говори, что считаешь меня тупиком.
— С чего бы вдруг? — Джордж поспешно придвинулся ближе. — Вообще-то я больше всего боялся, что из-за такой разницы между нами ты отдалишься от меня.
Одно дело — быть братьями-близнецами, и совсем другое, когда одному двадцать, а второму десять лет. Даже если оба заявляли, что им всё равно, на душе у них наверняка еще долго будет скрести кошки.
— Ох... Похоже, я уже начинаю сожалеть, Джордж, мы составили слишком длинный список. — Пока они болтали, они набросали перечень дел, которые просто обязаны были сделать.
— С делами Темного Лорда не будем спешить. — Джордж размашисто вычеркнул всё, что было связано с войной. — До поступления Гарри его просто не существует. — Пока Гарри не пошел в школу, всё будет спокойно.
— Верно, стоило Гарри пойти на первый курс, как тот сразу нашел себе носителя и вернулся. — Фред, выслушав описание Джорджа, поморщился. — Какая у них всё-таки бурная связь.
Само слово «связь» заставило Джорджа и Фреда снова вспомнить их недавние домыслы. Стоило этой мысли зародиться, как она пустила корни — словно запущенный в полет бумеранг: сбей его, а он всё равно поднимется; выбрось, а он вернется обратно.
— Кх-кх, давай разделим наше время на две части. Часть первая: Фред, ты не против побыть пай-мальчиком какое-то время?
— Знания — это фундамент любых розыгрышей! — Фред поднял большой палец вверх. — Джордж, не нужно со мной так нянчиться, мы же в конце концов братья, я не такой уж мелочный.
[Быть чуточку мелочным вовсе неплохо...] Фред только что заявил, что его не волнует разница в возрасте, но Джордж рассудил, что это противоречит эгоистичным собственническим порывам влюбленных. Вот почему романтические отношения — такая хлопотная вещь, а любовь, замешанная на братских чувствах — вдвойне хлопотна.
— Что до улучшения материального положения семьи... — Взглянув на пункт в списке, Джордж прекрасно понимал, что чувствовал Фред, когда услышал об оглушительном успехе их магазина волшебных вредностей, принесшего колоссальные богатства.
Изменить тяжелое финансовое положение семьи — это то, к чему стремился каждый Уизли, что в прошлом, что в настоящем. Тем более что они добились этого благодаря собственному хобби, собственным рукам и смекалке. Джорджу тоже не терпелось дорасти до семнадцати лет, чтобы снова открыть свой магазин приколов.
— И снова упираемся в стартовый капитал... Прежде всего, нам понадобятся б/у волшебные палочки для личного пользования, а затем — материалы для первой партии товаров. — Посмотрев на дверь, он добавил: — И придется скрываться от мамы. Но главное — покупатели... у нас нет покупателей. В Хогвартсе огромная аудитория учеников, а сейчас из всех доступных людей у нас есть только семья.
— То есть ждать придется как минимум год.
Они озадаченно переглянулись и тут же пришли к соглашению: сначала учиться, а после поступления в школу искать инвесторов и покупателей.
— Как думаешь, Гарри снова нас проспонсирует?
— Да, но встретимся мы с ним только через три года.
— Судя по твоим словам, Гарри на четвертом курсе спонсировал нас деньгами, выигранными на Турнире Трех Волшебников. А того малыша Гарри, которого мы встретим через три года, есть только наследство, даже если он сам захочет дать нам денег, нам будет неловко их брать.
— Мы можем пропустить стадию исследований, нам понадобятся только деньги на материалы. Так, с сегодняшнего дня начинаем копить карманные расходы. — Стиснув зубы, они решили, что этого должно хватить на выпуск первой партии продукции.
— Вот бы у нас в семье нашелся какой-нибудь родственник-аристократ из Слизерина...
— А ведь дельная мысль, Фред! — Джордж тут же подскочил.
— Ты сошел с ума, Джордж, они же слизеринцы. — Фред, мгновенно раскусив замысел брата, тут же запротестовал.
— Не все слизеринцы — плохие люди, и далеко не все они на стороне Темного Лорда. Среди них немало тех, кого прижали к стенке.
— Например?
— Малфой.
— Ты издеваешься? Малфой — самый верный прихвостень Темного Лорда.
— Ничуть. В день, когда убили Дамблдора, младший Малфой тоже был там, Гарри видел это со стороны. Его родителей заперли, его заставили. Позже, во время финальной битвы, ни один член их семьи не встал на сторону Темного Лорда. Они не помогли Пожирателям смерти выпустить ни единого заклинания. Сам понимаешь, в тот момент исход битвы был неясен, и такой поступок с их стороны был явным предательством. Пусть они и не на нашей стороне, но по меньшей мере они сохранили нейтралитет.
— ......... — Фред уставился в потолок, в конце концов соглашаясь с предложением Джорджа. — Думаю, папа нас прикончит. — Изначально охоту на них собиралась вести только мама.
— Наша цель для обработки — младший Малфой. С ним будет чуть проще.
— Его отец тогда тоже его прикончит. — Уизли и Малфои... это же кровная вражда, которая тянется еще с прапрапрадедушек. Обе семьи терпеть друг друга не могли.
— Сдаемся? — Джордж с улыбкой посмотрел на брата.
— Ни за что... — На лице Фреда появилась точно такая же сияющая улыбка, как у Джорджа. — Само наше существование создано для того, чтобы бросать вызов невозможному!
Только представьте: Малфои и Уизли тайно ведут совместный бизнес... Это же просто... умопомрачительно!
http://bllate.org/book/31473/3839574
Готово:
