Глава 7. Водохранилище
В конце утренних занятий Юй Хао только вышел из класса, как заметил у лестницы поджидавшего его Чжоу Шэна. Тот помахал зажатой в руке картой столовой и бросил:
— Идем есть.
Та девушка поддалась на уговоры Чжоу Шэна, и в конце концов карта досталась ему. Предлогом послужило то, что в ракете есть и её доля. Пообещав ограничиться порцией маоцая всего на двадцать юаней, Чжоу Шэн отправился вести Юй Хао в преподавательскую столовую. Как назло, куратор Сюэ Лун и новый классный руководитель Чэнь Екай сидели за соседним столиком и о чем-то горячо спорили. Стоило Юй Хао сесть, как они оба на миг умолкли.
Наверняка говорят обо мне, — подумал Юй Хао.
— Зайди ко мне в два часа пополудни, — бросил Чэнь Екай Юй Хао. Сюэ Лун же молча доел, подхватил пиалу и ушел.
Юй Хао немного занервничал, но Чэнь Екай ободряюще кивнул ему, призывая расслабиться.
— Ого, Кайкай! — Чжоу Шэн вернулся с маоцаем и по-свойски приветствовал Чэнь Екая.
Чэнь Екай с тяжелым сердцем буркнул в ответ «угу», тоже поднялся из-за стола и удалился.
Проводив его взглядом, Чжоу Шэн что-то негромко пробормотал себе под нос.
— Интересно, что они со мной сделают, — сказал Юй Хао.
— Ты же не сделал ничего дурного, чего бояться? Ешь давай. Спросит Сюэ Лун — так и рассказывай. Правду говори, не молчи в тряпочку, а то останешься в дураках, — ответил Чжоу Шэн.
— Буду отстаивать свою правоту, я понял, — отозвался Юй Хао.
Чжоу Шэн слегка удивился, одобрительно кивнул и произнес:
— Правильно.
Юй Хао помедлил и вдруг спросил:
— А есть ли способ победить собственный страх перед чем-то?
Чжоу Шэн: «???»
Юй Хао снова умолк. На самом деле он неотступно думал о связи между Черным Драконом и водохранилищем.
— Дать сдачи, подраться разок, — заявил Чжоу Шэн. — В детстве отец меня избивал без передышки, пока я наконец не сцепился с ним разок. После этого я перестал его бояться.
— Но я же не могу пойти и поколотить водохранилище, — возразил Юй Хао.
— Водохранилище? — Чжоу Шэн вспомнил услышанное вчера прошлое Юй Хао и протянул: — А, вон оно как.
Чжоу Шэн учился на факультете спортивного воспитания, и в его программе тоже была психология. Пусть её учебники и не шли ни в какое сравнение с теми, по которым учился Юй Хао, базовые принципы он всё же усвоил.
Чжоу Шэн переложил Юй Хао немного мяса — хотя какое там мясо, сплошные набитые крахмалом шарики. Забросив в рот ложку риса, он призадумался и выдал:
— Есть несколько вариантов. Первый: воочию увидеть, как водохранилище засыпают.
Юй Хао подумал: и правда ведь, столько лет прошло, а вдруг его уже засыпали?
— Второй вариант: спуститься туда и искупаться, глядишь, и страх пройдет... Ты плавать-то умеешь? Только смотри, один не суйся. Третий: убедить себя, что твоя мама... м-м... — Он осекся и больше ничего не сказал.
Юй Хао лучше всех понимал, что лучший выход — спросить мать напрямую и заставить себя поверить: правда в том, что она любит его и никогда не помышляла ни о чем подобном.
Пообедав, Юй Хао ушел первым. Чжоу Шэн продолжал от скуки листать телефон и лишь бросил ему вслед: «Иди».
Вернувшись в общежитие, Юй Хао положил куртку Чжоу Шэна в таз и принялся стирать его вещи. Зимой вода леденела до боли, пальцы мгновенно покраснели от холода.
Стоило добавить горячей воды, — подумал Юй Хао.
Он поискал термос. Внутри еще оставалась вода с позавчерашнего дня. Когда он плеснул её в таз, спортивный костюм Чжоу Шэна — казалось, его не стирали целую неделю — при нажатии тут же запенился грязной водой. Юй Хао вдруг понял, что не испытывает особого отторжения перед заведением знакомств — по крайней мере, не против такого прилипчивого приятеля, как Чжоу Шэн.
Возможно... всё дело в манере общения Чжоу Шэна: тот держался донельзя непринужденно и легко помогал ему избавиться от скованности.
Закончив стирку и развесив белье, Юй Хао попытался вздремнуть на кровати после обеда, но соседи по комнате всё еще спали. Уснуть никак не получалось, а от мысли, что во второй половине дня придется идти в кабинет Сюэ Луна, на душе снова скребли кошки. Он мысленно снова и снова прокручивал то, что собирался сказать. Наконец время подошло, он тихонько поднялся и толкнул дверь общежития.
Там уже ждали завуч, куратор Сюэ Лун и классный руководитель Чэнь Екай. Прибыл и полицейский, ведший это дело, — он как раз стягивал фуражку, приглаживая волосы. Офицер оказался очень молодым, на вид ровесником Чэнь Екая, смуглым и худощавым.
Первыми словами Чэнь Екая были:
— Есть ли хоть какие-то доказательства того, что ты не брал его часы?
Полицейский кивнул Юй Хао, и все заготовленные речи разом вылетели у того из головы.
— Я правда даже не прикасался к их книжному шкафу, — выпалил Юй Хао, глядя на сотрудника полиции. — Отпечатки пальцев остались?
Завуч как раз изучал удостоверение полицейского. Фамилия того была Хуан, звали Хуан Тин. Он оказался еще немногословнее Юй Хао: в субботу, когда они виделись, Хуан Тин практически не общался с ним. Поначалу Юй Хао даже решил, что тот предвзято счел его вором, но вчерашняя запись в WeChat, которую дал послушать Чэнь Екай, перевернула его мнение о сыщике.
— Перед тем как заявить о пропаже, их домработница уже всё убрала, — произнес Хуан Тин. — Шкаф протирали, отпечатков не снять.
Юй Хао перевел взгляд на завуча. Тот подозрительно косился на него поверх очков. У Сюэ Луна был довольно кислый вид — судя по всему, сказывался недавний полуденный спор с Чэнь Екаем.
— Если хочешь, чтобы все поверили в твою невиновность, нужны доказательства, — с напускным вздохом произнес Сюэ Лун. — Общество правовое, словами ничего не докажешь.
— Разве они сами не доказывают одними словами? — Юй Хао вспомнил сцену, где Сюэ Луна затаптывал слон, и ему вдруг стало чуточку смешно.
— У них есть вещдок! — запротестовал завуч. — Часы нашли у тебя, это и есть главное доказательство!
— Я сам их достал, — серьезно возразил Юй Хао. — Я всё это время пытался отыскать владельца. Этот ребенок оклеветал меня не впервые, наверняка стоит проверить ее прошлых репетиторов. Она не хотела заниматься и пыталась выжить меня, вот и придумала такой способ...
Тут Юй Хао запнулся и, подумав, добавил:
— Вообще-то её даже жалко.
Чэнь Екай горько усмехнулся:
— Ты еще и сочувствуешь ей? Знаешь, сколько шуму это дело наделало в нашем институте?
Юй Хао вдруг взглянул на Чэнь Екая совершенно иначе. Казалось, именно благодаря ему отношение Сюэ Луна сегодня заметно смягчилось. К тому же слова Чэнь Екая прозвучали как удар на опережение: он напрямую перевел стрелки на ту самую школьницу, что подставила Юй Хао. Никто из присутствующих не возразил, явно соглашаясь с такой позицией.
— Сейчас главное — найти лазейку, которая докажет, что ты ничего не крал, — заговорил Чэнь Екай. — Подумай хорошенько, начнем с мотивов. О том, что ты искал владельца, кто-нибудь знал?
— Объявление о бюро находок подойдет? — тут же отозвался Юй Хао. — У меня в почте есть черновик такого объявления. Я написал его в интернет-кафе, отправил себе на ящик, а распечатать собирался в копировальном центре и расклеить.
— Выводи на экран, — велел Чэнь Екай.
Хуан Тин скептически заметил:
— Вряд ли это сильно поможет. — Тем не менее его взгляд последовал за движениями Юй Хао. Тот сел за компьютер Чэнь Екая и принялся за работу. Чэнь Екай вдруг что-то вспомнил и уже собирался закрыть вкладку, но Юй Хао успел случайно заметить её.
Это был сайт психологического кризисного центра.
У Юй Хао неожиданно защипало в носу. Стараясь не смотреть на Чэнь Екая, он вошел в почту. Хуан Тин велел подождать и на видеокамеру зафиксировал дату письма, вложения, а также весь процесс их открытия Юй Хао, отдельно сняв электронную версию объявления о пропаже.
Чэнь Екай снова сел за компьютер, а Юй Хао больше не поднимал глаз, чувствуя, как в груди поднимается волна тепла. Он решил во что бы то ни стало смыть с себя это клеймо.
Спустя полчаса Чэнь Екай и Юй Хао проводили Хуан Тина до выхода из института.
— Я переговорю со второй стороной и постараюсь устроить вам очную ставку завтра или послезавтра, — сказал Хуан Тин. — Думаю, эта видеозапись поможет развеять их предвзятость.
Юй Хао хотел было что-то сказать, но Чэнь Екай знаком велел ему молчать и взял инициативу на себя.
— Отлично, будет лучше, если Юй Хао сможет поговорить с ребенком с глазу на глаз.
Хуан Тин снова стянул фуражку и провел рукой по волосам.
— Постараюсь добиться этого, — ответил он. — Если совсем никак — прибегнем к медиации.
— Мне хочется вернуть ему честное имя, — подчеркнул Чэнь Екай.
Хуан Тин перевел взгляд с Чэнь Екая на Юй Хао. Высокие скулы, глубокие глазницы, резкие и решительные черты лица, густые брови — казалось, его пронзительный взгляд способен насквозь прожечь душу Юй Хао.
— Порой для тебя важнее всего то, чтобы верил самый близкий человек, — обратился Хуан Тин к Юй Хао.
Юй Хао не нашелся с ответом. Хуан Тин кивнул Чэнь Екаю, сел в машину и уехал. Чэнь Екай же жестом позвал его к панорамному окну в вестибюле административного корпуса, и оба принялись смотреть на дождь за стеклом.
В зеркальной глади стекла Юй Хао разглядел отражение Чэнь Екая. Прошлой ночью при тусклом мертвенно-бледном больничном свете он был не в том состоянии, чтобы разглядывать преподавателя. Сегодня на Чэнь Екае был облегающий черный свитер и черные брюки — просто, потрясающе стильно и до безумия красиво. Если верить вчерашним словам Чжоу Шэна, наряд Чэнь Екая выглядел точь-в-точь как у главного героя в дораме, а стоить мог столько, что Юй Хао и представить страшно.
Рядом с ним Юй Хао чувствовал себя неотесанным, глупым деревенщиной.
Улыбнувшись отражению Юй Хао в стекле, Чэнь Екай спросил:
— Что-то хочешь сказать?
Помедлив, Юй Хао вымолвил:
— Мне кажется, ее отец ни за что не признает свою неправоту.
— М-м, — отрешенно отозвался Чэнь Екай. — Мало кто готов признавать собственные ошибки. Но Хуан Тин с ним справится, у полиции свои методы. Сколько преступников поначалу упираются без улик, а поиграешь с ними в психологические игры — и сами во всем сознаются. Ты должен смотреть на вещи оптимистичнее.
— Учитель Чэнь, — произнес Юй Хао.
Чэнь Екай чуть приподнял бровь и повернулся к нему.
— Я буду жить дальше, — пообещал Юй Хао. — Больше не тревожьтесь за меня, даю слово.
— Я верю тебе, — с улыбкой ответил Чэнь Екай.
Покинув учебный корпус, Юй Хао направился по дороге к общежитию, немного помедлил и вышел за ворота школы.
У магазинчика возле входа Чжоу Шэн как раз покупал сигареты. Заметив проходящего мимо Юй Хао, он окликнул его:
— Эй!
Но на шумной улице Юй Хао ничего не услышал. Чжоу Шэн бросился за ним и, увидев, как тот запрыгивает в автобус, озадаченно уставился на расписание у остановочного столба.
— Вот же сорванец... — Чжоу Шэн тут же выбежал на дорогу и поймал такси.
Час спустя Юй Хао, продрогший до костей под непрекращающимся моросящим дождем, ступил на траву перед дамбой водохранилища.
Шагая вперед, он мысленно умолял себя не натворить глупостей — иначе Чэнь Екай от злости точно в могилу сойдет. Только в обед пообещал «жить дальше», а на следующий день его уже вылавливают из водохранилища.
Желание покончить со всем уже почти угасло — по сравнению с тем днем пятилетней давности, трава вокруг водохранилища разрослась почти по пояс, а лестница покрылась ржавчинами, ведя к пологому бетонному склону.
— Ты чем тут занимаешься? — чей-то голос внезапно разорвал тишину над дамбой. Юй Хао с испугу взвизгнул и чуть не сорвался с травяного склона.
Чжоу Шэн отбросил окурок и одним боковым прыжком скатился с дамбы, взбешенно рявкнув:
— Совсем сдурел?!
Юй Хао ошеломленно уставился на него:
— Откуда ты знаешь, что я приду сюда?!
— С ума сошел! — отрезал Чжоу Шэн. — На весь район одно водохранилище, куда еще идти-то?
— Но... — Юй Хао попытался что-то спросить, но Чжоу Шэн, засунув руки в карманы, отвесил ему увесистый пинок и прорычал: — Разве не договаривались не ходить сюда в одиночку?
Юй Хао растерянно моргал под дождем, пока Чжоу Шэн снова не прикрикнул:
— Надень капюшон!
Натянув капюшоны, они стояли под сплошной пеленой свинцового неба.
Чжоу Шэн прождал под дождем почти полчаса, промок до нитки и чихнул. Юй Хао попытался оправдаться:
— Я просто посмотреть, топиться не собирался.
Ничего не ответив, Чжоу Шэн включил фонарик на телефоне и двинулся вперед, бросив через плечо:
— Пришли, показывай место.
— Вот здесь, — ответил Юй Хао.
— Ты уверен? — переспросил Чжоу Шэн под сводом моста.
— Абсолютно. Я помню табличку «Рыбная ловля запрещена».
Он отчетливо помнил: когда он пришел сюда тогда, мать стояла ровно под этой табличкой и заставляла его собирать речных улиток. Четырнадцать лет спустя водохранилище почти не изменилось, разве что трава стала выше.
— Я пойду первый, — сказал Чжоу Шэн. — Жди здесь.
— Нет-нет, — запротестовал Юй Хао. — Я сам.
Чжоу Шэн тоже был не из робкого десятка:
— Тогда херячь мою руку, что бы ни случилось, ни за что не отпускай.
Глядя на темную гладь воды, Юй Хао наконец почувствовал липкий страх. В детстве он многого не понимал, но чем больше вспоминал потом, тем тоскливее становилось на душе. Перед глазами мерещились два глаза Черного Дракона, следящие за ним из глубины.
Это был страх. Смерть. Въевшееся в самые кости, преследующее по пятам отчаяние.
Глубоко вдохнув, Юй Хао повернулся к Чжоу Шэну. В кромешной тьме ничего не было видно, но ладонь ощущала жаркое тепло его тела. В этот темный час Юй Хао подумал, что до конца жизни отчетливее всего будет помнить именно руку Чжоу Шэна.
— Пошли, — подбодрил тот. — Не бойся.
Юй Хао шаг за шагом спускался вниз. Чжоу Шэн бросил:
— По-моему, у тебя не всё дома.
Идя сквозь темноту, Юй Хао откликнулся:
— Сам считаю, что крыша едет. Иначе с чего бы мне лезть в петлю?
— Завязывай, я так, сболкнул ляпнуть, — сбавил тон Чжоу Шэн.
Юй Хао остановился по колено в воде и долго молчал.
— Ну? Заходи, я держу, — напомнил Чжоу Шэн.
— Вода... неглубокая... — выдавил Юй Хао.
— ...
Чжоу Шэн тоже спустился. Вода здесь оказалась мелководной: при росте Юй Хао в метр семьдесят пять она доходила ему лишь до колен. Чжоу Шэн же, с его метром восемьюдесятью и длинными ногами, и вовсе едва замочил колени.
Почесав затылок, Чжоу Шэн предложил:
— Ну что, пару кругов проплывем? Я тебя сфоткаю.
— ...
Юй Хао вдруг расхохотался прямо посреди этой темной воды, и ему стало наплевать на всё на свете. Чжоу Шэн сделал пару шагов, прощупывая дно, и удивился:
— И чего тут бояться?
Юй Хао тоже прошел несколько шагов вброд, и на сердце внезапно стало легко. Тот маленький мальчик из прошлого всё еще собирал здесь улиток, но ощущения теперь были совершенно другими.
— Снаружи казалось, что здесь глубоко...
— Опа! — Чжоу Шэн резко вскрикнул, раздался громкий плеск воды. Перепугавшись до смерти, Юй Хао завопил: — Чжоу Шэн! — и бросился к нему. Чжоу Шэн ухватил его за руку, оба оказались с головы до ног в воде. Поскользнувшись, Чжоу Шэн комично плюхнулся в воду, но тут же вскочил на ноги и ошарашено выставил вперед руки: — Это еще что?
Из воды он вытащил плотный квадратный мусорный пакет.
— ... — Юй Хао замер.
— Хана, боюсь, площадь твоих психологических травм сейчас снова увеличится. Надеюсь, внутри нет ничего жуткого...
Час спустя Юй Хао и Чжоу Шэн находились в отделении полиции по улице Чжуншань-силу района Инкоу, объясняя дежурному происхождение этого пластикового пакета. Чэнь Екай стоял рядом, и уголки его рта нервно подергивались.
Стоило Юй Хао увидеть пакет, как в памяти всплыли истории расчлененных тел, но Чжоу Шэн, обладавший поистине железобетонными нервами, просто взял и вскрыл его на месте. Хуан Тин как раз оформлял протокол. Раскрытый мусорный пакет зиял пустотой, а внутри ровными стопками лежали двенадцать пачек новеньких купюр по сто юаней, прижатые снизу двумя кирпичами.
Чэнь Екай: «...»
http://bllate.org/book/31344/3822029
Готово:
