В тот момент, когда зазвонил телефон, сердце Цзян Чжаочжао пропустило удар.
Ощущения вернулись в реальность: в знойный летний день на полную мощность ревел кондиционер, за окном не переставая цикады пели свои песни, а солнечный свет, пробиваясь сквозь стекло, отпечатывал на полу тени деревьев.
Цзян Чжаочжао перевёл взгляд на экран телефона, увидел имя звонящего и недовольно поджал губы.
Я ведь как раз был в самом разгаре работы...
— Алло.
Отвечая на звонок, Цзян Чжаочжао одновременно сохранил файл.
— Цзян Чжаочжао, у меня сегодня вечером светский приём, составишь мне компанию, — раздалось на том конце.
Цзян Чжаочжао тяжело вздохнул. Его сердце всё ещё бешено колотилось из-за внезапного прерывания, а на шее даже выступили капельки мелкого пота.
— Какой ещё приём? С чего это вдруг у тебя банкет? — поинтересовался Цзян Чжаочжао.
— На этот раз вполне приличный, — усмехнулся Сюй Хэнчжи. — Помнишь, то мероприятие, над которым я в последнее время так пахал, разве не закончилось вчера? Вот организаторы сегодня и устроили вечеринку.
— Тогда почему ты зовёшь меня...
— Там будут красавчики!
Речь Цзян Чжаочжао прервали.
Настолько эффективный и прямолинейный способ заглушить собеседника заставил Цзян Чжаочжао проглотить все свои отказы и жалобы.
В трубке воцарилось молчание.
Спустя несколько секунд:
— Во сколько? — спросил Цзян Чжаочжао.
Сюй Хэнчжи сначала издал оглушительный и ни капли не смущенный смех: «Ха-ха-ха-ха-ха», — а затем произнес:
— В семь. Приводи себя в порядок, в половине седьмого я заскочу за тобой.
Цзян Чжаочжао:
— А я разве согласился идти?
Сюй Хэнчжи:
— Завезу твой самый-самый любимый двойной кожаный крем.
Цзян Чжаочжао:
— Хм.
Сюй Хэнчжи:
— И ещё куплю профитроль.
Уголки губ Цзян Чжаочжао уже начали расползаться в улыбке.
Но в следующую секунду.
Сюй Хэнчжи спросил:
— Ты чем там вообще занимался?
Улыбка тут же сползла с лица Цзян Чжаочжао.
Он бросил взгляд на нечто невыразимое на холсте, и его снова бросило в жар.
— Я, эм... — Цзян Чжаочжао с полсекунды чувствовал себя не в своей тарелке, но тут же выпрямился: — Ничем я не занимался.
Сюй Хэнчжи:
— Если ничем, с хрена ли ты паникуешь?
Цзян Чжаочжао:
— С чего бы мне паниковать?
— Ладно, некогда с тобой болтать, — на том конце вокруг Сюй Хэнчжи вдруг стало шумно. Бросив напоследок: — Я на работу, увидимся вечером, — он сбросил вызов.
В комнате мгновенно воцарилась прежняя тишина.
Цзян Чжаочжао опустил взгляд на холст перед собой: двое парней, запрокинутые головы, жидкость, переплетение...
Стоило только остановиться и взглянуть на это со стороны, как Цзян Чжаочжао начинало казаться, что он невероятно пошл.
Слишком уж откровенно. Смотришь ли набросок мельком или вглядываешься детально — абсолютно каждая деталь заслуживает того, чтобы над ней поломать голову.
Поэтому, закрывая программу для рисования, Цзян Чжаочжао одновременно отрёкся от того, что рисовал он.
В конце концов, рисовал Учитель Бяньбянь, а вовсе не он, Цзян Чжаочжао. Какое это вообще имеет отношение к нему?
Осушив полбутылки воды и прикончив пару ломтиков арбуза, Цзян Чжаочжао просидел перед монитором с пустым видом добрых полчаса, прежде чем снова войти в рабочий ритм.
Это была уже финальная стадия. Извлекая урок из прошлого, он перевёл телефон в режим «не беспокоить» и целый час сосредоточенно дорисовывал картинку.
В тот момент, когда планшет снова погас, Цзян Чжаочжао вновь сменил личину: из сетевого Учителя Бяньбяня, под чьими работами все только и делали, что вздыхали: «а-а-а-а», он превратился в приличного соседа паренька Цзян Чжаочжао.
Время было ни раннее, ни позднеё. Цзян Чжаочжао принял душ, привёл себя в порядок, и Сюй Хэнчжи уже почти подъехал к дому.
Спускаясь по лестнице, Цзян Чжаочжао вдруг вспомнил, что за мероприятие так сильно занимало Сюй Хэнчжи в последнее время.
Ранее Сюй Хэнчжи упоминал, что это модный показ, организованный в сотрудничестве с модельным агентством, и говорил, будто добрая половина моделей там — высокие и красивые парни смешанных кровей.
Добравшись до первого этажа, Цзян Чжаочжао вспомнил ещё кое-что: Сюй Хэнчжи присылал ему целую кучу фотографий моделей-красавчиков.
Тогда Цзян Чжаочжао взял в руки телефон.
Впрочем, очень скоро Цзян Чжаочжао телефон отложил.
Да ну, нечего там листать. Когда он посмотрел те фото впервые, то просто отпустил пару дежурных комплиментов, и в памяти ничего особенного не отложилось.
А раз не приглянулось — значит, и пересматривать не стоит.
У ворот жилого комплекса Цзян Чжаочжао с первого взгляда узнал броскую и яркую машину Сюй Хэнчжи.
Более того, этот гад, прекрасно зная, что Цзян Чжаочжао его заметил, ещё и с показным кокетством пару раз моргнул фарами.
Стоило сесть в салон, как со всех сторон повеяло такой ледяной стужей, от которой можно было околеть. Закрыв дверь, Цзян Чжаочжао тут же спросил:
— У тебя в багажнике труп спрятан?
— Какой ещё труп? — повторив вопрос, Сюй Хэнчжи тут же сообразил в чём дело и усмехнулся: — Просто на улице жара стояла невыносимая.
Разве Сюй Хэнчжи не знал Цзян Чжаочжао? Пустые придирки — это просто завуалированная вредность.
И что оставалось делать? Конечно же, сначала убавить мощность кондиционера, потом поднять температуру на градус выше, а затем и вовсе протянуть руку назад, чтобы достать с заднего сиденья профитроль.
— Вот профитроль, а двойной кожаный крем здесь, — произнес Сюй Хэнчжи. — Проголодаешься — перекуси сразу, на самом банкете еда может быть всякой. А после окончания я угощу тебя раками.
План следовал за планом. Цзян Чжаочжао принял профитроль и ошеломленно уставился на Сюй Хэнчжи.
Сюй Хэнчжи завёл мотор и рассмеялся:
— Чего ты?
Цзян Чжаочжао поинтересовался:
— Какой тайный умысел кроется в сегодняшнем вечернем приёме?
http://bllate.org/book/31458/3837536
Готово:
