Дверь захлопнулась, оставив после себя лишь порыв ветра. Никаких условий, никаких возражений — только время и место.
Ночной ветер, хранящий остаточное тепло летнего дня, гулял по улице. Миновав цветущие деревья у входа в клуб Чжоуе, белые магнолии распустились в летней ночи, добавляя нотку неуместного умиротворения и безмятежности в барную улицу, погруженную в смесь оживления и тишины.
Встречный ветер подул с самого конца улицы, поднимая в воздух обрывки мусора. Лань Ци поднял голову, глядя на безмятежные цветы белой магнолии. Луна висела в небе, и из-за угла обзора казалось, будто летняя полная луна отражается на синеве небосвода, вплетаясь в белые листья магнолии.
Стоило ночному ветерку подуть сильнее, как лепестки осыпались дождем.
— Как вы сегодня доберетесь? В такое время общежития в институте уже закрыты, что вам двоим делать?
— Мы вдвоем сегодня вернемся с... так что за меня не переживайте.
— Точно, сначала поймаем такси... Черт, почему такси не ловится... Погоди секунду.
Люди, выходившие из клуба Чжоуе один за другим, разрушили умиротворение, которым наслаждался Лань Ци. Он отвел взгляд, чуть приподнял лямку рюкзака и направился к станции метро.
Ночная третья линия метро перевозила гостей барной улицы. Лань Ци сел на свободное место, а поезд мчался на высокой скорости, объявляя станцию за станцией. Пассажиры постепенно выходили, и к моменту, когда состав приближался к конечной, в вагоне почти никого не осталось. Лань Ци посмотрел на стекло напротив, в котором отражалась его собственная худая фигура.
Невиновен тот, кто не крадет, но сокровище наживает беду.
Раздался грохот.
Поезд выехал на эстакаду.
— Динь-дон.
— Конечная станция этого поезда — Наньмэнь. Пассажиров, которым требуется пересадка на пятую линию, просим выйти на этой станции. Благодарим вас за пользование метрополитеном города С...
Около пяти часов вечера во вторник Лань Ци вышел из дома.
Резиденция Е — район элитных особняков в западном пригороде города С, где собиралась вся местная знать и сливки общества. Метро туда не ходило, поэтому Лань Ци вышел из вагона за пять километров до пункта назначения.
Лань Ци взглянул на часы: пешком дойти уже не успевал, оставалось только ловить такси.
Машина остановилась у главных ворот Резиденции Е, и Лань Ци вышел.
— Здравствуйте, к кому вы направляетесь? — величественные железные ворота разделяли два совершенно разных мира, а в ночи неподалеку ярко сияли огни особняков. Охрана Резиденции Е ничуть не пренебрегла ни обычным такси, ни скромным нарядом гостя, вежливо и строго выполняя свои обязанности.
Лань Ци промолчал несколько секунд: он ведь даже не знал имени Нин Ду.
— Восьмой номер в Резиденции Е.
Всего в Резиденции Е насчитывалось восемь особняков, и охрана, разумеется, знала владельца каждого. Тем не менее, глядя на парня, чья простая одежда совершенно не вязалась с этим местом, охранник все же добросовестно произнес:
— По правилам, мы должны назвать ваше имя владельцу по внутренней связи, только после этого сможем пропустить.
Услышав это, Лань Ци не стал спорить или говорить что-то лишнее. У Резиденции Е свои правила, и не было нужды усложнять жизнь тем, кто просто делает свою работу. Лань Ци достал телефон и набрал сохраненный со вчерашнего вечера номер незнакомца.
— Я на месте, — лаконично произнес Лань Ци. — Я не знаю вашего имени, меня остановила охрана.
— Нин Ду, — столь же кратко ответил собеседник на том конце.
Звонок завершился, и Лань Ци сказал охраннику:
— Нин Ду.
Охранник кивнул, повернулся и взял трубку внутреннего телефона. Не прошло и полминуты, как он повесил трубку.
Позолоченные тяжелые ворота перед ними медленно подались внутрь, и охранник произнес просьбу проходить.
Лань Ци быллы наслышан о Резиденции Е и прекрасно понимал, кто здесь живет. Вокруг простирались бескрайние просторы ночи, и лишь сияющие под покровом темноты величественные дворцы демонстрировали бесконечное величие и роскошь.
Эти постройки легко наводили Лань Ци на мысли о Людовике Пятнадцатом и Людовике Шестнадцатом из учебников истории, но человек, с которым ему предстояло встретиться сегодня, явно отличался от исторических персонажей.
Присущие этому человеку невозмутимость, доброжелательность и острый ум показывали, что он вовсе не из тех людей, для которых на первом месте стоит внешность.
У него были совершенно другие цели.
В роскошном дворце горел свет, но вокруг не было ни души. В воздухе витал сладковатый аромат роз. Лань Ци стоял в прихожей, над головой переливался золотистым светом огромный хрустальный люстровый светильник, а на сводчатом потолке красовалась сложная роспись.
Ослепительная роскошь.
Где-то на периферии чувств Лань Ци уловил ощущение, будто за ним кто-то следит из темноты. Это был взгляд хищника, патрулирующего территорию. Лань Ци огляделся по сторонам, но в просторном холле не было никого.
Пока он не услышал низкое рычание, не похожее на человеческое.
Это был взрослый бурый медведь. Огромный, стоящий на четырех лапах, он медленно спускался по парадной лестнице. Черные глаза немигающе смотрели на него, а медвежьи лапы ступали по дорогому ковру, шаг за шагом приближаясь.
Зрачки Лань Ци резко расширились. Глядя на эту гигантскую тушу, он на мгновение лишился способности двигаться вообще. Его собственные светло-карие человеческие глаза встретились с глазами зверя. Лань Ци привык считать себя холодным и рассудительным, но ладони мгновенно покрылись холодным потом.
Откуда в таком месте мог взяться медведь?
Лань Ци стоял на месте, глядя прямо в глаза зверю. Ему хотелось отступить назад, но он боялся спровоцировать медведя на резкое движение, поэтому на какое-то время даже затаил дыхание.
Медведь подходил всё ближе. И ровно в тот момент, когда он добрался до середины лестницы, сверху раздался голос:
— Москва.
Медведь остановил свои размеренные шаги, и в тот же миг Лань Ци резко поднял голову.
На винтовой лестнице второго этажа стоял человек, встречаясь с ним взглядом через разделявшее их пространство. Тот отчетливо видел напряжение в глазах гостя.
Он стал спускаться по лестнице.
Его одежда практически не отличалась от вчерашней: всё та же белая рубашка и черные брюки.
Засунув руки в карманы брюк, он спустился вниз и остановился рядом с медведем, который послушно следовал у него за спиной. Когда он подошел ближе, Лань Ци заметил, что прическа Нин Ду изменилась.
Его волосы были частично окрашены в серебристо-серый оттенок, а в левом ухе блестела черная драгоценная серьга.
Никакого легкомысленного позёрства.
Он невозмутимо остановился прямо перед Лань Ци, стройный и прямой. Под пристальным взглядом этих черных глаз Лань Ци чувствовал себя неуютно, словно на иголках. Нин Ду был слишком высоким, и когда он опускал взгляд, оценивая гостя, это невольно заставляло напрячься.
Нин Ду бегло окинул взглядом притворно спокойное лицо Лань Ци, а затем перевел глаза на его одежду.
Через мгновение уголком рта он едва заметно улыбнулся.
— Ты...
— Что такое? — услышав голос Нин Ду, тут же отозвался Лань Ци, и в его голосе послышался легкий хрипотца.
http://bllate.org/book/31432/3833600
Готово:
