В тот момент Юй Хао почувствовал, как в его венах остановилась кровь.
Он заглянул под шлем Генерала, но там не оказалось абсолютно ничего.
Да, ничего. На месте, где должна была находиться голова, клубилась лишь неясная дымка вперемешку со светом.
Ты... Генерал? — пробормотал Юй Хао и протянул руку, желая коснуться того места, где должно было быть лицо, но пальцы прошли сквозь эту дымку насквозь.
Я не человек, — ответил Генерал. — На самом деле я и сам не знаю, кто я.
Юй Хао ошеломленно смотрел на него.
Генерал продолжил: Я странствую по вашим человеческим сознаниям. У меня нет физической плоти, и я не имею никакого отношения к вашему реальному миру. Так что ты, должно быть, всё понял.
В глазах Юй Хао заблестели слезы, но он легко улыбнулся и произнес: Спасибо тебе, Генерал. Могу я сделать тебе один подарок?
Генерал надел шлем и слегка растерянно переспросил: Ты хочешь что-то подарить мне?
Юй Хао поднял руку по направлению к Тотему, и от золотого сияния отделилась частица. Она прочертила в воздухе сияющий след и прямо в руке Юй Хао превратилась в щит.
В знак благодарности, — сказал Юй Хао. — Это самый прочный щит из глубин моего сердца. Скажи, ты будешь еще приходить в чужие сны?
Это... — Генерал на мгновение даже растерялся.
Юй Хао подтолкнул щит в его сторону. Генерал неуверенно спросил: Отдать мне Тотем... с тобой всё будет в порядке?
Юй Хао кивком указал на Тотем: тот по-прежнему был на месте, лишь его свечение едва заметно потускнело.
Если бы можно было, я бы отдал тебе весь Тотем целиком, — признался Юй Хао. — Мне не очень-то хочется носить в сердце щит.
Генерал пробормотал себе под нос: Впервые кто-то дарит мне... нечто из мира сознания... да еще и Тотем. Даже не знаю, смогу ли я его унести.
Он опустил голову, поднял руку, провел пальцами по щиту, а затем снова посмотрел на Юй Хао и внезапно спросил: Ты серьезно?
Конечно! — ответил Юй Хао.
Ты хоть понимаешь, что мне даешь? — уточнил Генерал.
Конечно понимаю! — настаивал на своем Юй Хао.
Генерал держал щит, и его руки невольно дрожали. Юй Хао добавил: Этот щит будет защищать тебя вместо меня.
Тогда... я принимаю это. — Генерал взял щит и легким движением правой руки изящно закинул его за спину.
В тот же миг Юй Хао крепко обнял его.
Спасибо тебе, — тихо произнес он.
Генерал поднял руку и ласково погладил Юй Хао по голове.
Спокойной ночи.
Эти два слова прозвучали словно волшебное заклинание. Генерал рассыпался на светящуюся пыльцу и растаял в воздухе. Юй Хао в тот же миг взмахнул руками в пустоте, медленно разжал ладони и с неверием уставился на пустой воздух.
Спокойной ночи, — прошептал Юй Хао.
Яркий солнечный луч упал ему на лицо. Юй Хао мгновенно распахнул глаза, резко сел на кровати и приложил руку ко лбу. Вчера вечером в спальне забыли задернуть шторы, и солнце теперь косыми лучами пробивалось с балкона, освещая его кровать на нижнем ярусе.
Семь тридцать пять! Черт, проспал! Юй Хао в панике вскочил на ноги, но тут же сообразил, что будильник не звонил.
Ах да, сегодня утром нет пар... Обессиленный Юй Хао рухнул обратно на матрас. Соседи по комнате продолжали крепко спать, укрывшись с головой. Уставившись в доски верхней койки, Юй Хао мысленно прокручивал обрывки ночного сна. На смену былой печали и бурям чувств пришло удивительное, глубокое умиротворение.
Утреннее солнце заливало спортивный костюм Чжоу Шэна, висевший на веревке для сушки белья. От ткани исходил мягкий, уютный аромат мыла. Инши просыпался в лучах рассвета, и до балкона то и дело доносился заливистый звон велосипедных звонков, вплетавшийся прямо в комнату.
Зима в Инши идеально подходила для того, чтобы понежиться на солнышке. Весь город словно по молчаливому сговору сдвигал рабочие часы на полчаса вперед. Учреждения негласно принимали правило не браться за серьезные дела до девяти тридцати; в университетах не объясняли новый материал раньше восьми тридцати; а жители спальных районов до одиннадцати тридцати не заказывали еду на дом и не торопили курьеров... Если Пекин, Шанхай, Гуанчжоу и Шэньчжэнь походили на мчащихся огнедышащих драконов, уносящих всех за собой в бешеном темпе, то Инши — второсортный город в центральном Китае — напоминал неторопливого, неуклюжего гиганта, лениво и размеренно бредущего по своим делам.
Одно время Юй Хао даже думал уехать отсюда, ведь родные места почти не оставили ему светлых воспоминаний. Казалось, что побег из родного города станет началом совершенно новой жизни. Но приходилось признать: обретение второго рождения не имело ничего общего ни со временем, ни с местом.
Пусть неприятности еще далеко не закончились, но стоило солнцу взойти, как новое начало уже бесшумно вступило в свои права.
Едва Юй Хао устроился в библиотеке и развернул тетрадь, как пришло сообщение от Чэнь Екаева: господин Ши согласился на встречу завтра после обеда, точное место они сообщат позже, так что Юй Хао стоило заранее освободить время.
Юй Хао больше не боялся их. Он ответил короткое хорошо и тут же поинтересовался, нужно ли к чему-нибудь подготовиться.
Чэнь Екай отписался лаконично: Действуй по наитию, мы тебя подстрахуем.
Юй Хао: Самодеятельность вполне может перерасти в драку, пожалуй, лучше сразу захватить огнетушители и всё прочее.
Собеседник не выдержал и рассмеялся. Юй Хао в испуге поднял голову и увидел, что Чэнь Екай сидит за соседним столом по диагонали и смотрит на него с улыбкой.
Юй Хао мгновенно смутился, торопливо уткнулся носом в телефон и принялся печатать ответ. Чэнь Екай, с трудом сдерживая смех, продолжал смотреть в его сторону. Тогда Юй Хао демонстративно поставил вертикально томик Толкования сновидений, и Чэнь Екай понимающе кивнул. Дальше учитель и ученик продолжили заниматься каждый своими делами. Во время перерыва Юй Хао снова написал Чэнь Екаю:
Разве вам сегодня не на работу?
Готовлюсь к поступлению в докторантуру, декан разрешил мне свободный график, лишь бы я не покидал университет.
Сегодня на Чэнь Екаеве был темно-синий свитер, из-под воротника которого выглядывал уголок клетчатой рубашки — от обычного студента не отличить. Почитав еще немного, Юй Хао вдруг обратил внимание на странную деталь: во всей библиотеке, кажется, занимались только они вдвоем с Чэнь Екаем.
Все столики впереди, сзади и вокруг них были плотно оккупированы девушками! Они делали вид, что поправляют волосы, а на экранах их смартфонов камеры со всех сторон были направлены прямо на Чэнь Екаева.
Юй Хао тут же поспешил отправить сообщение: Учитель, вас тут тайком снимает куча народу, постарайтесь не поднимать голову.
Сколько их там? — откликнулся Чэнь Екай.
Человек двадцать-тридцать, и народ всё прибывает.
Поможешь мне взять пару книг? Я пожалуй пойду.
Чэнь Екай, похоже, привык к подобному вниманию. Он скинул Юй Хао список названий, а заодно переслал документ: Заполни текст интервью, завтра свяжусь с прессой, устрою тебе материал в Tencent News.
Юй Хао оцепенел: !!!
Подобный маневр выглядел донельзя наглым и дерзким! Юй Хао заново переосмыслил образ Чэнь Екаева. В файле обнаружился готовый проект интервью. Чэнь Екай молниеносно собрал вещи, опустил голову и быстрым шагом покинул библиотеку.
Кто-то за спиной негромко произнес: Пробей-ка в Байду... Точно он, он самый!
Сердце Юй Хао ёкнуло. Он открыл поисковик Байду и вбил имя Чэнь Екаева — система тут же подсказала ключевые слова: Чэнь Екай — красавчик из Университета Чжуншань, и Чэнь Екай, Колумбийский университет.
Выданная информация о Чэнь Екаеве буквально ослепила Юй Хао своей крутизной.
Как следует отдохни сегодня, — написал Чэнь Екай. — Завтра постараемся прихлопнуть эту папашу с дочкой за один присест.
Юй Хао невольно улыбнулся.
На следующий день, когда он пришел к кабинету, чтобы отдать Чэнь Екаю заполненный текст интервью, дверь была плотно закрыта — судя по всему, внутри шло какое-то серьезное обсуждение.
Юй Хао молча примостился на стуле у входа, ощущая легкое волнение.
Он мысленно прикидывал, как именно придется разговаривать, когда появятся господин Ши со своей дочерью. Прошлой ночью ему впервые не снилось вообще ничего. И как ни странно, стоило солнцу взойти в мире сновидений, как он потерял всякую способность возвращаться во дворец — весь сон прошел на редкость спокойно и крепко.
Местом встречи господин Ши и его дочь Ши Ни выбрали университетский корпус. До этого момента Чэнь Екай не раскрывал Юй Хао никаких деталей, лишь велел не переживать.
В половине первого господин Ши еще не появился, зато заявился Чжоу Шэн.
Сегодня он на редкость прилично оделся, натянув черное худи. Бросив на Юй Хао короткое Эй и сухо кивнув, он сохранил на лице полнейшее равнодушие.
Юй Хао подвинулся, уступая ему место.
Тебе необязательно было приходить, — тихо сказал Юй Хао.
Это еще почему? — хмыкнул Чжоу Шэн. — Пропустить такое зрелище нельзя. Зеваки и сплетники — в этом же вся соль человеческой жизни.
Юй Хао: ...
Его ладони отчаянно потели от напряжения, когда неожиданно объявился Фу Лицюнь. К всеобщему удивлению, он тоже пришел не в спортивном костюме и бесцеремонно вклинился между ними.
Приветствую моих любимых наложниц, — усевшись посередине, с размаху брякнул Фу Лицюнь.
Юй Хао: ...
Свали! — закинув ногу на ногу, рявкнул на него Чжоу Шэн.
Дверь кабинета распахнулась, оттуда вышли Хуан Тин, Чэнь Екай и какая-то незнакомая девушка. Держа в руках папку с бумагами, Чэнь Екай произнес: Все в сборе, идем в переговорную. А эти двое пришли за компанию с тобой.
До того момента, как они уселись в переговорной, в голове у Юй Хао сохранялась абсолютная пустота, да и остальные молчали. Но стоило ему занять место и бросить взгляд на маленькую девочку, как в нем вдруг проснулась масса слов, которые нестерпимо хотелось высказать.
Сначала Чэнь Екай обменялся рукопожатием с господином Ши и представился. С боков от Юй Хао расположилось четверо защитников, напротив сидели господин Ши с дочерью, чей рюкзак все еще покоился за плечами, а между ними разместился полицейский.
Господин Ши оказался мужчиной лет сорока на вид, одетым в строгий костюм. Он демонстративно брякнул на длинный стол ключи от машины, рядом с которыми пристроилась электронная сигарета.
Секунду подождите, у нас тут еще журналистка из редакции, — обратился Чэнь Екай к господину Ши. — Интервью займет не больше десяти минут.
Господин Ши на мгновение опешил: Какое интервью? Кто это утвердил?
Это к вам не имеет никакого отношения, — Хуан Тин снял фуражку, пригладил волосы и пояснил: Юй Хао с другом случайно подобрали крупную сумму денег — миллион двести тысяч — и сдали всё в наше отделение. В отделении решили выпустить благодарственное письмо и осветить этот поступок в прессе, чтобы нести в массы позитив.
Господин Ши: ...
Друг тут же возмутился: То есть меня вообще в расчет не берут?
Чэнь Екай поспешно отрекомендовал его журналистке: Его зовут Чжоу Шэн.
Это мы нашли вместе, — добавил Юй Хао. — Вообще-то это он наступил на пачку денег, так что обнаружил их именно он.
Я уже получила все ваши ответы на вопросы для интервью, — произнесла журналистка. — Процесс расписан предельно четко, всё в порядке, осталось лишь уточнить парочку мелких деталей, и мы закончим.
Благодарственную грамоту из отделения привезут только после обеда, — обратился Хуан Тин к журналистке. — В университете сделают снимки и перешлют вам.
Девушка-репортер задала еще несколько вопросов. Чжоу Шэн, закинув руку на плечо Юй Хао, пододвинулся ближе к краю стола и принялся отвечать наперебой. Юй Хао покосился на Чжоу Шэна, перевел взгляд на журналистку и, немного подумав, произнес: То, что мне не принадлежит, я никогда не возьму. Мне кажется, большинство людей в нашем обществе поступили бы так же, просто им не выпадало шанса найти столько денег. Мы не какие-то особенные герои, просто так совпало.
Это дорогого стоит, — заметила журналистка.
Да не то чтобы великий подвиг, — честно ответил Юй Хао. — Это просто долг. Настоящий позитив — это когда человек готов протянуть руку помощи тому, кто оказался в беде и столкнулся с несправедливостью, когда он верит ему, выручает, бескорыстно вытаскивает из грязи и помогает вновь увидеть свет.
Журналистка вдруг улыбнулась и переспросила: Это вы сейчас о ком? М?
Произнося эти слова, Юй Хао думал о Генерале из своего сна, а журналистка тем временем стрельнула глазами в сторону Чэнь Екаева, затем с подозрением посмотрела на Хуан Тин, на Фу Лицюня и, наконец, на Чжоу Шэна.
Выражения лиц у всех сделались на редкость странными: полуулыбки смешивались с явным смущением.
Чжоу Шэн внезапно густо покраснел и пробормотал: Похоже, он говорит обо мне.
Остальные: ...
Ну... я имел в виду... всех вас, спасибо вам, — поправился Юй Хао.
Разве не обо мне? — не унимался Чжоу Шэн.
Юй Хао знаком велел ему замолчать. Чжоу Шэн тут же сменил тему и с серьезным видом заявил журналистке: У меня есть эксклюзивная бомба... Знаете что? Над Юй Хао ведь издевались и подставляли его!
На этом закончим! — решительно пресек разговор Чэнь Екай и поспешил проводить журналистку к выходу.
Чжоу Шэн, это моя визитка... — обойдя Чэнь Екаева, девушка сунула карточку прямо в руки Чжоу Шэну. — Как освободитесь, звякните, поболтаем подробно... Если возникнут любые вопросы, смело обращайтесь! Чжоу Шэн уже потянулся забрать визитку, но Фу Лицюнь вовремя дернул его за штанину, и Юй Хао, сообразив в чем дело, перехватил карточку сам.
Проводив гостью, Чэнь Екай без малейших колебаний отобрал визитку из рук Юй Хао и засунул в собственный карман пиджака.
http://bllate.org/book/31344/3822032
Готово:
