Солнце палило так сильно, что Цзян Цинъянь, глядя на Пэй Чэня, невольно прищурился. Он напомнил ему того самого рыжего кота, который вечно лениво валялся на солнце у входа в курортный отель. Пэй Чэнь встретился с ним взглядом:
— Те двое — директор Чэнь из приюта и его супруга.
Пэй Чэнь тоже посмотрел в сторону Пэй Додо. На лице Ван Мэй застыла улыбка; человек, не знающий правды, принял бы их за по-настоящему счастливых бабушку с внуком.
Цзян Цинъянь на миг замер, словно что-то осознав, и перевел взгляд на стоящего рядом Пэй Чэня.
На самом деле директор Чэнь пригласил Цзян Цинъяня из чистого дружелюбия, даже не раздумывая особо в тот момент. А теперь, когда народу пришло столько, ему было не до гостя. Если подумать, из присутствующих Цзян Цинъянь знал лишь Пэй Чэня да Пэй Додо, и одному в этой суматохе стало скучновато. Пэй Чэнь спросил:
— Хочешь прогуляться по курорту?
По дороге сюда он действительно подметил, что здесь довольно любопытно, поэтому Цзян Цинъянь, не раздумывая, согласился. Они двинулись от небольшой площади вглубь территории, то и дело проходя мимо туристов с рюкзаками и чемоданами.
— Сегодня утром я столкнулся с господином Ци Нанем, — Цзян Цинъянь посчитал, что еще не настолько близок с Ци Нанем, чтобы называть его просто по имени, поэтому добавил вежливое обращение.
Это обращение прозвучало странно даже для самого Пэй Чэня, не говоря уж о том, что оно совершенно не вязалось с личностью Ци Наня:
— У него несколько баров, так что алкоголь на сегодняшнем банкете — это его бесплатный подарок.
Цзян Цинъянь удивился:
— Бесплатно?
Прибыль от продажи алкоголя довольно высока. Цзян Цинъянь не часто пил, но благодаря отцу имел об этом базовое представление. То, что привезли сегодня, было элитным спиртным, и по рыночным ценам за такой банкет набежала бы сумма с пятью нулями.
— Директор Чэнь когда-то спас жизнь его деду, поэтому Ци Нань всегда был ему благодарен.
Тон Пэй Чэня был обыденным. Цзян Цинъянь взглянул на него, вспоминая слова Ци Наня о том, что дело вовсе не в деньгах:
— Значит, этот банкет тоже твой безвозмездный вклад?
Они шли по извилистой каменной дорожке. Вокруг молодежь делала фотографии, то и дело кто-то пробегал мимо. Пэй Чэнь, сам того не заметив, переместился на внешнюю сторону, отгородив Цзян Цинъяня от толпы и придорожных лавок.
— Можно сказать и так, — ответил Пэй Чэнь, явно не придавая этому особого значения.
Однако три этих простых слова заставили Цзян Цинъяня присмотреться к нему. Он не удержался и повернул голову.
С момента их знакомства они еще ни разу не оказывались вот так вдвоем среди бела дня на столь близком расстоянии. С этого ракурса черты лица Пэй Чэня казались весьма суровыми: глубокий профиль, прямой нос. Казалось, если он решит закатать рукава и свернуть кому-нибудь шею, это никого не удивит. И все же этот человек совершал столько добрых дел.
— Что такое? — заметив его взгляд, Пэй Чэнь повернул голову и негромко спросил.
Цзян Цинъянь улыбнулся:
— Просто подумал, что ты совсем не такой, как кажешься. Прямо как благородный герой из романов уся — творишь добро, не требуя ничего взамен.
Такое сравнение Пэй Чэнь слышал впервые. Единственное похожее было тогда, когда у Пэй Додо поднялась температура до сорока градусов. Посреди ночи он вез его в больницу на капельницу, и когда они выходили под утро, на горизонте уже брезжил свет. Тогда Пэй Додо обнимал его за шею и тихонько шептал, что папа — настоящий супергерой.
В конце каменной дорожки начиналась зона общепита. Ряд домов с красными черепичными крышами сразу привлекал внимание. Цзян Цинъянь увидел множество местных закусок, и, проходя мимо, невольно принюхался, ощутив доносящиеся ароматы.
Пэй Чэнь спросил:
— Хочешь чего-нибудь?
Цзян Цинъянь с легким сожалением задержал взгляд на прилавке с бараньими потрохами:
— Сегодня, пожалуй, нет. Нужно показаться на банкете, в следующий раз попробую.
Впереди был магазин сладостей с розовой круглой вывеской. На полках у входа теснились милые плюшевые игрушки, а в небольшом помещении столпилось много молодежи.
Хозяйка, девушка лет двадцати, стоявшая у кассы, случайно подняла глаза, увидела Пэй Чэня и просияла.
— Брат Пэй! — ее глаза превратились в узкие щелочки. Она перевела взгляд на Цзян Цинъяня: — Пришли перекусить?
— Друга вожу на экскурсию, — Пэй Чэнь взглянул на покупателей в очереди. — Не отвлекайся.
Девушка ответила согласием и, потянувшись к прилавку, протянула Цзян Цинъяню шпажку с клубникой в сахаре:
— Угощайтесь! Это самый ходовой товар.
Цзян Цинъянь, внезапно оказавшись с угощением в руках, замешкался и потянулся за телефоном:
— Спасибо, сколько с меня? Я переведу.
— Ну какой еще перевод, вы же друг брата Пэя!
Девушка уже скрылась в глубине магазина, смеясь, бросила фразу через плечо, и стеклянная дверь закрылась, отразив слегка растерянное лицо Цзян Цинъяня.
Она была чересчур гостеприимна. Он посмотрел на Пэй Чэня, подняв руку со сладостью:
— И что мне делать?
Пэй Чэнь, позабавленный поведением девушки, ответил:
— Раз дали — ешь. Когда Пэй Додо приходит, она его тоже иногда конфетами угощает.
Тон Пэй Чэня был абсолютно спокойным, словно он совсем не осознавал, что разница между Цзян Цинъянем и Пэй Додо составляет двадцать лет.
Несколько девушек, расплатившись, вышли из магазина с походными рюкзаками и, о чем-то весело болтая, зашагали прочь из отеля.
Цзян Цинъянь, держа шпажку, проводил их взглядом и с завистью сказал:
— Все говорят, что после поездки в Лоба многое в жизни переосмысливаешь. Я бы тоже хотел как-нибудь попутешествовать.
Пэй Чэнь остановился, следуя его шагу, и спросил:
— Что именно ты хочешь увидеть?
— Высокие горы, пустыни, реки, — Цзян Цинъянь обернулся. — В каждом месте есть своя уникальная красота. Если будет возможность, я бы хотел увидеть всё.
Сказав это, он откусил клубнику. Ледяная ягода в сладкой глазури была освежающе-кислой. Глаза его блестели от предвкушения, и Пэй Чэнь на миг увидел в нем того самого Пэй Додо, мечтающего попасть на детскую площадку.
— Если соберусь в поход, позову тебя, — сказал Пэй Чэнь.
Цзян Цинъянь приподнял бровь и с улыбкой посмотрел на него:
— Тогда спасибо, босс Пэй, что берешь меня с собой.
Время банкета было близко, они больше не пошли вперед и, продолжая болтать, отправились обратно. Цзян Цинъянь как раз доел клубнику и еще не успел выбросить бамбуковую шпажку, как у Пэй Чэня зазвонил телефон.
— Наверное, торопят нас, — улыбнулся Цзян Цинъянь.
Однако эта улыбка не продержалась и нескольких секунд. Как только вызов был принят, из трубки донесся шум и гам, слышимый даже Цзян Цинъяню. Он не знал, кто звонит, но нахмурился, чувствуя недоброе предчувствие.
— Пэй Чэнь! Скорее возвращайся! — в шуме раздался далекий, надрывный голос директора Чэня. — Сюй Ань потерял сознание!
До банкета оставалось совсем мало времени, большинство гостей уже были в отеле. Едва Пэй Чэнь и Цзян Цинъянь вбежали в холл, как увидели толпу людей, сгрудившихся вокруг дивана.
Сюй Ань лежал на ковре без чувств. Директор Чэнь уже сбросил пиджак и, стоя на коленях рядом, проводил сердечно-легочную реанимацию. По его лбу градом катился пот, и для человека его возраста это было крайне утомительно. Цзян Цинъянь поспешно пробился сквозь толпу и, опустившись рядом с директором, его белыми длинными пальцами перехватил инициативу. Только тогда директор Чэнь почувствовал, как бешено колотится его сердце, а руки стали ватными.
— Быстрее, заводи машину! — крикнул директор Чэнь Пэй Чэню. — Немедленно в больницу!
Через несколько минут Пэй Чэнь подгнал машину к отелю. Широкие спинки сидений были опущены, и родственники под руководством директора Чэня перенесли Сюй Аня в салон. Цзян Цинъянь, не раздумывая, вскочил и быстро забрался на заднее сиденье следом.
Лишь в этот момент Ван Мэй, поддерживаемая официантом, выбежала из отеля, спотыкаясь и выглядя совершенно растерянной. Увидев, что директор Чэнь собирается закрыть дверь, она вцепилась в дверцу переднего сиденья:
— Что со старым Сюем?!
Голос ее дрожал, она едва держалась на ногах. Глубокие морщины на лице делали ее отчаяние еще более душераздирающим.
Директор Чэнь, поглощенный спасением, только сейчас вспомнил о Ван Мэй. Секунду помедлив, он тут же вышел из машины, уступая место:
— Садитесь, вы поедете в больницу, а я следом.
Они были давними друзьями, и Ван Мэй доверяла директору Чэню больше всех, поэтому, услышав это, неуверенно воскликнула.
Пэй Чэнь повернул голову и посмотрел на Цзян Цинъяня на заднем сиденье. Тот даже не поднял головы, прижимая пальцы к сонной артерии Сюй Аня:
— Жизненные показатели господина Сюя восстановились, но для уточнения ситуации требуется дальнейшее обследование.
— Тетушка Мэй, доктор Цзян — настоящий профессионал, — твердо сказал Пэй Чэнь.
Ван Мэй, которой было не до раздумий, села на переднее сиденье, и машина рванула с места.
***
На территории курорта обычно было немного машин, и разогнаться на внедорожнике было сложно, поэтому Пэй Чэнь прибавил скорость, лишь выехав на дорогу. В машине воцарилась пугающая тишина, слышно было лишь прерывистое дыхание Ван Мэй, которое вскоре перешло в тихие рыдания. В этой обстановке они звучали особенно резко и болезненно.
Порой время на реанимацию исчисляется минутами, и человеческая жизнь бывает столь хрупкой. Мозг Цзян Цинъяня уже выстраивал план действий по прибытии в больницу. Не зная, то ли от съеденной клубники, то ли от волнения, у него запершило в горле, и он не удержался, чтобы не кашлянуть пару раз.
Пэй Чэнь взглянул на него в зеркало заднего вида.
Директора Чэня, оставшегося позади, не было, он сразу поехал на своей машине. По дороге он уже предупредил отделение скорой помощи. Как только машина Пэй Чэня свернула к воротам больницы, они увидели врачей, уже ожидавших их у входа.
— Вероятно, остановка сердца. Мы провели сердечно-легочную реанимацию, сейчас пульс в норме, — Цзян Цинъянь вышел из машины, одной рукой толкая каталку и на ходу отдавая распоряжения.
Двери реанимации закрылись. Только тогда Ван Мэй, словно у нее разом иссякли все силы, обмякла, и если бы не подоспевший Пэй Чэнь, она бы упала на пол.
— Со старым Сюем ведь всё будет хорошо? — голос Ван Мэй сорвался на плач. Она беспомощно вцепилась в руку Пэй Чэня: — Тот доктор Цзян сказал — остановка сердца… как же так? Ведь с самого утра он чувствовал себя хорошо…
http://bllate.org/book/31317/3818434
Готово:
