Все присутствующие последовали за режиссером к лагерю команды Бай Сун, и атмосфера вокруг мгновенно переменилась.
Здесь, хотя материалы тоже состояли из дерева и лиан, фундамент оказался куда прочнее, а на входе даже смастерили подобие занавески.
Убежище выглядело не только надежным, но и очень уютным.
Камера приблизилась, демонстрируя зрителям убежище со всех тридцати шести градусов.
Режиссер выглядел невероятно довольным и то и дело восхищенно восклицал:
— Ого! Это убежище и правда такое красивое и крепкое! Вот что значит абсолютная сыгранность! Просто потрясающе!
Сама фраза абсолютная сыгранность послужила минным полем, на которое все тут же наступили, и воздух вокруг мгновенно остыл до температуры замерзания.
Лицо Бай Ци помрачнело так, что это было заметно невооруженным глазом.
Пальцы Сун Итун слегка сжались, а во взгляде промелькнула тусклая тень.
[Режиссер, что вы такое говорите...]
[Наступили на мину, да? [Прикрывает лицо рукой]]
[Мамочка моя, это выражение про абсолютную сыгранность часто слышали еще во времена их совместных мюзиклов, сейчас вообще уместно...?]
Бай Ци не смотрела на Сун Итун, словно разговаривая с пустотой:
— Сыгранность? Всего лишь мышечная память, повторенная слишком много раз.
Она замолчала и, наконец переведя взгляд на побледневшее лицо Сун Итун, отчетливо, слово за словом, произнесла:
— Смени другого человека, и будет то же самое.
Сун Итун с недоверием посмотрела на Бай Ци.
В тех глазах, что всегда могли лучиться мягкой улыбкой, разлилась глубокая печаль.
Цинь Сыцзин, Цзян Сюньжо, Симень Лин и все присутствующие на площадке окончательно окаменели, их лица застыли без малейшего выражения.
[Бай Ци, ты?!]
[Эта фраза ранит просто до боли в сердце...]
[Смени другого человека, и будет то же самое? Бай Ци, положа руку на сердце, неужели правда то же самое?]
[От взгляда сестрицы Тун мне так тоскливо, Бай Ци, почему в тебе столько злости?]
[Режиссер: Кажется, я снова сказал что-то не то?]
[Как же здесь душно...]
Режиссер слегка приоткрыл рот, изображая на лице панику человека, который натворил ужасных дел.
Видя такое положение дел, Цинь Сыцзин и Цзян Сюньжо молчаливо сошлись во мнении хранить молчание. Даже Симень Лин, обычно обожавшая оживлять атмосферу, не осмелилась подать голос и лишь с тревожным видом смотрела на обеих девушек.
Режиссер неловко усмехнулся, пытаясь взять ситуацию под контроль:
— Ха-ха, ну… давайте-ка взглянем на убежище учительницы Симень! Учительнице Симень пришлось очень нелегко строить его в одиночку!
Камера переключилась на убежище, построенное Симень Лин.
Ее жилище выглядело простым, непритязательным, но пригодным для жизни.
— Убежище учительницы Симень такое практичное! И очень надежное! — поспешно принялся расхваливать режиссер.
Симень Лин продемонстрировала клыкастую улыбку:
— Спасибо, мне одной вполне хватит.
[Симень: Я пришла сюда выживать, а не заниматься искусством, и уж тем более не разыгрывать драмы о несчастной любви [без скрытого смысла]]
[Единственный нормальный человек в этом лагере...]
После поспешной приемки на месте и голосования зрителей в прямом эфире, наконец, стали известны окончательные результаты.
Держа в руках карточку, режиссер объявил итоговые места посреди зловеще затихшей атмосферы.
— Объявляю: первое место в соревновании по приемке убежищ занимает… группа Бай Сун! Они получают право первыми выбирать припасы! Второе место — группа Симень!
— Третье место — группа Цинь-Цзян!
Когда Бай Ци, Сун Итун и Симень Лин отправились выбирать припасы, Цинь Сыцзин на том же месте продемонстрировала абсолютное выражение полного отчаяния.
Уже трижды!
Три раза подряд они занимали последнее место!
Эстафета с разведением костра, возведение убежища, оценка убежищ — во всем они последние.
Внутренний человечек внутри Цинь Сыцзин начал яростно биться головой о землю, а на лице уже не оставалось и следа контроля над эмоциями.
Нет, в следующий раз она абсолютно! Обязательно! Больше никогда не встанет в одну группу с Цзян Сюньжо!
[Ха-ха-ха-ха, от выражения лица сестрицы Цинь я умру со смеху]
[Цзян Сюньжо, почему ты все еще смеешься! Вы же последние!!]
[Бай Сун: Выиграли соревнование, проиграли любовь (нет)]
[Группа Цинь-Цзян прочно обосновалась на последнем месте, кто посмеет тягаться [сердечко]]
Глава 8
— Закрепить составы?
На лице Цинь Сыцзин читалось чистейшее: Это полный бред.
— Вы что, с ума сошли?
Закрепить составы означало, что напарники по предыдущему раунду автоматически становились постоянными партнерами для следующих заданий.
[Ха-ха-ха-ха, режиссер и правда обожает баламутить воду]
[Принудительная любовь! Это же чистая принудительная любовь!]
[Съемочная группа, проявите человечность, умоляю, пощадите]
[Симень: Я уже давно привыкла быть одна...]
[Сестрица Цинь: Невероятно!]
— Не пойдет, — напрямую воспротивилась Цинь Сыцзин. — С самого начала оговаривалось правило тянуть жребий для выбора напарников, как теперь можно менять правила? Мы каждый раз последние, я не хочу тянуть кого-то вниз, но и не хочу, чтобы кто-то тянул вниз меня.
Пусть в комментариях ее за это и осудят, но она больше не могла этого вытерпеть.
— Ой! Сыгранность ведь нужно развивать! Я верю, что у учительницы Цинь и учительницы Цзян безграничный потенциал, просто требуется немного времени…
Цинь Сыцзин едва не задохнулась от злости.
Бросив взгляд на стоявшую рядом Цзян Сюньжо с безмятежным выражением лица, она почувствовала, как внутри вспыхнуло еще более яростное пламя безпричинного гнева.
— Обязательно привязывать меня именно к ней?
Эта фраза звучала уже крайне резко, и атмосфера на площадке вмиг натянулась до предела.
Цзян Сюньжо опустила взгляд и ничего не ответила.
Симень Лин с тревожным видом посмотрела на Цзян Сюньжо, затем на Цинь Сыцзин, собираясь что-то сказать, но так и не решилась.
Даже обычно державшиеся особняком Бай Ци и Сун Итун перевели взгляды то на одну, то на другую.
[Почему Цинь Сыцзин говорит так отвратительно? [Злость]]
[Ах, но ведь каждый раз в группе с Цзян Сюньжо они занимают последнее место, у кого угодно крыша съедет]
[Жо-жо такая жалконькая, это же не ее вина, разве Цинь обязательно быть такой агрессивной?]
[Строит из себя неизвестно что, тошнотворно, тащится на дно и еще изображает жертву]
Как бы Цинь Сыцзин ни протестовала, съемочная группа все равно применила «правила», чтобы насильно зафиксировать составы команд.
Грудь Цинь Сыцзин переполняла едкая злость, ей хотелось прямо сейчас купить билет на корабль и сбежать с этого острова!
А еще больше ей хотелось вернуться в день подписания контракта и отказаться от участия в этом шоу!
Сегодняшним заданием было преодоление полосы препятствий в джунглях, требовавшее взобраться по практически вертикальной веревочной сетке, а затем пройти по подвесному бревну.
Небо рухнуло.
Цинь Сыцзин страдала боязнью высоты.
При виде этой вздымающейся ввысь вертикальной веревочной сетки ее кончики пальцев и спина уже начали покрываться холодом.
[У сестрицы Цинь аж лицо побелело]
[Она что, боится высоты?]
[Кончено, конец, группа Цинь-Цзян снова будет на последнем месте]
[Она опять собирается язвить Жо-жо? На этот раз вниз тянет вовсе не Жо-жо [улыбка]]
Испытание началось.
Бай Ци и Сун Итун, пусть меж ними и царила странная атмосфера, действовали четко и решительно, сохраняя слаженность. Симень Лин с уверенным видом помахала в камеру и проявила чудеса ловкости — подобные трудности были ей нипочем.
Наступила очередь Цинь Сыцзин и Цзян Сюньжо.
Цинь Сыцзин казалось, что ее ноги больше не принадлежат ей — они неуправляемо дрожали, сердце колотилось с бешеными ударами, а холодный пот струился по вискам.
— Учительница Цинь.
Цзян Сюньжо уже подошла сзади, и ее мягкий голос неожиданно подарил девушке крошечную капельку успокоения.
— Все в порядке, здесь очень безопасно. Если вы не против, я пойду следом за вами.
Цинь Сыцзин в мертвой хватке вцепилась в веревки и машинально последовала за голосом, встретившись взглядом с ее глазами.
Голос Цзян Сюньжо звучал поистине прекрасно. Мягко и нежно, но в то же время с ноткой успокаивающей силы.
— Дышите, не торопитесь.
— Поднимите левую руку чуть выше, схватитесь за тот узел над головой, да, именно туда.
Цинь Сыцзин послушно выполнила указание.
— Шагните правой ногой, наступите на нижнюю точку пересечения, вот так.
Цзян Сюньжо одновременно давала тихие подсказки и держала с ней одинаковый темп.
Сама не зная почему, это действительно помогало. По крайней мере, Цинь Сыцзин заметила, что ее руки и ноги снова обрели способность двигаться, и она медленно зашагала вперед.
[Эмоциональное состояние Цзян такое стабильное, я в нее влюбляюсь...]
[Она такая нежная, все время направляет сестрицу Цинь]
[Цзян Сюньжо и правда неплохой человек, в отличие от некоторых...]
[Опять вы затеваете сравнения?]
Наконец, обе они неторопливо добрались до финиша. Как только Цинь Сыцзин протянула руку, чтобы нажать на звонок, металлический карабин, закрепленный наверху скалы, с сухим щелчком внезапно лопнул.
Обе девушки полностью потеряли равновесие.
Побледнев от ужаса, Цинь Сыцзин сорвалась вниз.
В этот момент кто-то схватил ее за руку с косого тыла.
Огромная сила падения потянула Цзян Сюньжо следом вниз; издав приглушенный стон, она изо всех сил вцепилась обеими руками в каменную стену, наперекор всему пресекая их совместное падение в пропасть.
— Шшш… шшш… шшш…
Прямой эфир в этот же миг оборвался.
Сотрудники съемочной группы сломя голову бросились к месту происшествия и перенесли обеих на безопасную поляну.
Стоило ногам коснуться земли, как Цинь Сыцзин почувствовала себя чуть спокойнее. Но едва Цзян Сюньжо выпрямилась, как ее качнуло, и она едва не рухнула на землю.
Режиссер побледнел и подхватил Цзян Сюньжо под руки.
— Боже мой, боже мой…
Цзян Сюньжо прижалась к режиссеру, а ее лицо побелело как чистый лист бумаги.
— Цзян… как… как она? — голос Цинь Сыцзин слегка подрагивал.
Медики съемочной группы выглядели крайне мрачно.
— Камни ободрали спину, там сплошные синяки, к тому же кровоточит.
Кровоточит? Настолько серьезно?
Зрачки Цинь Сыцзин сузились, и она замерла на месте.
В какой момент? Когда она падала, та поймала ее, и ее собственная спина соприкоснулась с каменной крошкой?
Она получила столь тяжелую травму и с самого момента удара о камни не издала ни звука.
Как… как можно терпеть такую боль?
Режиссер едва не сходил с ума от беспокойства:
— Быстрее отведите учительницу Цзян на обработку ран! Только бы ничего не случилось.
Симень Лин, а также Бай Ци с Сун Итун тоже поспешно прибежали на место.
Симень Лин нахмурилась так сильно, что казалось, будто она собирается что-то сказать, но в конце концов промолчала и лишь молча смотрела на Цзян Сюньжо полным тревоги взглядом.
Бай Ци и Сун Итун, не зная, чем могут помочь, бросились расспрашивать медиков о состоянии пострадавшей, пытаясь выяснить, что им сделать.
Вокруг царил полный хаос.
Но весь мир Цинь Сыцзин в эту самую секунду словно перевели в беззвучный режим.
На самом деле ей хотелось подойти ближе и посмотреть, как там Цзян Сюньжо, узнать, сильно ли ей больно.
http://bllate.org/book/31234/3808107
Готово:
