Несколько человек одновременно перевели взгляд на И Чэна. Хорошо отлаженный ход беседы внезапно застрял на полпути.
И Чэн же смотрел на Цинь Цзяньчуаня и тихо спросил: Ты привел меня к тетушке, так что отвечай: ты скажешь или мне сказать?
Момент был выбран удачно. Пусть актерской глубины не хватало, чтобы передать всю противоречивость и сложность ситуации, зато всё выглядело естественно и без лишнего пафоса.
— Давай, может, позже обсудим? — тихо попытался успокоить его Цинь Цзяньчуань.
Он по-прежнему держался непринужденно, голос звучал ровно, как и всегда, — казалось, он даже не придает этому значения. Однако госпожа Чжун отчего-то вдруг утратила способность улыбаться, и сердце её тревожно сжалось.
Она слишком хорошо знала своего сына. Под этой невозмутимой маской никогда нельзя было понять, что у него на уме. Вспомнить хотя бы то, как после окончания университета он внезапно решил заняться изданием каких-то социальных журналов.
— Если есть что сказать, к чему эти недомолвки? — сухо бросила Чжун Юэинь.
И Чэн искоса взглянул на Цинь Цзяньчуаня: — Ладно. Тогда позже объяснишь тетушке, что у тебя уже есть партнер.
Цинь Цзяньчуань чуть не выплюнул глоток супа.
Госпожа Чжун всегда била прямо в цель, а И Чэн оказался еще более прямолинейным. Хоть он и понимал, что рано или поздно придется раскрыться перед матерью, Цинь Цзяньчуань не ожидал, что это произойдет именно так.
— У тебя есть партнер? Почему я никогда об этом не слышала? — в голосе Чжун Юэинь сейчас преобладало потрясение, а не радость.
Ее близкая подруга и дочь подруги были рядом, и она возлагала немалые надежды на этот союз. Неужели сын, который тридцать один год был холостяком, внезапно, в такой ответственный момент, заявляет, что у него кто-то есть?
— Вот, теперь вы услышали, — отозвался Цинь Цзяньчуань.
Стрела была выпущена, пути назад не осталось.
Лицо госпожи Чжун окаменело. Зато Чжоу Лихуа, зная, как непросто быть родителем, хотя и чувствовала глубокое разочарование, постаралась сгладить ситуацию. Она ведь так хотела породниться с Чжун Юэинь, но насильно мил не будешь.
— У парня появилась девушка, разве ты не должна радоваться? — мягко убеждала она подругу.
Сестра Чжэн Цзыцзюань тоже словно получила ушат холодной воды. Но ее разочарование было вызвано другим — работа, на которую она рассчитывала, ускользала из рук.
Однако госпожу Чжун одолевали сомнения. Если у него действительно была девушка, почему она раньше никогда об этом не слышала? И почему она объявилась именно сегодня, как только зашла речь о свидании вслепую?
Она повернулась к И Чэну: — Ты говоришь, у него есть партнер. Ты знаком с этим человеком?
— Знаком, — пробормотал И Чэн и быстро метнул взгляд на Цинь Цзяньчуаня.
Цинь Цзяньчуань хоть и работал в индустрии развлечений, но врать, глядя прямо в глаза, для него было непросто. Тем более собственной матери. Поэтому он нашел исполнителя главной роли — сегодня он сам был лишь на вторых ролях.
Цинь Цзяньчуань лишь ободряюще взглянул на И Чэна.
Ответ И Чэна снова заставил Чжун Юэинь вздрогнуть. Неужели это правда?
— Кто это? — спросила она.
— Тетушка, прошу прощения. Это я настоял, чтобы Цзяньчуань привел меня к вам. Изначально он хотел рассказать всё после вашего дня рождения, но я... я больше не мог ждать.
На этом И Чэн сделал паузу на три секунды, давая госпоже Чжун время на размышление. Вид у нее стал потерянным.
И Чэн поднял взгляд и посмотрел прямо в глаза Чжун Юэинь: — Так больше продолжаться не могло. Я тоже больше не в силах это терпеть.
Госпожа Чжун нахмурилась, глядя на И Чэна, словно не понимая, о чем речь. Она вела элегантную жизнь пенсионерки: читала романы, пила послеобеденный чай, ходила по магазинам с Чжоу Лихуа и посещала спа. Она не сидела в интернете, не интересовалась субкультурами, а всякие там гомосексуалы и каминг-ауты казались ей чем-то из новостных сводок, существующим где-то в другом мире.
А вот Чжэн Цзыцзюань сразу все поняла. Она-то пришла сюда, чтобы завести полезные знакомства и выпросить работу, а в итоге наткнулась на такой скандал. Ее глаза, как у актрисы в мелодраме, округлились, а губы приоткрылись в немом шоке. Сразу видно — переигрывает.
Чжоу Лихуа, как и Чжун Юэинь, сидела неподвижно. Она осознала происходящее чуть быстрее, но все же не до конца.
— Что ты не в силах терпеть? — спросила Чжун Юэинь.
— Не могу больше терпеть, когда вы заставляете его ходить на свидания вслепую... Мы с Цзяньчуанем вместе уже больше полугода, — закончив, И Чэн расслабил лицо и отвел взгляд. Он помнил наставление Цинь Цзяньчуаня: не переигрывать.
— Ты... ты вместе с Цзяньчуанем? — Чжун Юэинь перевела взгляд на сына.
Цинь Цзяньчуань сжал руку И Чэна: — Он и есть мой партнер. Сегодня я привел его, чтобы познакомить вас.
Госпожа Чжун резко вскочила со стула, несколько секунд простояла в оцепенении и снова села. Слова Цинь Цзяньчуаня будто повисли в воздухе, эхом отдаваясь в тишине, пока все пытались осмыслить услышанное. Когда шок прошел, каждый вернулся к своим чувствам.
Температура за обеденным столом упала — казалось, из лета люди в одночасье перенеслись в зиму. Чжэн Цзыцзюань даже почувствовала, как в воздухе появились льдинки. Она невольно поплотнее запахнула одежду, хотя на самом деле это просто кондиционер в гостиной работал слишком сильно, а ее плечи были открыты.
Никто не произносил ни слова, давая Чжун Юэинь время смириться с реальностью.
Чжоу Лихуа была в таком же замешательстве, как и подруга, но поскольку она была посторонним человеком, пришла в себя быстрее. И Чэн же почти все свое внимание сосредоточил на Цинь Цзяньчуане, создавая атмосферу: в моих глазах только он.
Из-за полуоборота, в котором сидел И Чэн, сработала профессиональная привычка Цинь Цзяньчуаня — он невольно принялся рассматривать его. И подумал, что лицо это с каждым взглядом нравится ему все больше. Большой босс Цинь оценивал внешность И Чэна исключительно с точки зрения поиска талантов, но со стороны это выглядело как глубокомысленный, влюбленный взгляд.
Чжоу Лихуа потянулась и погладила Чжун Юэинь по плечу: — Давай поговорим спокойно, прислушайся к мнению Цзяньчуаня. Мы уже стареем, нужно учитывать желания детей.
Сказав это, она поднялась и подмигнула Чжэн Цзыцзюань. Та с неохотой последовала ее примеру. По сравнению с разочарованием от того, что не удалось стать зятем, как мать, она сейчас больше сочувствовала Чжун Юэинь. Похоже, та надолго выбита из колеи, совсем как после развода.
— Уже поздно, мы пойдем, — сказала Чжоу Лихуа. — Позже я тебе позвоню.
Она всегда была для Чжун Юэинь понимающей и терпимой подругой, и сейчас ничего не изменилось.
Чжун Юэинь лишь тогда опомнилась: — Поешьте фруктов перед уходом.
Но никому из присутствующих не хотелось фруктов. Разве что Чжэн Цзыцзюань, которой хотелось еще немного «поесть» этой драмы.
— Нет-нет, не стоит, не провожай нас, — быстро откланялись они, поспешно покидая дом.
В комнате остались лишь госпожа Чжун, Цинь Цзяньчуань и И Чэн. Красивые глаза госпожи Чжун были широко распахнуты, она в упор смотрела на них двоих. Кроме развода, в жизни ей не приходилось сталкиваться с большими бедами, а тут — удар под дых, и всё тело ее дрожало.
Цинь Цзяньчуань заволновался: — Ты в порядке?
И Чэн поспешно встал, налил стакан воды и поставил перед госпожой Чжун. Та залпом выпила его, и лишь тогда к ней вернулось самообладание. Впереди предстояла тяжелая битва, нужно было восстановить силы.
Сначала она посмотрела на И Чэна. Поначалу он казался ей приятным молодым человеком, но теперь его красота действовала ей на нервы.
Чжун Юэинь принялась допрашивать сына: — Я помню, на первом курсе у тебя была девушка.
Она пришла в себя, мысли прояснились.
— Понимаешь, мама... тогда я думал, что мне нравятся девушки, — ответил Цинь Цзяньчуань.
— Вы встречались больше полугода! — продолжала давить Чжун Юэинь. Она не верила, что нормальный сын вдруг взял и стал геем. В ее представлении все геи были женоподобными созданиями, которые при разговоре жеманно оттопыривали мизинцы.
— На самом деле, я из тех людей, которые могут принять и мужчин, и женщин, — пояснил Цинь Цзяньчуань.
— У тебя была девушка? — тихо спросил И Чэн. В его голосе сквозила легкая обида, а во взгляде — уязвленность.
— У кого не было прошлого, — утешающе произнес Цинь Цзяньчуань.
Чжун Юэинь снова почувствовала головокружение.
— Ты... когда ты понял, что ты из этих? — она так и не смогла произнести слово гомосексуал в адрес собственного сына.
— То есть... — Цинь Цзяньчуань замялся, — два года назад. Иначе я бы давно тебе сказал.
— Два года назад? — расфокусированный взгляд госпожи Чжун сфокусировался, выражение лица стало серьезным. — Тебе уже за тридцать, и ты только два года назад обнаружил, что тебе нравятся мужчины? Человек может всю жизнь не знать, чего он хочет, но физиология откровенна. Ты только в двадцать девять лет осознал, что испытываешь физическое влечение к мужчинам?
Госпожа Чжун была совсем не так наивна, как казалось на первый взгляд. Два года назад, когда Цинь Цзяньчуань вернулся после своих странствий, она не раз ходила к Цинь Гуаньшаню, пытаясь устроить сына в совет директоров. Хотя до этого она и на порог дома Цинь не желала ступать.
Столкнувшись с таким глубоким вопросом, Цинь Цзяньчуань потер руки. Он и вправду не знал, что ответить.
— Тетушка, это моя вина. Все из-за меня. — Сценарий И Чэна снова пошел в ход.
Взгляд госпожи Чжун переместился на И Чэна.
— Два года назад я поступил на актерские курсы компании. И с первого взгляда влюбился в Цзяньчуаня. Сначала я не собирался приближаться к нему, не хотел ломать его жизнь, просто хотел любить его тайком, чтобы он никогда не узнал. Но я просто не мог этого вынести. И вот, однажды, не сдержался и признался ему.
И Чэн бросил взгляд на Цинь Цзяньчуаня, на губах его заиграла легкая улыбка.
— Сначала Цзяньчуань испугался и сразу отказал мне. Тогда я сказал ему, что не прошу его отвечать мне взаимностью, лишь бы он не запрещал мне любить его. А три месяца назад Цзяньчуань наконец был тронут моим упорством и принял мои чувства.
— Я и раньше подозревал, но разве я осмеливался в это верить... Пока не встретил Сяо Чэна, — подхватил Цинь Цзяньчуань, завершая историю, выстроенную И Чэном.
Служебный роман — самый популярный жанр городских мелодрам, которые так любила госпожа Чжун. Она обожала одну русскую комедию как раз о любви в офисе. Но сейчас она подумала, что запрет на романы на рабочем месте все же имеет смысл.
— Если ты можешь встречаться с девушкой, значит, ты можешь принимать женщин. Если тебе нравятся и мужчины, и женщины, почему ты обязательно должен был выбрать мужчину? — она неотрывно смотрела на своего сына.
Действительно, почему? Цинь Цзяньчуань лихорадочно искал ответ.
— Тетушка, Цзяньчуань не любит мужчин или женщин. Он любит только меня, — ответил за него И Чэн.
Цинь Цзяньчуань втянул воздух сквозь зубы. Где он набрался таких приторных фраз? И как ловко он их использует! Но, несомненно, эта фраза, от которой волосы вставали дыбом, подействовала на чувствительную к романтике Чжун Юэинь. Она сломалась, глаза ее наполнились влагой.
И Чэн украдкой взглянул на Цинь Цзяньчуаня. В душе он искренне сочувствовал матери Цинь. Но тот лишь сделал ему знак: продолжай. Цинь Цзяньчуань знал, что госпожа Чжун обладает невероятной стойкостью и не сдастся так просто.
— Тетушка, дайте мне время, я докажу вам, что буду хорошим невесткой, — продолжал И Чэн в том же мелодраматическом духе.
Цинь Цзяньчуань потер виски. Ему все еще было трудно принять такие реплики. Неужели это разница поколений? И Чэн выглядел куда моложе его.
— Как ты докажешь? Ты можешь родить ему сына, продолжить род? У дома Цинь такая огромная империя, кто будет ее наследовать? — испытав глубокое потрясение, Чжун Юэинь наконец высказала то, что действительно ее волновало.
Ее сын не хуже других, наоборот, очень талантлив. Всего за два года он добился таких успехов, инвестировал в фильмы, которые показали отличные кассовые сборы. Она даже выкупала зал для своих подруг. Империя дома Цинь должна управляться ее сыном.
Мысли госпожи Чжун вызвали у Цинь Цзяньчуаня лишь усмешку. Его совершенно не интересовали активы дома Цинь. В противном случае, когда после выпуска отец просил его вернуться в компанию, он бы не отказал наотрез. К тому же... если он действительно чего-то захочет, он добьется этого собственными силами.
И Чэн тоже понял: это была история о борьбе внутри богатого дома. К счастью, он неплохо подготовился, а всю эту «мыльную оперу» про дом Цинь можно было найти в интернете. Цинь Цзяньчуань вернулся в семью три года назад и зарегистрировал Тянься Вэньхуа. Хотя это и была дочерняя компания, но все акции принадлежали ему, он был настоящим предпринимателем.
— Тетушка, вы думаете, Цзяньчуаня волнует то наследство дома Цинь? — спросил И Чэн. — Если он действительно захочет, то сам добьется своего, а не будет полагаться на брак и детей.
Цинь Цзяньчуань невольно посмотрел на И Чэна. С удивлением.
Госпожу Чжун будто осенило. Она поняла, что столь яростно подыскивала сыну пару по большей части ради самой себя. Ее просто злило, что в другой семье царит гармония и полно внуков. Раз там есть внук, то и ей нужно во что бы то ни стало его получить. Госпожа Чжун была разумным человеком: когда ей все разложили по полочкам, она осознала правду.
Но заставить ее принять, что ее «невестка» — мужчина... Госпожа Чжун потерла лоб. Она еще не дошла до такого просветления.
— В любом случае, моей невесткой станет только та, кто родит мне внука, — заявила госпожа Чжун. Хотя в голосе ее уже не было прежнего напора.
Чжун Юэинь встала. В голове царил сумбур. Сейчас ей нужно было побыть одной. Она не могла принять эту реальность здесь и сейчас. Госпожа Чжун развернулась и ушла наверх, оставив И Чэна и Цинь Цзяньчуаня вдвоем.
И Чэн посмотрел на Цинь Цзяньчуаня: зрители ушли, что теперь?
— Думаю, еще один день, и все наладится, — глядя вслед матери, произнес Цинь Цзяньчуань. По крайней мере, в ближайшее время она не будет заставлять его ходить на свидания.
Цинь Цзяньчуань выдохнул. И Чэн же искренне сочувствовал маме Цинь.
Цинь Цзяньчуань взглянул на часы — уже за одиннадцать. Этот жест напомнил И Чэну: пора спать.
Цинь Цзяньчуань посмотрел на И Чэна. Без зрителей тот вернулся в свое обычное состояние. Его глубокие черные глаза смотрели на него задумчиво и слегка встревоженно.
— Уже поздно, ты не можешь уйти, оставайся у меня, — сказал Цинь Цзяньчуань. Куй железо, пока горячо. Чжун Юэинь уже начала сомневаться. Нужно удержать этот темп. Как ни крути, И Чэн должен остаться до завтра. В этом была одна из причин, почему он выбрал И Чэна: из-за его особой, невыразимой работы он привык делить кров с кем угодно и не испытывал неприязни к соседству.
Сам же Цинь Цзяньчуань терпеть не мог жить с кем-то еще. Раньше, когда он писал репортажи, внедрялся в подпольные мастерские или незаконные организации, он мог сутками не спать, питаясь лишь хлебом и холодной водой. Но делить с кем-то комнату, а уж тем более кровать — для него это было пыткой. Он предпочел бы спать на улице.
Но сегодня, чтобы доиграть этот спектакль до конца, ему придется себя пересилить.
— Хорошо, — кивнул И Чэн. Изначально договаривались на сутки. С того самого момента, как он позвонил Цинь Цзяньчуаню, он был готов ко всему.
И Чэн поднялся вслед за Цинь Цзяньчуанем. Но внезапно ноги стали ватными. В ушах гулко отдавался звук собственного бешено бьющегося сердца.
http://bllate.org/book/31434/3833841
Готово:
