— Зачем?
— Я выпил. — Гуань Мяо слегка нахмурился, в желудке снова забухал алкоголь, отчего ему стало не по себе. — Сбежать не могу, да и сил нет.
Шэнь Циньяню эти слова показались имеющими какой-то иной подтекст.
Напился, нет сил, сбежать не может.
Признаваться в собственной слабости незнакомому мужчине — как ни посмотри, это выглядело не иначе как какое-то приглашение.
Взгляд Шэнь Циньяня опустился ниже: ровные ключицы, запавшие в тело, под воздействием алкоголя приобрели соблазнительный розоватый оттенок.
— Ну-ка скажи, о чём ты хотел меня спросить? Я подумаю, стоит ли оно того. — Шэнь Циньяню было страшно любопытно.
Глаза Гуань Мяо были влажными, будто смоченными какой-то жидкостью, а Шэнь Циньянь находился к нему ближе, чем он мог предположить — его голос звучал прямо над ухом, и стоило Гуань Мяо хоть чуть-чуть приподняться на цыпочках, как он коснулся бы его подбородка.
Расстояние было вполне подходящим для поцелуя.
В голове сильно шумело, желудок горел, а запах табака от Шэнь Циньяня смешивался с ароматом его алкоголя, образуя нечто не поддающееся описанию, но он всё равно улавливал этот лёгкий цветочный шлейф.
Он спросил:
— Каким кондиционером для белья ты пользуешься?
Гуань Мяо облизнул губы. На долю секунды на лице Шэнь Циньяня отразилось недоумение, больше похожее на ошеломление человека, который сомневается, не изменяет ли ему слух.
Гуань Мяо немного помедлил и добавил:
— Можешь сказать?
Если с того момента, как Гуань Мяо вбежал в туалет, Шэнь Циньянь держался так, будто его это совершенно не касается, то теперь он действительно начал раздражаться.
Этот Гуань Мяо был невероятно странным человеком.
Взгляд Шэнь Циньяня сбивал с толку: в нём не было ни капли тепла — лишь отчуждённость и безразличие.
Спустя мгновение Шэнь Циньянь усмехнулся и рукой, зажавшей сигарету, ухватил Гуань Мяо за подбородок. Давно догоревшая сигарета тлела уже у самого фильтра, и пепел упал на обнажённую кожу на шее Гуань Мяо, отчего тот вздёргнулся от жжения.
— Принял меня за гостя из своей вип-кабинки? — Адамово яблоко Шэнь Циньяня качнулось вверх-вниз, и по тону было невозможно разобрать, что он чувствует.
В дыхании Гуань Мяо ощущался резкий запах алкоголя, и Шэнь Циньянь без всякой причины почувствовал приступ отвращения. Он оттолкнул Гуань Мяо, и тот, совершенно обессиленный, врезался в острый край раковины, глухо охнув от боли.
Уперевшись руками в умывальник и растерянно глядя на него, Гуань Мяо чувствовал, что Шэнь Циньянь, кажется, рассердился, а он ведь ещё не получил ответа:
— Ты...
— От тебя воняет, — произнёс Шэнь Циньянь.
Сообразив в чём дело, Гуань Мяо очень медленно опустил голову:
— Ой.
Он отступил на пару шагов назад и снова проговорил:
— Я не буду жаловаться менеджеру.
Ему не хотелось злить Шэнь Циньяня, поэтому ничего страшного, если он не скажет, какой марки был тот кондиционер.
Почти в десять вечера Шэнь Циньянь закончил сегодняшний ужин, вызвал у входа в отель трезвого водителя, а пока ждал его прибытия, закурил ещё одну сигарету. В WeChat прилетело несколько сообщений от Шэнь Юя, но он ответил лишь на парочку самых простых. Шэнь Юй принялся жаловаться на жизнь, прямо называя его отговорки отписками, но Шэнь Циньянь просто сделал вид, что ничего не видит.
Когда подъехала машина, позвонил Шэнь Юй.
— Что случилось?
Шэнь Юй, судя по всему, от скуки просто захотел поболтать с ним. Шэнь Циньянь докурил последнюю затяжку:
— Завтра навещу тебя. Я на улице, еду домой.
— Ладно-ладно, тогда спокойной ночи, братишка.
Он отдал ключи от машины водителю и сел на заднее сиденье. Кондиционер в салоне только что включили — было очень жарко, воздух стоял душный, и он смутно уловил какой-то аромат.
Очень слабый, смешанный с табачным дымом, его почти невозможно было учуять.
В голове внезапно всплыл вопрос, который задал ему Гуань Мяо: Каким кондиционером для белья ты пользуешься?
— Кондиционер для белья... — едва слышно пробормотал себе под нос Шэнь Циньянь. Сидевший впереди водитель расслышал это и, подумав, что обращаются к нему, переспросил:
— Вы что-то сказали, сэр?
Шэнь Циньянь поинтересовался:
— От меня чем-нибудь пахнет?
Водитель растерялся и честно ответил:
— Почти не чувствуется.
На светофоре водитель остановил машину. Шэнь Циньяню стало душно, и он приоткрыл окно. Уличные фонари светили тускло, но он всё равно с первого взгляда узнал Гуань Мяо.
Тот переоделся из отельной формы в чёрную футболку, которая сидела на нём не по размеру. Его тонкие руки выглядывали из широких рукавов, ослепительно белея под светом фонаря. Он, казалось, упал: весь скутер завалился на него, и он очень-очень медленно поднимался с земли. Кровь на руках бросалась в глаза, лицо раскраснелось, а прилипшие ко лбу от пота волосы делали его жалким.
Шэнь Циньянь смотрел, как Гуань Мяо с усилием мотает головой. Тот упал прямо на пешеходном переходе, проезжавшие мимо машины остервенело сигналили ему, но он не обращал на них никакого внимания.
Хотя прохожих на улице было мало, они всё же попадались, но никто не помог ему.
Шэнь Циньянь наблюдал за этим довольно долго. Наверное, алкоголь вызвал у него приступ жалости, и когда загорелся зелёный свет, он сказал водителю:
— Прижмись к обочине, помоги тому человеку встать.
— А? — водитель снова растерялся, огляделся по сторонам и только тогда заметил упавшего на переходе человека. Он замялся, ему совсем не хотелось возиться, но Шэнь Циньянь пообещал дать чаевые, и он тут же согласился:
— Хорошо, сейчас.
Гуань Мяо вёл скутер за руль, его тощая фигура покачивалась, казалось, он мог рухнуть в любую секунду.
Перед глазами вновь встали запавшие ключицы Гуань Мяо и покрасневшая от алкоголя кожа.
В таком состоянии любой встречный мог запросто утащить его куда угодно.
Когда водитель вернулся, Шэнь Циньянь уже закрыл глаза, чтобы отдохнуть:
— Поехали.
Первое, что сделал Гуань Мяо, вернувшись домой, — принял душ. К старым ранам добавились новые, кожа в местах ссадин от пота уже начала воспаляться. Вымывшись, он вытерся насухо полотенцем, вскрыл новую упаковку пластыря, подумал немного, налил стакан воды и выпил противовоспалительное, купленное Шэнь Циньянем.
Сегодня его напили до отвала, он ничего не мог влить в себя и несколько раз его вырвало. Голова кружилась, домой он добрался исключительно на автопилоте.
После душа он чувствовал себя почти обессиленным. Лёжа в постели, он вдруг почувствовал боль в желудке — возможно, из-за того, что выпил лекарство натощак. Долго не получалось заснуть, он свернулся калачиком и открыл на телефоне ленту Шэнь Юя.
Шэнь Юй выложил сегодня две записи, и ни слова о Шэнь Циньяне.
Он прижал телефон к груди и тяжело вздохнул.
После того как Шэнь Юй упал, Шэнь Циньянь, казалось, исчез из его ленты.
Листая посты всё ниже, он наткнулся на оставшуюся там старую фотографию Шэнь Циньяня. Он открыл её, увеличил и уставился на неё. Он понимал, что его поведение смахивало на одержимость маньяка, но он находился дома, один-одиненُёшенек, и говорил себе, что в этом нет ничего страшного — всё равно никто не видит.
Уснув в полусне, он проснулся на рассвете. Биологические часы не позволяли ему понежиться в постели: по привычке встав, он умылся и уже собирался на работу, как вдруг что-то вспомнил, наспех отпросился у менеджера, заскочил на ближайший к дому рынок, а через полчаса вернулся.
В больницу он добрался уже к одиннадцати часам утра. Гуань Мяо поднялся в хирургическое отделение, отыскал палату Шэнь Юя, но в ответ услышал лишь новость о том, что того перевели в другую больницу.
— Куда он уехал?
— У меня в записях этого нет.
— Во сколько?
— Утром ещё съехали.
Гуань Мяо медленно брёл по больничному коридору. Тяжеватый контейнер с едой оттягивал руку, а в голове крутилась мысль, что за ним наверняка приезжал Шэнь Циньянь.
Стоило прийти пораньше, тогда, глядишь, удалось бы ещё раз повидаться с Шэнь Циньянем.
Судя по всему, приготовленный обед придётся доедать самому. Зная заранее, что Шэнь Юя здесь нет, он ни за что не стал бы тратиться на мясо.
На душе было паршиво от досады и зря потраченных денег. Мысленно прикидывая, как урезать расходы на этой неделе, он всё же не мог смириться и, в конце концов, впервые в жизни достав телефон, сам написал Шэнь Юю в WeChat:
[Ты где?]
Шэнь Юй от скуки валялся на кровати в новой палате из-за своего переезда. Ответив Гуань Мяо, он прождал почти пятьдесят минут, прежде чем тот наконец появился.
— Гуань Мяо! — Шэнь Юй, которому было трудно двигаться, сидел на кровати с восторженным лицом. — Ты правда пришёл? Как трогательно, садись скорее!
Гуань Мяо обливался потом, а Шэнь Юй улыбался с абсолютно наивным видом. Гуань Мяо инстинктивно отвёл глаза: он совершенно не понимал, чему тут можно радоваться.
— Поел? — спросил Гуань Мяо.
— Ещё нет.
Гуань Мяо протянул ему контейнер:
— Ешь это.
Шэнь Юй остолбенел и лишь спустя долгое время выдавил:
— Ты мне еду принёс?
Гуань Мяо нахмурился, его лицо выглядело несколько неестественно:
— Тушёная свинина и ребрышки.
Шэнь Юй широко раскрыл глаза:
— Какой ты внимательный! Ты даже запомнил мой пост в соцсетях. Я говорил брату, а он даже не обратил внимания, я на него даже обиделся.
Электроскутер Гуань Мяо разрядился на полпути, и всю дорогу ему пришлось крутить педали чужого прокатного велосипеда. В горле пересохло, он даже не сделал глотка воды и, облизнув пересохшие губы, промолчал.
Шэнь Юй не стал церемониться, открыл видавший виды контейнер — он был набит до отказа. Блюда, приготовленные Гуань Мяо, выглядели очень аппетитно. Вооружившись ложкой, Шэнь Юй принялся за еду и, набив рот, не забывал нахваливать:
— М-м... вкусно.
— Слушай, Гуань Мяо, мой брат он...
Он собирался спросить, не донимал ли его брат Гуань Мяо, но на полуслове дверь палаты отворилась, и вошёл Шэнь Циньянь.
Гуань Мяо уловил запах Шэнь Циньяня ещё до того, как тот переступил порог, и лишь затем с некоторой зажатостью повернулся к нему.
Сегодня мужчина был одет лишь в белую рубашку с небрежно распущенным галстуком. Рукава были закачаны до локтей, обнажая крепкие предплечья. Видимо, было жарко, поэтому волосы он зачесал назад.
Увидев изящный, высокий лоб Шэнь Циньяня, Гуань Мяо всё так же с трудом справлялся с бешеным стуком сердца.
— Брат, будешь с нами? Гуань Мяо пришёл навестить меня и принёс еды, он потрясающе готовит.
С момента появления в палате Шэнь Циньянь даже не взглянул на Гуань Мяо, словно не замечая лишнего человека. Напрямую подойдя к Шэнь Юю и заметив зажатый в его руках контейнер, он убедился, что всё выглядело действительно аппетитно, как тот и говорил.
— Прожуй сначала то, что во рту, а потом говори.
— Ты о мне заботишься меньше, чем коллеги.
Глядя, как тот уплетает за обе щеки, Шэнь Циньянь бросил:
— Ешь медленнее.
Гуань Мяо вдруг почувствовал, как защипало в глазах — возможно, напекло солнце по дороге, к тому же от него самого пахло потом, это было ужасно неприятно. Молча поднявшись, он вышел из палаты, уселся на скамейку у двери и принялся тупо считать секунды до того момента, когда Шэнь Юй закончит есть, чтобы забрать контейнер.
Досчитав до шестисотой секунды, Гуань Мяо шевельнул носом, моргнул и поднял голову.
http://bllate.org/book/31453/3836752
Готово:
