Сегодня как раз не было ночных съёмок, и Шэнь Ляню выдалась редкая минутка отдыха, которую он потратил на то, чтобы ещё раз повторить завтрашние реплики.
— Шэнь Лянь? Шэнь Лянь? — раздался с балкона голос Шу Ли.
Шэнь Лянь на мгновение замер с зажатым в руке сценарием. Соседняя комната всё это время пустовала, и он никак не ожидал, что она предназначена для Шу Ли.
Он вышел на балкон.
Балконы двух номеров располагались совсем близко, их разделял зазор меньше полуметра, и Шу Ли стоял как раз у той стороны, которая примыкала к комнате Шэнь Ляня.
Заметив, что он вышел, Шу Ли перекинул Шэнь Ляню банку пива, а затем потряс ту, что держал сам:
— Хозяйка отеля только что угостила, — с некоторым хвастовством добавил он. — Ещё сказала, что когда фильм, в котором мы снимаемся, выйдет на экраны, она пойдёт на него всей семьёй.
Банка пива была только что из холодильника, от неё исходил еле заметный холодок. Шэнь Лянь поблагодарил соседа, дёрнул за кольцо и сделал глоток.
Шу Ли лениво прислонился к перилам и тоже приложился к пиву. Ледяная жидкость покатилась по горло прямо в желудок, принося освежающую лёгкость.
Небо казалось совсем близким к земле, стоило протянуть руку — и можно было коснуться сияющей реки звёзд. Тихий ветер дул издалека, а перед глазами расстилались бесконечные просторы песчаных дюн.
Величественно и мягко.
Оба молчали, просто делая глоток за глотком.
Наконец Шу Ли нарушил тишину:
— Атмосфера такая классная, давай поболтаем?
— О чём ты хочешь поговорить?
Шу Ли задумался:
— Хм… какова твоя мечта?
Шэнь Лянь улыбнулся:
— С чего это ты вдруг спросил?
— Просто мне кажется, что раз ты так много лет в индустрии, у тебя уже есть всё, что нужно. А слово «мечта» подходит только тем, кто всё ещё продолжает погоню.
— Она есть. — Шэнь Лянь сделал глоток пива и тихо произнёс: — Я хочу, чтобы роли, которые я сыграл, жили вечно благодаря мне, и чтобы люди помнили их благодаря мне.
Шу Ли склонил голову набок, глядя на него:
— Разве это ещё не исполнено?
— Жажда совершенства не знает границ, она заставляет с каждым разом стремиться к чему-то ещё лучшему.
— Тогда скажи, почему ты изначально решил стать актёром?
Голос Шэнь Ляня, мягкий и бархатистый, звучал невероятно приятно, когда он неторопливо вёл рассказ:
— Тем летом, после окончания средней школы, режиссёр Се проводил кастинг для фильма «Далёкий край небес» и никак не мог найти подходящего человека. Он был знаком с моей мамой, случайно увидел меня, я попробовал сыграть в нескольких сценах, и меня в каком-то тумане заставили досняться до конца.
Сделав небольшую паузу, он продолжил:
— У меня не было каких-то особых увлечений, и я никогда не думал, чем займусь в будущем. Просто у меня обнаружился небольшой талант к актёрству, и после этого я снялся ещё в нескольких картинах. Именно тогда я понял, что актёрская игра — это прекрасный опыт. Она позволяет прожить разные жизни, прочувствовать самые разные эмоции, и кажется, будто кто-то действительно живёт благодаря тебе.
Шу Ли внимательно смотрел на Шэнь Ляня и заметил, как в глубине его глаз отражается яркий свет. Он спросил:
— И тогда ты влюбился в актёрское ремесло?
— Угу.
— Раз так, ты никогда не задумывался, чем бы ты занимался, если бы не стал актёром?
Шэнь Лянь задумался на пару секунд:
— Наверное, управлял бы семейной компанией.
Шу Ли наигранно и утрированно ахнул:
— Ого, неужели это та самая сцена из реальной жизни: если не добьёшься успеха, придётся вернуться домой и унаследовать миллиардное состояние?
Шэнь Лянь невольно усмехнулся.
Вокруг снова стало тихо. Пиво в банке Шу Ли подходило к концу, когда он вдруг услышал вопрос Шэнь Ляня:
— А ты?
Шу Ли не сразу сообразил, о чём речь, а затем медленно проговорил:
— Я-то… — он улыбнулся. — У меня с детства не было родных, и никто никогда не возлагал на меня никаких надежд.
Встретившись с полным удивления взглядом Шэнь Ляня, Шу Ли подмигнул ему:
— Не ожидал, да? Я вырос в детском доме.
Он был чужаком в этом мире, и система для удобства действительно создала ему легенду сироты.
Шэнь Лянь и впрямь не ожидал такого. Он думал, что такой человек, как Шу Ли — невероятно красивый, с прекрасным характером, всегда улыбающийся окружающим, — при любых обстоятельствах выглядит так, будто вырос в роскоши и окружён всеобщей заботой и любовью.
А у него с самого детства не было родных.
Шу Ли запрокинул голову и допил последние капли.
— Мне всегда казалось, что мечта — это что-то недосягаемое, пока я не встретил тебя. — Он посмотрел на Шэнь Ляня. — Ты совсем не похож на остальных. Я хочу видеть, как твой путь усыпан цветами, как ты обретаешь громкую славу, стоишь на самой вершине и нравишься абсолютно всем.
Голос Шу Ли звучал нежно и сладко:
— В этом и заключается моя мечта.
Шэнь Лянь молча смотрел на него.
Пару секунд они смотрели друг другу в глаза, как вдруг Шу Ли резко указал в небо:
— Смотри, падающая звезда!
Шэнь Лянь машинально повернул голову к небу, а в следующее мгновение Шу Ли стремительно подался вперёд и поцеловал его в щёку.
Шэнь Лянь опешил. Когда он повернулся обратно, Шу Ли уже стоял с самым невозмутимым видом, лучезарно улыбаясь.
— Только не злись, ладно? — Шу Ли взмахнул рукой. — Сегодня мне было невероятно здорово.
Он шагнул в свою комнату, но три секунды спустя снова высунулся оттуда и громко крикнул стоявшему на прежнем месте Шэнь Ляню:
— Спи спокойно!
Два дня спустя травма ноги Шу Ли полностью зажила, и он вернулся к съёмкам.
Девять дней спустя съёмочная группа фильма «Далёкий край небес» завершила работу над сценами в пустыне, и вся команда перебралась обратно в город H.
По возвращении на площадку в городе H у режиссёра нашёлся новый, переписанный сценарий, который нужно было передать исполнителю главной роли, и Шу Ли охотно взялся выполнить эту поручение.
Подойдя к гримёрной Шэнь Ляня, он постучал и услышал чистый, приятный голос, прозвучавший изнутри:
— Войдите.
В гримёрной находились всего два человека, и вторым оказался вовсе не Линь Вэньяо, а незнакомая потрясающая красавица.
На девушке было надето алое кожаное мини-платье, туфли на десятисантиметровых каблуках подчёркивали её тонкую талию и длинные ноги, а губы пылали яркой помадой. Безупречно бледная кожа, изысканный макияж и длинные каштановые волосы крупными волнами падали на грудь, придавая ей зрелый и чарующий вид.
Само по себе появление женщины в личной гримёрной Шэнь Ляня уже было странным, но ещё удивительнее выглядело то, что эта писаная красавица положила руку ему на плечо, а Шэнь Лянь не только не оттолкнул её, но даже не выказал ни малейшего раздражения.
Просто невероятно.
Шу Ли мысленно произнёс: «Дайте мне всю подноготную этой женщины за одну минуту!» Система тут же отозвалась: «Прекращай читать столько романов про генеральных директоров».
Три секунды спустя система извлекла из базы данных досье на девушку:
«Су Ман, двадцать восемь лет, директор студии Шэнь Ляня, его личный менеджер».
Ах, так это была старшая сестра-менеджер!
Заметив Шу Ли, Су Ман выпрямилась и её алые губы изогнулись в улыбке:
— Это и есть тот самый легендарный… малыш Шу Ли?
С чего это вдруг я оказался героем легенд?
Шу Ли кивнул:
— Я Шу Ли, здравствуйте. — Помедлив пару секунд, он перевёл взгляд на Шэнь Ляня и спросил: — Брат Шэнь Лянь, это твоя девушка? Какая она красивая.
На вид он улыбался так, будто задал вопрос мимоходом, но в его тёмных глазах мелькнуло замешательство, когда он прямо уставился на Шэнь Ляня.
Поддавшись какому-то необъяснимому порыву, Шэнь Лянь не стал опровергать эти слова, а лишь небрежно бросил:
— У тебя ко мне дело?
Су Ман слегка удивилась, но промолчала, с удовольствием предвкушая зрелище со стороны.
Шу Ли замер, словно совершенно не ожидав такой реакции от Шэнь Ляня, и лишь спустя какое-то время через силу улыбнулся. Положив сценарий на стол, он сбивчиво произнёс:
— Ре-режиссёр попросил передать сценарий… Ну, раз я его отдал, то мне уже пора…
Он поспешно опустил голову и бросился к выходу, но внезапно с глухим стуком врезался в дверной косяк, пошатнулся назад и тяжело рухнул на пол.
Шэнь Лянь и Су Ман испуганно переглянулись и бросились к нему, но Шу Ли уже стремглав поднялся на ноги, собираясь бежать дальше.
Шэнь Лянь схватил его за запястье и нахмурился:
— Ударился головой? Сильно? Дай-ка посмотрю.
Шу Ли, опустив голову, пытался вырваться, его длинные волосы закрывали пол-лица, пока Шэнь Лянь властным движением не приподнял его подбородок.
На левом виске красовалась большая багровая шишка, кожа не была повреждена, но из-за боли или по какой-то другой причине уголки глаз покраснели донельзя, придавая ему невероятно жалостливый вид.
Сердце Шэнь Ляня внезапно смягчилось, и он мягко произнёс:
— У меня здесь есть холодильник, давай я приложу лёд.
Стоило хватке на запястье ослабнуть, как Шу Ли тут же вырвался и выбежал за дверь, по пути едва не запутавшись в подоле костюма для исторических съёмок.
Су Ман прислонилась плечом к косяку и цокнула языком:
— Парень явно к тебе неравнодушен, а ты так с ним обошлся. Совсем не похоже на твой характер.
Шэнь Лянь ничего не ответил, а на его лице промелькнула лёгкая тень досады.
Заметив такое выражение лица — редкость для Шэнь Ляня за столько лет, — Су Ман искренне изумилась:
— Шэнь Лянь, ты что, серьёзно? Неужели решил закрутить настоящий роман?
Нет, она вовсе не боялась за его карьеру — в конце концов, с влиянием семьи Шэнь в индустрии развлечений никто и слова поперёк не посмел бы ему сказать. Просто в её системе координат никогда не существовало понятий вроде «Шэнь Лянь способен в кого-то влюбиться» или «Шэнь Лянь заводит романтические отношения».
Шэнь Лянь бросил на неё взгляд:
— По-твоему, это возможно?
Не успела Су Ман перевести дыхание, как он задал ещё один вопрос, от которого она едва не поперхнулась.
Шэнь Лянь задумчиво произнёс:
— А тебе он кажется плохим?
— Выглядит довольно милым, — пожала плечами Су Ман. — Вот только слишком уж красив… Настолько красив, что это даже кажется опасным.
— Красив? — в голове у Шэнь Ляня всплыли влажные искры в глазах Шу Ли, напоминавшие чистые осколки драгофенритов, отражённые гладью озера. — И вправду хорош собой.
Отель, в котором остановилась съёмочная группа Шу Ли, на первом этаже и цокольном этаже содержал бар. Заведение пользовалось большой популярностью, и там то и дело удавалось встретить кого-нибудь из звёзд, больших и малых.
Парень в розовой рубашке постучал костяшками пальцев по барной стойке и, лукаво сощурившись, произнёс:
— Лонг-Айленд Айс Ти, пожалуйста.
Девушка-бармен внезапно залилась краской.
Потягивая напиток, Шу Ли огляделся по сторонам, и его взгляд зацепился за мужчину, беседовавшего с кем-то неподалёку.
На вид тому было чуть за тридцать, одет он был в тёмный повседневный костюм, излучал уверенность, а изящные черты красивого лица трогала лёгкая улыбка — весь его облик выдавал человека зрелого и интеллигентного. Шу Ли обратил внимание на его наручные часы — новинку этого месяца, цена которой начиналась от нескольких миллионов евро.
«Кажется, мне понадобится кто-то в поддержку, братец-система!»
Система тут же вывела справку:
«Чжоу Цзыян, крупный акционер развлекательной компании Чжоу Син».
Помедлив, система добавила с ноткой насмешки:
«Ранее содержал нескольких популярных молоденьких красавчиков».
Этот отель находился прямо на территории киностудии, и здесь жили в основном задействованные на съёмках актёры. Если Чжоу Цзыян приехал навестить своего очередного молодого фаворита и попутно заглянул в бар, всё сходилось идеально.
Шу Ли посчитал такой вариант вполне подходящим — пусть будет он.
Одним глотком допив остатки алкоголя, Шу Ли прихватил со стойки бокал ледяного пива и направился к намеченной цели.
Проходя мимо Чжоу Цзыяна, он сделал вид, что споткнулся. Бокал наклонился, и большая часть содержимого плеснула прямо на дорогой костюм мужчины.
Хотя на дворе уже стояла зима и в баре работал обогреватель, ощущение залитого ледяным пивом плеча явно не сулило ничего приятного. Чжоу Цзыян поднялся на ноги, его лицо помрачнело.
— Ой, прошу прощения… — Шу Ли медленно поднял голову, и хотя его губы произносили извинения, на лице играла беспечная и лукавая улыбка.
http://bllate.org/book/31470/3839328
Готово:
